Чтение онлайн

– Умоляю, помогите!
– шепчу сквозь слёзы, боясь поверить в своё спасение.
– Прошу вас, не отдавайте меня им... Не возвращайте к этому чудовищу!

Тяжко вздохнув, она прикладывает палец к губам и кивает на освещённое окно второго этажа дома Дезмондов:

– Тише, Нита, сама знаешь, у Вольфа слух, как у летучей мыши. Идём за мной, быстрее.

Киваю, едва сдерживая дрожь, и торопливо следую за своей спасительницей через дорогу. То и дело оборачиваюсь на зловещий дом позади: он и правда похож на затаившегося монстра с тёмными, почти чёрными стенами и неровным, покосившимся от времени забором.

Стоит пройти через калитку вслед за незнакомкой, как взгляду открывается уютный дворик. Аккуратно прибранные на зиму клумбы, розовые кусты, укутанные мешковиной. Между ними змеятся расчищенные дорожки, ведущие к добротному двухэтажному домику из светлого кирпича. От одного его вида становится чуточку спокойнее - вряд ли у живущих здесь чёрная душа.

– Заходи скорее, горе ты моё, согреешься хоть.

Внутренний голос настойчиво твердит быть осторожной и не доверять вслепую незнакомке. Но я решительно переступаю порог и оказываюсь в небольшой гостиной. Взгляд скользит по потёртому дивану, старенькому комоду, и белым опрятным занавескам - небогато, но удивительно уютно.

В камине потрескивают поленья, а на столе дымится забытая чашка чая.

– Провожала подругу, а на обратном пути увидела тебя, - кивает она на остатки печенья в вазочке, и я невольно сглатываю слюну. Желудок напоминает о том, что я ела последний раз…

“В другой жизни,” - невесело хмыкает подсознание.

Дрожа всем телом - то ли от холода, то ли от пережитого страха, опускаюсь на краешек дивана, судорожно вцепившись пальцами в потёртую обивку. Кажется, только сейчас начинаю осознавать весь ужас произошедшего.

– Вивьен?
– спрашивает меня, возвращаясь по всей видимости из кухни с пузатым чайничком и чистой чашкой.

– А?

– Вивьен подшутила?
– терпеливо поясняет она и тут же в сердцах выпаливает: - Вот же безголовая девчонка! Говорила ей, нельзя магичить на людях без диплома. А толку? Вольф скорее удавится, чем отправит единственную одарённую магией дочь в академию! А он - "не суй свой нос в чужие дела, Кристэль! Законов не нарушаю".

“Ага, значит та сестра - это Вивьен,” - мысленно отмечаю, с благодарностью обхватывая горячую, но не обжигающую чашку, наполненную терпким чаем с ароматом мяты.

– Садись за стол и рассказывай, - приказывает Кристэль, и что-то в её тоне подсказывает мне, что с ней не стоит пререкаться.

Судя по резким ноткам в голове и отточенным, выверенным жестам, она имеет отношение к местной полиции.

Через несколько минут, передо мной высится бутерброд из толстого куска белого хлеба, добротного ломтя оранжевого сыра и розовой ветчины. С жадностью набрасываюсь на еду и запив глотком крепкого чая, честно признаюсь в том, что упала, когда несла поднос какому-то лорду Вэйну.

И, кажется, ударилась головой. Ничего, что было до этого не помню.

Не утаиваю ни жестоких слов того красавца-богача, ни кошмарного отношения отца, ни признания коварной сестрицы.

Кристэль внимательно слушает мой сбивчивый рассказ, то и дело качая головой и прикрывая рот ладонью. Когда я замолкаю, она тяжело вздыхает:

– Анита, девочка моя, как же мне тебя жаль...
– её глаза наполняются слезами.
– Я молилась, чтобы Вольф пощадил хотя бы тебя. Подумать только, сватать тебя за Эридана Вэйна? Да он же чудовище бессердечное! Вспомни, сколько раз я предлагала тебе бежать, но ты боялась? Теперь понимаешь, что я была права?

Киваю, с трудом сглатывая подступивший к горлу ком. О да, теперь вижу кристально ясно.

– Я ведь столько раз писала в городскую стражу о том, что творится в вашем доме, - она делает протяжный вздох и горько усмехается.
– Но этот душегуб каждый раз откупался. Наверняка бежал к своим высокопоставленным дружкам. А проверки? Что толку от них, когда все девочки запуганы до полусмерти и твердят заученные фразы?

– Может быть, я повредилась рассудком, - осторожно отзываюсь, делая ещё один глоток чая, - но как мы могли поддакивать, если он такой жестокий? Нас же девя… десять, а он один.

Кристэль сжимает губы в тонкую линию:

– Держит вас в железном кулаке, каждый шаг - только с его позволения. Всё твердит про воспитание идеальных жён, а сам...
– она содрогается.
– Продаёт вас тем, кто больше заплатит. И что с ними потом происходит... Ни одна из четырёх даже весточки не прислала! А вас ещё десять.

"Возможно, они просто счастливы, что вырвались и не хотят вспоминать этот кошмар", - мелькает мысль, но я молчу.

– Четырежды вдовец, - продолжает Кристэль.
– А Хлою, с которой живёт без обряда в храме, заставляет называть мамой. Хотя она такая же бессердечная, ему под стать!

Меня пробирает холодный ужас.

Четырежды вдовец?

И каждый раз новая жена?

Что-то здесь очень, очень неладно.

– Кристэль, пожалуйста, помогите мне бежать!
– умоляю, глотая слёзы отчаяния.
– Я всё сделаю, чтобы отблагодарить, только спасите меня!

– Конечно помогу, милая, - в её взгляде мелькает что-то странное.
– Но мне нужно кое-что взамен.

Договорить она не успевает: снаружи раздаётся грохот тяжёлых шагов, затем топот на крыльце. Дверь сотрясается от яростных ударов.

– Открывай, старая ведьма!
– ревёт Вольф, и от его голоса у меня внутри всё обрывается.
– Я знаю, что эта дрянь у тебя!

Съеденный бутерброд отчаянно рвётся наружу, пока дверь содрогается под яростными ударами. А дверь сотрясается так, будто Вольф пытается выбить её тараном.

– Не бойся, девочка, - в отличие от меня Кристэль полна решимости. Хватает меня за руку и тянет к старому дубовому шкафу в углу гостиной.
– Сиди тихо! На порог его не пущу, но если выдашь себя - я бессильна.

– Буду нема как рыба, - шепчу еле слышно и с усилием впихиваюсь в маленькое пространство, завешенное одеждой, среди которой выделяется новенький военный мундир с начищенными до блеска пуговицами и золотистыми погонами на плечах.

Кристэль запирает меня снаружи, и я делаю осторожный вдох, боясь чихнуть. Но в спёртом воздухе не чувствуется пыли. Лишь запах каких-то пряных трав, наверное от моли.

– Кристэль, твою...
– гремит за дверью отборная ругань мистера Дезмонда. Я прилипаю к щели между створками и едва сдерживаю изумлённый возглас: женщина небрежным взмахом руки заставляет исчезнуть весь чайный сервиз!