Чтение онлайн

Тело еще не оправилось от удара, но мне хватило секунды, чтобы осознать, кто стоял передо мной.

Девочка.

Высокая, с темными волосами и карими глазами. Розовощекая. В шикарном вечернем платье с пышной юбкой. Словно она только что с бала. Полная сил и явного удовольствия от происходящего. В руках она сжимала кнут, словно это была ее любимая игрушка.

— Вы задержали мой ужин из-за этой твари?! — истерично взвизгнула девчонка, топнув ногой.

Все на кухне одновременно вздрогнули. Даже я.

— Л-леди Молли… — испуганно прошептала Фиона.

О, так это и есть Молли? Господи Иисусе. Что за Гитлер в юбке?

Слуги с испуганными лицами тут же склонили головы.

— П-простите нас, леди Молли! — в один голос взвыл персонал.

Я прищурилась.

Это та самая бедная, несчастная девочка, которая якобы умирала? Которую я якобы отравила? Хм, а выглядела она слишком бодрой для умирающей.

Ни бледности, ни слабости — лишь наглость, агрессия и неистовое желание всех построить.

Молли снова взмахнула кнутом и со всей силы ударила по полу.

— Я была отравлена из-за нее! — она продолжала гневно раздувать тонкие губы, будто кто-то в этом сомневался.

Ах, да.

Я, например, очень сомневалась. Но факт, что моя «сестрица» не только не была на смертном одре, но и вполне бодро колотила людей кнутом, меня даже не удивил.

Прямо родственник с голодного края.

Я попыталась подняться, но тут же ощутила новый удар по спине.

— Лежать! — заорала Молли. — Тебе кто разрешил вставать, идиотка?!

Я сжала зубы. Эта малявка совсем офанарела?! Как не отравят, так плетью изобьют!

На кухне стояла гнетущая тишина. Никто даже не пытался вмешаться. Разумеется.

Кто бы стал заступаться за отравительницу? Еще и перед опасной девочкой с плетью.

— Ну и где мой ужин? — властно спросила она, будто ничего и не произошло.

— Моя госпожа, он уже на вашем столе! — тут же оживилась Фиона, указав на стол на колесиках.

О, вот это сервис. Мне подают еду на подносе. Спасибо, что не в собачей миске. А ей привозят целый стол?

Взгляд скользнул по позолоченным приборам. По многочисленным тарелкам. И по столу, покрытому бархатной скатертью. Ага, вот и разница в статусе. Лерианне подавали серебро, а Молли золото.

Надо поставить эту девчонку на место, пока она своей палкой-ковырялкой не прибила кого-то.

Я собралась, стиснув зубы от боли. Позвоночник будто ломило, спина горела, а под лопатками было что-то неприятно влажное — кровь. Но я все равно медленно поднялась на ноги.

— Ты что? Глухая?! — Молли завизжала так, что задрожали стелка. — Я сказала тебе лежать!

Она снова замахнулась.

Я развернулась и перехватила хлыст ладонью. В тот же миг по пальцам прошла жгучая боль, но я лишь стиснула зубы, не выпуская орудие.

В глазах Молли мелькнуло удивление.

Ее губы приоткрылись, словно она никак не ожидала, что кто-то осмелится дать ей отпор.

— Т-ты… да как ты посмела?! — лицо сестры пошло красными пятнами, голос задрожал от возмущения.

Я сжала кнут сильнее.

— Ты прораб, а я твой раб? Угомони свои таланты.

Спина ныла, от раны стекало что-то горячее, но я стояла, гордо выпрямившись.

— Что? Ты с ума сошла, больная? — выдохнула Молли, будто я оскорбила не ее, а весь благородный род.

— Это не я тут с кнутом на людей бросаюсь, — саркастично ответила я. — Безоружных и лежачих.

Молли дернула рукой, пытаясь вырвать кнут, но я крепко держала его.

— Да они сами виноваты! — закричала она, натягивая хлыст.

Я резко отпустила.

Молли позорно завалилась на пол, нелепо взмахнув руками.

В кухне раздался сдавленный всхлип с хрюком — кажется, кто-то из слуг пытался не засмеяться.

Я склонилась над сестрой, небрежно наклоняя голову в бок.

— Еще раз замахнешься на меня или на кого-либо еще — и горько об этом пожалеешь, — ровным, спокойным голосом предупредила я.

На этот раз в ее взгляде мелькнул страх. Мгновение, но я его увидела.

Я уже хотела развернуться и уйти, но тут прямо над головой раздался глубокий, низкий голос:

— И это говоришь ты, Лерианна?

Я замерла.

Молли тут же заерзала на полу, а я медленно подняла глаза.

Передо мной стоял мужчина.

Высокий, широкоплечий, в дорогой одежде, которая подчеркивала его статус. В мерцающем свете кухни поблескивали золотые пуговицы камзола, а на шее висел перстень с печатью.

Голос, полный холодного презрения, произнес:

— Та, которая отравила собственную сестру? Мерзкая дрянь. Я жалею, что являюсь твоим братом.

Когда он посмотрел на меня, в его взгляде не было ни малейшего проблеска понимания. Наоборот, он смотрел с таким отвращением, что мне стало трудно дышать. Его синие глаза, такие выразительные, такие холодные, пробивали меня насквозь.

Сильно сжав руки, я заставила себя не отвести взгляд.

— Ты смеешь угрожать еще и члену своей семьи?

Не мальчик, определенно. Он был настоящим мужчиной, высоким и статным, с прямым носом, острыми скулами и взглядом, который проникал мне в душу. Мне стало неуютно.

Вот этот красавчик мой брат? Мама родная. Правда, лучше б он был умным, а не просто красивым.

Больше пользы было бы так-то. А то мало того, что у меня полоумный ребенок с замашками Гитлера, так еще и брат верил сплетням.

Молли не стала ждать, пока я соберусь с мыслями. Она подскочила с пола, как только увидела мой взгляд, и начала рыдать.

— Де-е-е-ерек! Она снова пыталась меня убить! — взвыла Молли, бросаясь на шею к... Дереку.

Старший брат прижал ее к себе, как маленькое животное, обвившееся вокруг его тела.

Я сжала зубы, глядя на эту сцену. Конечно, ей верят. Конечно, она манипулирует. Это и ежику понятно. Но не Дереку, конечно же.

Дерек же не ежик. Он идиот.

Дерек гладил ее по волосам, успокаивая.