Чтение онлайн

— И не жалко тебе, Леночка, — вздохнула Катя. — Ведь она твоя сестра.

— Не знаю, — задумчиво глядя вдаль, пожала плечами Елена. — Кажется, уже и простила, но как вспомню… и не могу ей даже письмо написать.

— Наверное, нужно подождать. — В согласии кивнула Катя.

— Ты пойми, тут речь идет не только о нас с сестрой. Тут всё гораздо серьёзнее и речь о жизни и смерти. Мы не имели права!

— Да, да, конечно. — Быстро согласилась Катя, чтобы успокоить взволнованную подругу. — Лена, а о чьей жизни и смерти идет речь?

— Понимаешь, я не могу тебе всё рассказать. — Замялась девушка, но увидев огорченную её недоверием Катеньку, добавила. — Эта длинная история, Катя. Скажу одно, из-за нас погиб человек.

— Боже мой!

— Я вышла замуж за Владимира. Он взял меня без приданого.

Елена не удержалась. Слезы хлынули из её глаз. Катя притихла в углу коляски, ни о чем не спрашивая. Все и так было понятно. Она дала подруге возможность выплакаться. Любой разговор сейчас был неуместен.

— Может, я могу чем-нибудь помочь? — Робко спросила Катя, видя, что Елена успокоилась.

— Спасибо, Катюш. Но, мне кажется, здесь сам Господь Бог бессилен.

— Лена, а ты любила Владимира?

— Он мне очень понравился. И потом, было самое главное, муж любил меня. — Елена грустно вздохнула.

— И этого было достаточно?

— Для меня — да.

— За что только такие несчастья тебе? — пожала плечами Катя.

— Почта! — воскликнула Елена. — Нам надо остановиться! Я отправлю письмо Анне.

Катенька тронула за плечо кучера.

— Постой, Савелий!

— Подождёшь меня у «Ипатьевского», возле лавки с тканями.

— Конечно. — Катя с чувством пожала руку подруги.

***

Анна выбралась из-под одеяла и, подбежав босиком к окну, распахнула одну из створок.

В спальню ворвался свежий ветер и, она, подставив ему лицо, вынула шпильку из волос.

Вдохнув полной грудью, аромат прогретой солнцем земли и первой зелени, встряхнула головой.

Густая, блестящая волна белокурых волос рассыпалась по плечам.

Напевая какую-то простенькую песню, она расчесала их и заплела в косу.

Её день, наступил, как обычно, рано.

Но сегодня она проснулась с первыми лучами зари, ибо сегодня был знаменательный день.

Елена. Скоро приедет Елена.

По этому поводу Анна решила поехать в монастырь к Даше, чтобы сообщить ей о возвращении сестры.

Это означает — они опять будут вместе. Вместе, как много лет назад, когда их пути разошлись.

В нетерпении ожидая встречи с одной, Анна не знала, хочет ли она видеть другую.

Почти полгода она не открывала двери в келью сестры.

Девушка окинула взглядом окрестности имения.

Посреди, начинающих зеленеть, гущи деревьев стоял белый дом с мансардой.

Сад подходил к самому крыльцу, а в его глубине голубели воды рукотворного озера. Её родной дом, дом, в котором она родилась. Имение Луговое.

Анна внимательно посмотрела в зеркало.

В нём отражалась стройная девушка с правильными чертами лица, чуть бледноватого со сна, с карими смышлёными глазами.

Закрутила косу короной вокруг головы и набросила на плечи пуховую, белую кружевную шаль.

Вот и всё. Можно отправляться на встречу с сестрой.

***

Весёлая императрица Елизавета Петровна решила построить в Санкт-Петербурге девичий монастырь, дабы удалиться в него в старости и быть похороненной там же. Мечтала. Для этой цели передала церкви свой летний дворец «Смольный». Прибывшие из Горицкого монастыря двадцать монахинь, начали в нём монашескую жизнь. Последняя из них умерла в царствование императрицы Екатерины и «Смольный» по велению императрицы стал приютом для первых «смолянок», девиц из дворянских семей, которые воспитывались тут не для монашеской жизни.

По просьбе дочери, великой княгини Ольги Николаевны, императора Николай Павлович, выделил большой участок земли по Царскосельской дороге, недалеко от Московских триумфальных ворот. Так, с постройки деревянной церкви Казанской иконы Божией и двухэтажного пятиглавого собора Воскресения Христова, начал свою жизнь Воскресенский Новодевичий монастырь.

Большой золотой купол и четыре малых купола, высокий цокольный фундамент и арочный портал. Величественный Воскресенский собор был обращён лицом к Московской заставе и изумлял прихожан своим благолепием и внутренним убранством, росписью стен, пятиярусным, полукруглым предалтарным иконостасом и чудотворной иконой Смоленской Божий Матери Одигитрии. Над воротами входа в монастырь — семидесятиметровая надвратная колокольня, схожая с колокольней Ивана Великого в московском Кремле.

Вглубь двора уходили келейные корпуса и мастерские: живописная, золотошвейная, чеканная, башмачная, ковровая и швейная, поварня и просфорная. Ещё дальше вглубь — ферма, сад, огороды и пчельник. При монастыре находился детский приют, больница для бедных прихожан и церковно-приходская школа для бесплатного обучения. Всё это, радением монахинь и послушниц пребывало в образцовом порядке. В самом отдалённом уголке монастыря Введенская церковь и примыкающее к ней кладбище. На нём хоронили не только почивших сестёр монастыря, но и умерших мирян.

***

Семнадцатилетнюю послушницу Ксению Карницкую мать отдала на послушание в Воскресенский Новодевичий монастырь несколько месяцев тому назад с учетом того, что девушка, пройдя послушание, примет постриг и станет одной из сестёр монастыря.

В обители девушка всей душою привязалась к молчаливой, но всё понимающей сестре Дарье. Эта молодая монахиня давала девушке больше тепла и ласки чем её родная мать. В глубине души Ксения считала Дарью святой. Молчаливая подруга стала её кумиром, её старшей сестрой.

Незадолго до заутрени, Ксения постучала в келью монахини. Не дождавшись ответа, вошла.

Преклонив колени перед иконами, Дарья молилась. Девушка опустилась рядом, и вдруг услышала мягкий голос:

— Рада видеть тебя, Ксения.

— Даша!

— Тише, — улыбнулась монахиня. — Ты разбудишь сестёр.

Закончив молиться, Дарья усадила разрумянившуюся девушку возле стола.

— Ты что-то хочешь мне сказать?

Ксения опустила голову и промолчала.

— Если не хочешь, не говори. Здесь никто тебя не заставит. Но я вижу, что ты в растерянности. Ты скучаешь по матери и прошлой жизни?