Чтение онлайн

– Кто это «мы»?

– Мы, дети. Тогда мы были детьми, в Стейнтондейле. Ханне четыре года, мне девять. На каждой ферме были дети. Мы вместе бродили по окрестностям, строили плотины в бухтах и шалаши в лесу. Плавали, летом проводили в воде больше времени, чем на суше. Стейнтондейл – еще та дыра, но для детей это рай. Одну Ханну не допускали в нашу компанию. Отец всегда думал, что наши игры слишком опасны для нее. Ей не разрешали купаться в море, лазить по скалам…

– Ну, в четыре года…

– И позже ничего не изменилось. Помню, как однажды пришли за ней, и Райан даже не пустил нас во двор. Говорил, что Ханна не хочет играть с нами, но это была неправда. Когда мы заставали Ханну одну, она говорила, что не может пойти с нами, потому что отец не разрешает. Помню ее большие грустные глаза. Ей было очень одиноко.

Кейт медленно кивнула. После разговора с Райаном Касуэллом она вполне могла такое себе представить.

– Итак, тем вечером, четыре года назад, вы вернулись на вокзал за Ханной, потому что вам стало ее жаль.

– Именно так. И вот я подумал: уж лучше я подвезу ее, пока она не отправилась в Стейнтондейл пешком или, чего доброго, автостопом. Это было… какое-то недоброе предчувствие…

– У Ханны были причины бояться отца? Я имею в виду, бывал ли он жесток с ней, может, давал волю рукам?

Кевин замялся:

– Нет, здесь другое… Не думаю, что Райан бывал жесток с Ханной. Но он контролировал каждый ее шаг, не спускал с нее глаз с утра до вечера. В тот день Ханна навещала любимую бабушку и опоздала на обратный поезд. Она очень расстроилась, потому что Райан запросто мог запретить ей впредь ездить к бабушке. Она боялась его длинных нотаций, преследовавших одну-единственную цель: внушить Ханне, какой она еще неразумный ребенок. Она боялась, что Райан больше никуда ее не пустит – ни к подруге, ни на школьный праздник, ни даже просто прогуляться по городу.

– Вы пригласили ее на открытие паба.

– Да, но вовсе не потому, что мне было что-то нужно от Ханны. Я видел в ней ребенка, не более того, и просто пожалел ее. Честно говоря, не верил, что из этого что-то выйдет. Как бы ей удалось незаметно от отца уехать в Скарборо на праздник, для меня остается загадкой по сей день.

Молодой человек за барной стойкой окликнул Кевина:

– Эй, Кевин! У нас наплыв посетителей, я не справляюсь. Не мог бы ты…

Людей действительно стало больше. Они толпились возле бара, и большинство выглядели так, будто заскочили после работы выпить пива с коллегами, прежде чем отправиться домой.

– Одну минуту, – ответил Кевин молодому человеку и виновато посмотрел на Кейт: – Ну вот, мне пора работать.

– Да, конечно, – ответила она. – Вы жаловались, что Райан вредит вашему бизнесу своими сплетнями, но, глядя на это…

– Все верно, трудности остались в прошлом. Но когда-то нам с Марвином пришлось очень нелегко. Мы открыли паб спустя год после исчезновения Ханны. Тогда обо мне говорил весь Скарборо. И знаете, что придумал Райан Касуэлл? Каждый вечер он стоял внизу под лестницей и раздавал людям листовки с фотографиями Ханны и описанием того, что произошло в тот вечер. То есть как он это видел, разумеется. И люди узнавали, что я похитил и убил его дочь. Многие перестали сюда ходить.

– Это серьезно… – Кейт покачала головой.

– Я добился судебного запрета. Райан больше не мог раздавать листовки, но он успел хорошо нам навредить.

Дверь открылась, и в зал вошел Дэвид Чапленд. Он улыбнулся при виде Кейт, и она почувствовала, как забилось ее сердце.

«Спокойно, – напомнила себе Кейт. – Не воображай особенно».

– То есть, – обратилась она к Кевину, – когда вы вернулись на вокзал, Ханны там уже не было?

– Именно так, – подтвердил он.

– Как вы думаете, сколько времени прошло с тех пор, как вы в последний раз взглянули на нее в зеркало заднего вида?

– В полиции мне тоже задавали этот вопрос, – сказал Кевин. – Самое большее пятнадцать минут.

– Пятнадцать минут – и она исчезла навсегда? Как вы думаете, не могла ли Ханна сбежать из дома добровольно? Просто потому, что не хотела возвращаться к Райану?

Кевин покачал головой:

– Нет, Ханна была не их таких. Ребенок, просто напуганный ребенок. И она была привязана к отцу, каким бы он ни был деспотом. Она не знала другого отца и другого дома. Нет, Ханна не могла сбежать от него, ни за что в жизни.

Вечер получился особенным, совсем не похожим на другие, что Кейт проводила в обществе мужчины. Она помнила, что тогда ее мучило. Как все время чувствовала, что мужчине с ней скучно. Как ни старалась рассказать что-нибудь забавное и смешное, ничего хорошего из этого не выходило. Лучше всего получилось с Колином Блэром, и то только потому, что тот искал в ней не собеседницу, а прежде всего восторженную слушательницу. Достаточно было смотреть на него сверкающими глазами и время от времени восклицать: «Что вы говорите!» или «Нет, это просто здорово!», чтобы Колин чувствовал себя как рыба в воде.

С Дэвидом и вовсе выходило просто. Он рассказывал о себе, время от времени задавал вопросы и внимательно слушал. У него был офис в гавани, в паре шагов от «Приюта моряка», где он сдавал в аренду яхты и парусные лодки как обычным туристам, так и профессиональным спортсменам, для регат и отдыха. У самого Дэвида было три лодки, но он работал с многими судовладельцами, прежде всего в Средиземноморском регионе. Испания, Франция, Италия, Греция, Турция – вот его территория. Недавно он установил контакт со Швецией и возлагал на него большие надежды.

– Если захотите провести отпуск под парусом – где угодно, – только свяжитесь со мной. Турне под ключ, я подберу для вас подходящую лодку.

Кейт рассмеялась:

– Я не умею управляться с ними.

– Можно арендовать судно со шкипером. Плюс курс хождения под парусом. В одиночку или группой, как хотите.

– Я подумаю над вашим предложением, – пообещала Кейт.

Из газет она знала, что Дэвиду Чапленду тридцать восемь лет, то есть он на четыре года моложе нее. Была ли женщина в его жизни? Очевидно, нет, иначе он не сидел бы с ней здесь. Хотя… «Слишком много сложностей для одного вечера», – подумала Кейт.

Он вызывал в ней симпатию и вселял надежду, с чем Кейт пыталась бороться и что было, по-видимому, неизбежным. Симпатичный тридцативосьмилетний мужчина с интересной работой. «Забудь о нем», – уговаривала она себя.

Она долго думала, что надеть, и в итоге остановилась на мешковатых джинсах и сером джемпере с надписью Keep cool [6] . Собственно, ничего другого у нее с собой не было, а покупать означало готовиться, прилагать усилия, что, исходя из опыта прежних встреч, неизбежно заканчивалось разочарованием.