Чтение онлайн

— Хорошо… Спасибо, Рейчел…

***

В воскресенье Ниа не стала ждать вечера. Глупо идти гулять в новой одежде, когда на улице ничего не видно. Для первого раза она выбрала чёрный свитер, юбку с бордовыми цветами, чёрные колготки, сапоги, новое пальто и зелёный берет.

— Тебе нравится? — спросила она у Хаски.

Тот наклонил голову, разглядывая девушку.

— Не смотри так, — грустно сказала Ниа.

Они долго ходили по заснеженным дорожкам. Хаски отыскал где-то палку и заставил играть с ним. Один раз она размахнулась, и палка застряла в ветвях дерева.

— Ничего себе… — удивилась Ниа. — А я и не знала, что умею так бросать.

Хаски облаял дерево, а потом понуро побрёл за хозяйкой.

— Не расстраивайся, найдём тебе другую палку, — виновато протянула она. Но палка никак не попадалась.

— Давай поиграем в снежки, — она слепила из снега комок и бросила в сугроб.

Хаски полетел за ним.

— Только не бери в рот, он холодный! — закричала Ниаа, но он уже нёсся с тающим шариком обратно.

— А если ты заболеешь?

«Давай ещё!»

— Ещё хочешь? — она слепила новый комок и бросила. Хаски опять принёс его.

«Ещё!»

— Ну, смотри, сейчас я его закину далеко-далеко! — она зажмурилась, отвела назад руку и резко подкинула снежный шарик вверх. Он прочертил в небе кривую линию и ударился в плечо идущего по тропинке человека.

— Не может быть… — беззвучно прошептала Ниа.

Солус отряхнул пальто и, свернув с тропинки, пошёл дальше, не посмотрев на неё.

— Извините, пожалуйста! Я не видела! — закричала Ниа.

Он не обернулся.

И тут к нему побежал Хаски. Животным, как и детям, не объяснить, что папа и мама теперь чужие друг для друга люди.

— Хаски! Хаски, не надо! — Ниа тоже побежала.

— Хаски, перестань, — строго сказал Солус.

Щенок замер и жалобно заскулил.

— Хаски! — Ниа догнала щенка и обняла за шею. — Извините, пожалуйста, — прошептала она, вставая.

Солус впервые посмотрел на неё. Холодный, брезгливый взгляд сверху вниз. Потом повернулся и пошёл дальше.

Ниа опустила голову и села на снег. Чёрное пальто, колготки, сапоги… Она вдруг поняла, какой бессмысленной была эта попытка рассказать ему о Плачущей и Ненавидящей.

Может быть, Рейчел, показывать другим, какая ты есть, действительно глупо, если ты им вообще не нужна.

Говорят, время лечит. Раньше она верила в это. Но время — всего лишь отрезок, в который может что-то произойти, что-то, способное помочь. А если ничего никогда не произойдёт, время бесполезно. Такое время становится мучением, пыткой. Пропастью, протянувшейся от встречи до встречи. Она живёт только во время этих встреч, а всё остальное… пропасть, мучение, пытка.

Рои подбежала и радостно начала говорить руками. Ниа едва успевала различить жесты.

— Байри!.. Его приняли в школу!.. Он будет учиться играть на скрипке!.. У того человека!

— Замечательно, я не сомневалась, что его примут. Он ведь так красиво играет…

«Неужели, ты уже потеряла способность радоваться за других? Тогда зачем ты вообще нужна?»

— Дядя Мэт нашёл квартиру! Они живут там с бабушкой! Он приглашает нас на Новый год! Ты поедешь?

— Нет, Рои, извини, я не поеду.

— А мне… можно поехать?

— Конечно! Зачем ты спрашиваешь? Ты обязательно должна поехать!

— Но тебе будет грустно одной.

— Я сейчас всегда одна.

Всегда и везде, кроме тех нескольких часов раз в четыре недели.

— Рои, что ты чувствуешь, когда Байри нет рядом?

— Байри всегда рядом… здесь, — девочка коснулась рукой груди.

— Здесь… — повторила жест Ниа и подумала, что Рои, как и Сорора, наверное, знает какой-то особый секрет, неизвестный остальным.

Следующей уговаривать её поехать на Новый год в Албалию пришла, конечно же, Рейчел. Вернее прибежала и крикнула с порога:

— Мы едем на праздники к Мэту!

— Рейчел…

— Ничего не хочу слышать! Я сама не вот прям обожаю Албалию, но выбора у нас нет, так что…

— Я не поеду, Рейчел.

— Ниа, перестань! Я понимаю, что у тебя нет настроения, но постарайся, пожалуйста!

— Дело не в этом, — тихо сказала она. — Я просто не могу уехать.

— Тогда и я не поеду! — взорвалась подруга.

— Нет, ты должна…

— Никому я ничего не должна! — крикнула Рейчел.

— Ты должна отвезти Рои, — терпеливо объяснила Ниа. — Ты сама говорила, что она наш общий ребёнок.

— Шантажистка! Ну, что ты будешь делать здесь одна? — она с беспокойством посмотрела на подругу.

— Найду себе какое-нибудь занятие, вот увидишь. Кстати, давай опять съездим в субботу в Сайф, купим подарки к Новому году.

— Ладно, не удалось вытащить тебя на праздники, вытащу хотя бы на день, — пробурчала Рейчел. — Но я ещё не сдалась!

Последним её уговаривал профессор Сатабиша.

— Ниа, почему бы тебе не поехать на Новый год к Мэту? — мягко спросил он.

— Это вам Рейчел рассказала?

— Нет, Мэт прислал длинное письмо. Написал, что пригласил тебя, что ты скорее всего откажешься, и я должен проявить всё своё педагогическое мастерство, чтобы заставить тебя изменить решение.

— Добрый Мэт…

— Ты ведь не хочешь расстраивать его?

— Конечно, не хочу. Но я не могу уехать.

— Ниа…

— Я не могу уехать! — повторила она. — Оставить его одного! Я знаю, что не нужна ему, но я не могу, не могу…

— Хорошо, — он подошёл и обнял девушку. — Не будем больше говорить об этом.

***

В Сайфе Новый год был уже на каждой улице, в каждом окне. Фонарные столбы украшали гирлянды, на главной улице стояла наряженная ёлка. Развернув длинные списки покупок, подруги отправились по магазинам. Скоро первая партия подарков лежала в багажнике джипа.

— Так, теперь для студентов… — Рейчел заглянула в бумажку.

— Что ты подаришь Майе?

— Набор косметики или какую-нибудь побрякушку. Как обычно. Я уже жду не дождусь, когда она выучит эрегийский. Полтора года с ней парюсь! По-моему, родители просто запихнули её подальше, чтобы глаза не видели. А мне теперь следи, чтобы их милая девочка не вернулась домой мамой!