Ущербная для Темных Драконов, или выжить в Академии Магии
Шрифт:
— Отлично. Я готова, — сказала я, заставляя себя улыбнуться.
Пора выходить на арену.
Недолгое время я следовала за служанкой по коридорам. Спустилась по лестнице. И достаточно быстро добрались до точки назначения.
Мы подошли к главному залу, и я сразу поняла, что здесь вершатся судьбы. Высокие потолки, покрытые замысловатыми лепными узорами, массивные люстры, источающие мягкий золотистый свет, стены, украшенные гобеленами, на которых были запечатлены сцены охоты и пиршеств… Все это кричало о богатстве, о статусе. И о том, что именно здесь решаются вопросы, важные не для меня, а для тех, кто сидел внутри.
Но стоило мне поднять ногу, чтобы переступить порог, как до меня донесся голос, который вызвал во мне желание развернуться и бежать.
— Стало быть, вы не нуждаетесь в браке столь сильно, чтобы поторопить вашу дочку? Я оскорблен в ожидании! — гремел низкий, слегка надтреснутый голос, полный показного негодования.
Граф Карл Артур Гренский. О, ну конечно. Кто же еще мог так пафосно обижаться?
— Что вы, граф Гренский! Мы рады тому, что скоро наши семьи воссоединятся! — поспешил заверить его отец.
Я слышала его голос, слышала эту фальшивую радость, и мне хотелось фыркнуть. Только что он приказывал бросить меня в темницу, а теперь рад грядущему союзу? Лицемер.
— Уверена, Лерианна уже мчит к нам и роняет каблуки! — с ласковым смешком добавила Вивьен.
Надо же, каковы соловьи! В один голос врали, стараясь угодить своему высокородному гостю.
Я покосилась на служанку, что стояла рядом, боязливо переводя взгляд с меня на массивные двери. Мол, что делать? Ждать дальнейших оскорблений или все же зайти?
Ну, что ж. Играть, так играть.
Сделав глубокий вдох, я шагнула вперед.
Зал осветился сотнями свечей, золотом переливаясь на полированных поверхностях. Здесь было тепло, даже душно, но холодок подкрался под кожу, как только я увидела его.
Графа.
Ох, и почему я прямо сейчас не могла на миг ослепнуть…
Знакомимся постепенно с героями :)
Шерил де Шернан
А вам какая больше нравится?)
1
2
3
4
5
6
Пишите ваш выбор!)
Глава 21. Вы заблудились, юная леди?
Громоздкий мужчина, который, казалось, с трудом вылез из кареты (как я предполагаю) и теперь наслаждался свободой передвижения.
Он развалился в кресле с позолоченными резными ручками, поигрывая массивным перстнем. Его живот был столь внушительных размеров, что казалось, он поддерживал его усилием воли, а не мышцами.
Камзол, безусловно, был дорогим, но сочетание цветов и кричащие золотые цепи делали его наряд скорее карикатурным, чем элегантным. Он выглядел, как торговец, которому впервые выдали аристократическую одежду, и он, решив не теряться, нацепил на себя сразу все, что было в сундуке.
Бедные люди больше всех старались показать свое богатство. Граф создавал именно такое впечатление.
Рядом с ним на диване сидела Вивьен, вся сияющая, как будто я — не ее нелюбимая падчерица, а ее родная дочь, которая выходит замуж за самого короля. Отец стоял чуть поодаль, напряженно сжав руки в кулаки.
Я сделала идеальный реверанс, ровно настолько глубокий, чтобы соблюсти приличия, но не настолько, чтобы показать покорность.
— Граф Карл Артур Гренский, светлых дней вам, — первой поздоровалась я, поднимая на него внимательный взгляд.
Карл в ответ громко фыркнул и хлопнул себя по пузу, вызывая странное дребезжащее эхо в комнате. Я даже бровью не повела. Но в душе дико заржала и словила испанский стыд.
— Ну-с, товар немного поношенный… и не первой свежести, но, так уж и быть. Мои намерения останутся прежними! — загоготал он.
Согласна. Граф и правда был не первой свежести и поношенный. Или это он про меня? За пузом совсем не увидел, что я уж моложе некуда?!
На секунду в зале повисла тишина.
Отец слегка нахмурился, Вивьен сжала веер, а я почувствовала, как у меня нервно дрогнула бровь.
Товар.
Немного поношенный.
Не первой свежести.
Да он смеет говорить это мне прямо в лицо?
Я плавно подняла голову, удерживая легкую улыбку, а внутри меня уже вертелось тысяча вариантов того, как затянуть этот брак, а еще лучше — его отменить. Желательно, утопив достопочтенного графа в человеческих отходах.
— Благодарю за столь высокую оценку, милорд, — произнесла я ровным, сладким голосом. — Радует, что вы столь щедры в своих намерениях.
Его глаза чуть сузились. Он явно не ожидал, что я не смущусь и не опущу голову в покорности.
Я тут вообще не из покорных, дядь. Может сбежишь сам?
— Лерианна! — завизжала нервно Вивьен.
А я что? Он первый начал.
— О-о, я еще щедрее, чем ты думаешь, девочка, — протянул он, скаля зубы в неприятной улыбке. — Даже готов простить твои шалости. Мне тут нашептали, что ты у нас девица с характером. Это даже забавно. Я люблю женщин с огоньком. До поры.
Я не дрогнула.
— А я люблю мужчин с честью. До поры, — ответила я так же тихо.
Его улыбка потускнела.
Отец резко вмешался:
— Лерианна, хватит дерзить! Ты обязана быть благодарной графу!
— Но я и благодарна, отец, — все тем же мягким голосом произнесла я. — Благодарна за его прелестные комментарии касательно моей внешности и кроткого характера.
Граф издал смешок. Но в глазах у него уже плескалось раздражение.
— Жесткий язык, но это можно исправить, — сказал он, потягивая вино из бокала. — Я привык ломать норовистых кобыл.
Сирота. Ущербная. Свинопаска. Теперь еще и кобыла. Что дальше?
— Ладно, будем считать, что мы нашли общий язык. Завтра утром объявим о помолвке. Я заберу ее в свой замок через неделю.
— Как пожелаете, граф, — тут же отозвался отец.
Я судорожно думала. Неделя. У меня была неделя, чтобы сбежать.
Карл встал с кресла, не без усилия, и направился ко мне. Взял мою руку в свою толстую, влажную ладонь и поцеловал перчатку.
— Привыкнешь, Лерианна. К тому, что тебя продали. Как только станешь графиней, тебе понравится.