Чтение онлайн

Поэтому Дебора согласилась его отвезти, а потом потащила в парикмахерскую и провела по отделам мужского платья в разных магазинах. Барнс все время повторял, что не может принять такой жертвы, но в итоге все принял. Дебора знала, ради чего старается. А Барнс… ей все время казалось, что он над ней насмехается. Не в открытую, конечно; напротив, Барнс напускал на лицо серьезную, даже скорбную гримасу. Но внутренне как будто смеялся. Потому что ведь это здорово – носить дорогие хорошие вещи, не заплатив за них ни пенни. Джейсон не ошибался. Барнсу действительно нравилось, что семья Голдсби в долгу перед ним, и он был полон решимости использовать эту ситуацию, насколько позволят обстоятельства.

Точнее, насколько позволят Голдсби.

Дебора посмотрела на него через стол. Ее окоченевшие пальцы, обхватившие чашку, оттаивали и возвращались к жизни. Надо же было забыть дома перчатки…

Одетый с иголочки и с новой прической, Барнс выглядел гораздо солиднее. Насколько солидным может выглядеть такой, как он. Дебора подумала, что в нем чувствуется какое-то скрытое коварство. Хотя, возможно, все дело в ее эмоциях. Для других людей Барнс был просто хорошим парнем. Не особенно работящим и ответственным, но в сущности, добрым и отзывчивым человеком. Каким показался и ей в самом начале их знакомства, когда Дебора была готова бросить к его ногам весь мир.

– Сегодня меня снова вызывали в полицию… – Он тихо вздохнул. – Это никогда не кончится. Инспектор Хейл копает под меня.

– Что на этот раз? – спросила Дебора.

Ей не нравился Алекс, но она не разделяла подозрений Хейла. Она сама не смогла бы объяснить, почему не считала Барнса преступником. Попрошайка – да. Озабочен только собственной выгодой. Но не убийца.

– Мой друг арендовал машину четырнадцатого октября, – ответил Алекс. – В «Ай-эс-уай рент», фургон с закрытым кузовом. Меня тоже зарегистрировали водителем.

– Четырнадцатое октября – это день…

– Да, что и насторожило Хейла. Он блуждает в тумане и хватается за любую соломинку. Кажется, на данный момент эта соломинка – я. Похоже, я у него единственный… – пояснил Алекс и на мгновенье остановился. – Вы заметили, что он пьет?

– Нет, – Дебора покачала головой.

Пьет ли Калеб Хейл? У нее не было никаких оснований подозревать его в этом. Похоже, Барнс заговаривает ей зубы.

– Я такое сразу подмечаю, – пояснил он. – По зрачкам, цвету кожи… Ну и поведение, конечно. На работе ему приходится держаться, что дается с трудом. Но на ночь, подозреваю, у него всегда припрятана бутылка виски.

Деборе нравился инспектор Хейл.

– Осторожнее, – предупредила она Барнса. – Так можно по ошибке сломать человеку жизнь.

– Когда-нибудь вы убедитесь, что я прав.

– Так что с машиной?

– Мой друг, как я уже сказал, взял ее напрокат. Он переезжал, и мы все воскресенье перевозили вещи в его новую квартиру. Уильяма, моего друга, допрашивали несколько часов. Он до сих пор в шоке. К счастью, соседи подтвердили, что видели нас с коробками. Хейл рвет и мечет… – Алекс грустно усмехнулся. – Он-то думал, теперь мы у него под колпаком.

– Фургон, говорите?

– Белый фургон. Амели, если вы помните, затащили в большую темную машину. И я совершенно не подхожу под ее описание преступника. И потом, разве она позволила бы мне ее спасти, если б я ее похитил?

– Но вы могли быть тем, в чьей машине она сбежала, – заметила Дебора и быстро добавила: – Не то чтобы я вас подозреваю, но…

– Похоже, ваш муж тоже хочет, чтобы этим сообщником оказался я. К счастью, когда Амели ехала в той машине, я обслуживал столики в пиццерии. Это подтвердило множество людей. – Он допил чай и огляделся в поисках официанта. – Мне нужно кое-что покрепче. Вам тоже?

– Нет, спасибо. И вам лучше не пить перед собеседованием.

– Я не пьянею от граппы, а немного сбавить напряжение не помешает.

Барнсу принесли заказ, и он продолжил:

– Вашему мужу не терпится избавиться от меня.

– Но мы действительно многим вам обязаны, Джейсон и я, – возразила Дебора.

Алекс рассмеялся:

– Это так, но кому приятно быть обязанным? Хейлу не за что меня зацепить, при всем его желании. Помимо того факта, что в тот вечер я работал, я не арендовал машину в день побега Амели.

«Официально не арендовал», – мысленно поправила Барнса Дебора.

– Как Амели? – вдруг спросил он.

Дебора почувствовала, как ее лицо помрачнело.

– Неважно. Весь день сидит в своей комнате и смотрит в окно. По дому почти не передвигается, ест отдельно…

Собственно, до похищения ситуация была немногим лучше. В течение последних месяцев девяти Амели все больше замыкалась в себе. Сторонилась родителей, особенно матери. Просто тогда они воспринимали это иначе. Джейсон настаивал на семейных ужинах, во время которых Амели так и не произнесла ни слова.

Теперь они решили оставить ее в покое. Амели выглядела так, будто малейшее насилие над ее волей могло сломить ее окончательно.

– Она такая… замкнутая… Как будто где-то не здесь.

– Для Амели было бы лучше вернуться в школу, – посоветовал Алекс. – Это ее отвлекло бы.

– Да, но она отказывается идти в школу. Амели сказала психологу, что не может вести себя так, будто ничего не было. Мне почему-то кажется, что она не готова принять нормальную жизнь… То, что мы называем нормальной жизнью.

– Это я могу понять, – задумчиво кивнул Алекс.

– Я тоже, но… таким образом она остается вовлеченной в то, что пытается в себе подавить. Она не говорит о главном – похищении и заточении. Вместо этого все время возвращается к ситуации на набережной. К воде, волнам. Ожиданию смерти. Это похоже на карусель. Как будто она часами ходит по кругу. Так и хочется встряхнуть ее…

– Она все расскажет, – заверил Алекс. – В свое время.

– Иногда я даже надеяться на это не смею.

– У Амели есть друзья?

– Да, и это самое странное. У нее всегда были друзья, прежде всего подруги. Раньше Амели днями напролет зависала с ними в Сети. Я еще шутила, что она приросла к смартфону.

– Разве ее смартфон не пропал?

– Мы купили ей новый. Надеялись помочь восстановить контакт с внешним миром. Но ничего не получилось. Амели почти не прикасается к нему. Боже мой! – Дебора грустно рассмеялась. – Думала ли я, что когда-нибудь буду умолять ее посылать сообщения в «Вотсаппе»… Раньше я ругала ее за это. Теперь молюсь, чтобы она снова начала это делать. Это могло бы стать первым шагом к нормальной жизни.