Чтение онлайн

— Вот этого большего я и опасаюсь. — Недовольно сверкнул на врача глазами Андрей Михайлович. — Позвольте мне самому решать, как поступать с моими гостьями и с сыном. Мне видней.

— Ну, что же, во всяком случае, я вас предупредил. А теперь, отведите меня к пациентке.

***

Когда ранним утром Андрей зашел проведать сына, то застал его сидящим за письменным столом. Арсений работал над переводами.

— Ты бы лучше дольше поспал, — попенял он ему. — Бессонница тебе не на пользу.

— Я выспался, — буркнул тот в ответ.

Отложив ручку в сторону и, внимательно глядя на отца, спросил:

— Зачем тебе такой риск, папа?

Андрей проверил, закрыта ли дверь и тихо произнёс:

— Тише. В доме ещё спят.

— И всё же.

— Это тебя не касается.

— Ошибаешься! Всё что связано с тобой, также связано и со мной! — раздраженно бросал отцу Арсений. — Я не хочу, чтобы тебя арестовали.

— Не арестуют, если, конечно, никто не донесёт, — сердито сдвинул брови Андрей.

— Я решил, что пока эти женщины останутся здесь.

— Вот как? — усмехнулся Арсений.

— Именно так.

Сын пристально смотрел ему в глаза. От этого взгляда Андрею стало не по себе.

***

Со дня последней встречи с Ксенией прошла неделя.

И если раньше у него была надежда примириться с ней, то после их встречи в церкви, она рухнула.

Несколько дней Арсений не покидал своей комнаты, оглушая себя спиртным. Но это мало помогало. Обида, нанесённая Ксенией, не утихала.

«За что? — постоянно думал Арсений. — За что она так со мною? Или это мой рок, постоянно терять тех, кто мне дорог? Все уходят от меня. Неужели одиночество — моя судьба?»

Он перестал следить за собой. Неряшливо одетый, небритый, со спутанными светлыми волосами, с осунувшимся лицом, он был не похож на себя.

— Страшно? — уловив своё отражение в зеркале, спросил он и сам же ответил. — Страшно. Страшно видеть как все ниже скатываешься по наклонной прямо в ад.

В сердцах, смахнул зеркало с комода на пол. Следом полетела рюмка. Осколки разлетелись по комнате.

Арсений без сил рухнул на кровать. Вцепился зубами в подушку, чтобы заглушить собственный крик:

— Господи! Ну, почему это происходит со мной?!

В комнату вбежала Адель и опустилась на колени возле кровати.

— Что с тобой?

— Не могу больше, Адель! — его затрясла нервная дрожь. — Не могу так жить!

— Ради бога, — она обняла его. — Не надо так отчаиваться. Тише.

Постепенно её ласка и участие возымели своё действие. Арсений начал

успокаиваться.

Спустя время, сел и уставился на осколки на полу.

— Арсен, понимаю, тебе здесь невыносимо. — Девушка участливо заглянула ему в глаза. — Переезжай ко мне.

— Ты серьёзно? — удивлённо спросил он.

— Серьёзно. Давай будем жить вместе.

Она забралась с ногами на кровать и провела ладонью по его волосам.

— Во всяком случае, у меня тебе будет лучше, чем здесь.

— Я очень ценю твою ласку, — вздохнул Арсений. — Но ты же знаешь, я не смогу

любить тебя так, как ты заслуживаешь.

— Значит, ты и правда влюбился в эту барышню?

— Правда, в том, что она мне нравиться. Наверное, Ксения права и, нам не нужно встречаться.

— Я знаю, кого ты любишь больше всего на свете. — Адель обиженно поджала губы.

— Больше самого себя.

— Кого?

— Своего отца! — выпалила француженка. — Иначе, ты бы давно ушёл отсюда.

— Не говори глупости! — возмутился он. — Я бы ушёл. А чем я буду жить?

— Тогда, что же происходит? Доктор говорил, ты можешь умереть!

— Это мысль! — горько усмехнулся молодой человек. — Напиться до смерти и… — он махнул рукой.

— Нет, с тобой просто невозможно разговаривать!

Всплеснув руками, Адель вышла из комнаты.

Вскоре вернулась, неся в руках стакан с розоватой жидкостью, источающей слабый аромат шафрана и, протянула его Арсению.

— Возьми.

— Что это?

— Настойка опиума. Выпей. Это успокоит тебя и, ты уснёшь.

Он покорно выпил содержимое. Лёг. Адель удобно устроилась рядом с ним. Обняла.

— В небольшой дозе «Лауданум» лекарство. Но злоупотреблять им нельзя.

— Опиум — опасный друг. Это еще Бодлер сказал.

Француженка пытливо посмотрела на него.

— В тот вечер, когда ты стрелялся, ты кое-что курил?

Поджав губы, Арсений отвернулся.

— Курил, — протянула она. — Я сразу догадалась, что с тобой что-то не так. Ещё есть?

— В ящике комода.

— Можно мне их забрать?

— Возьми.

Проворная француженка быстро отыскала то, что ей было нужно.

— Я выброшу эти папиросы

— Выброси, — устало отозвался он.

Девушка опять легла рядом.

— Тебе лучше?

— Впервые за эти дни мне хорошо.

— Арсен, я ведь серьёзно. Давай будем жить вместе. — Она запустила ладонь в его густые волосы. — Помнишь, как нам бывало весело?

— Помню.

— Милый, моей любви хватит на двоих.

— Думаешь, у нас что-нибудь получиться?

— Обязательно!

— Хорошо, — он обнял француженку. — Давай попробуем.

— Тогда, mien aim'e, le baiser de moi.* Я так этого хочу.

Не дождавшись ответа, девушка обвила его шею руками и припала поцелуем к губам.

— Адель, не надо. — Арсений отстранился от неё. — Отец может войти.

— К чёрту мораль и целомудрие! Ведь ты — свободен! И ты — мой. Я никому тебя не отдам. Помнишь, нашу первую встречу?

— Ты поступила к нам на работу в день моего рождения. Мне исполнилось пятнадцать. Как я могу это забыть?

— А помнишь, нашу первую ночь? — лукавая улыбка порхала по её губам.

— Слишком много шампанского и ты, такая соблазнительная.

— Ты ужасно конфузился, краснел и стыдился.