Чтение онлайн

– Я хочу такой же брак, как у вас с папой, – сказала я мягче. – Я хочу любви. И выйду замуж только ради нее.

– Ты любишь свою семью?

– Конечно. Больше всего на свете.

– Значит, брак с Кенсингтоном – это брак по любви. Любовь к своей семье. Нам нужен этот союз, Тинсли. Если мы не усилим свои позиции…

– Морелли нас поимеют. Знаю. – Я уставилась на свои ноги и глубоко вздохнула.

Я могла бы сбежать. Вызвать такси. Покинуть город. И просто ехать, ехать, ехать. Возможно, я могла бы отделаться от маминых наемников. Но что будет с моими братьями и сестрами? Я не могла их бросить. Может, они и не приехали домой на праздники, но я не могла уехать от них навсегда.

Но и здесь мне было не место. Не в Бишоп Лэндинг. Я не хотела провести праздники в одиночестве.

– Я хочу вернуться в Мэн. – Я протиснулась мимо матери. – Сегодня же.

– Завтра сочельник.

– А ты собираешься провести со мной время?

Она побледнела и сжала губы.

– Зачем я приехала, мама? Почему я вообще вернулась домой? – Мой пульс участился от смеси дерзости и печали. – Скажи Джастину, чтобы подготовил водителя и машину. Через час я буду готова выезжать.

– Я не могу войти в ворота без директора.

Прикусив щеку, я наклонилась к водителю – который представился как Гален – и через лобовое стекло осмотрела заснеженную безжизненную деревню. – Высадите меня у дома священника. Вот тут.

Машина Магнуса была припаркована у его дома, что, конечно, обнадеживало. И, судя по толстому слою снега на крыше, он какое-то время на ней не выезжал.

Единственное, что он мог уехать с Кристиано в Нью-Йорк.

Как только Гален остановился, я схватила сумку и выпрыгнула из машины.

– Спасибо, что подвезли.

Я не стала ждать ответа. За шесть часов пути я вся издергалась и, пока я шла к двери, то разнервничалась еще больше.

Что если его здесь нет? Если он меня отвергнет? Что, если он с другой женщиной?

Почему я об этом подумала?

Я постучалась.

Когда ответа не последовало, я запаниковала. Гален ждал меня в машине. Он был новенький. По крайней мере для меня. У мамы было много водителей. Они все носили оружие и служили охранниками. Гален выглядел как вояка – суровое выражение лица, загорелая кожа, мускулистая фигура и вечно хмурое настроение.

Он собирался ждать до тех пор, пока не сможет рапортовать матери о том, что я в своей темнице, в безопасности под опекой Магнуса.

Встав к нему спиной так, чтобы он не увидел, я подергала дверную ручку. Дверь отворилась.

Аллилуйя!

Я помахала ему на прощание и проскользнула в дом, захлопнув за собой дверь.

– Магнус?

Тишина.

Пусто.

У меня ушло секунд пять, чтобы обойти дом и убедиться, что его тут нет.

Он не уехал бы из города, не заперев дверь. Может, он на пробежке? Вряд ли, слишком холодно. Единственные следы, что вели к дому, были моими. Значит, даже если он и ушел, то еще до снегопада.

Я выглянула из-за занавесок и убедилась, что Гален уехал. Перекинув сумку через плечо, я пошла искать Магнуса.

Прогулка под порывами ветра стоила мне обледеневших пальцев, но когда я дошла до церкви и с легкостью открыла входную дверь, тут же забыла о морозе.

Внутри меня охватил лихорадочный восторг.

В воздухе стоял запах свечей и благовоний. На поверхности отполированного дерева и в разноцветных витражах плясали отблески свечей. Ряды мерцающего пламени озаряли периметр зала и сам алтарь.

И здесь, в первом ряду скамей, я разглядела склоненную широкоплечую фигуру.

Дверь за мной захлопнулась. Он повернулся и заскользил взглядом от носков моих ботинок до моей вязаной шапки. Ни улыбки. Ни намека на счастье меня видеть. Ни облегчения.

Мое беззащитное сердце разрывалось от страха.

В руках у него были четки. Интересно, как долго он молился? Свечи стояли в лужицах расплавленного воска – значит, они горели уже несколько часов.

– Привет. – Я бросила сумку на пол и, распрямившись, сжала за спиной обледеневшие пальцы. – У меня нет кода от ворот.

– Ты должна быть в Бишоп Лэндинг. – Он медленно встал, и от этого его неспешного движения у меня пробежали мурашки.

– Я была одна там, ты один здесь. Я ничего такого не жду. Просто…

Была у меня одна грязная фантазия о том, как он берет меня силой. И теперь я хотела стоять перед ним в ожидании, когда смогу отдать себя ему и позволить ему взять меня так, как ему хочется.

– Я просто подумала… – У меня застучали зубы. – Мы могли бы попить вместе кофе, послушать рождественскую музыку, нахамить друг другу…

От него исходила такая едва сдерживаемая зловещая энергия, что мой голос дрогнул.

Он положил четки в карман, вышел в центр главного прохода и встал ко мне спиной, лицом к алтарю. Сильная, гордая спина, фигура, облаченная в черное. Длинные, талантливые пальцы сомкнуты за спиной у основания позвоночника. Мускулистые ноги чуть расставлены.

– С тобой мне нужно больше, чем кофе и музыка. – Его мрачный бархатный голос скользнул по моей коже. – Запри дверь.

Господи Иисусе, я тут же догадалась, что это значит.

Последние четыре месяца накрепко нас связали, и надвигающееся было неизбежно. Я ни на секунду не хотела притормозить. Наоборот, я была возбуждена до предела. Я нервничала.

Я была в ужасе от мысли о том, что совершаю ошибку.

– Не делай этого ради меня.

– О, принцесса. – Он стоял спиной ко мне, и его мрачный голос разносился под сводами потолка. – Я делаю это для себя.

Долгожданный ответ. Он хотел меня для себя. И его не волновали ни расплата, ни последствия. Он готов был нарушить клятву по своим собственным причинам.

Я заперла стальной засов на двери. Звук щелчка пронесся под сводами, предупреждающе, словно удар молота.

Пути назад не было. Мои ноги шли к нему сами, следуя избранным мною путем, устремленные к моей главной страсти.

На полпути к алтарю я скинула ботинки. Шарф, шапка, пальто, носки – словно тянущийся за мной след. Я пыталась успокоиться, но нервы были натянуты, словно струны, что рвались и сплетались в спутанный клубок.

Он так и не обернулся ко мне. Я подошла и встала позади него. Его неподвижная фигура вибрировала от напряжения.