Чтение онлайн

Он встал и нагнулся за своим пальто.

– Куда же ты пойдешь сейчас? Он жалко развел руками.

– На чердак. Посижу там до утра.

– Еще возьмут ночью... А ты хотел сам явиться. И простужен весь, гнусавишь.

– Мне некуда идти. Где можно, уже был... просили больше не приходить. Дома у матери, наверно, караулят...

– Ладно, переночуешь в папиной комнате. Ложись и спи. спокойно. Утром разбужу рано. Позавтракаешь, и пойдешь с повинной.

Не подумайте, что я уж такая добрая и доверчивая. Но не выгонять же на ночь глядя человека, которому негде ночевать..

К тому же Зомби был неуравновешенный подонок, и на всякий случай следовало его обезвредить.

В шкатулке с лекарствами, которые остались после мамы, лежало ее снотворное - мама страдала бессонницей. Я все собиралась его выкинуть, но руки не доходили. А теперь вот пригодилось.

Я взяла несколько таблеток, вложила в обложку от аспирина, а на всякий случай, если откажется принимать аспирин, я еще парочку таблеток растворила в чае.

Я постелила ему постель и провела в папину комнату. Он послушно выпил горячий чай, принял две таблетки "аспирина" и блаженно улегся в постель.

– Спасибо!
– пробормотал он с благодарностью, когда я зашла выключить свет.

Не знаю уж, подействовало ли сразу снотворное или он 1тпросто выбился из сил, но минут через пять он уже спал. Я "вздохнула с облегчением и ушла к себе в мамину комнату.

Ночью я несколько раз просыпалась и на цыпочках подходила послушать, но он спал сном невинного младенца и только посапывал.

Спала ли его бедная мать? Вряд ли.

Чтобы не проспать, я поставила будильник, и он меня разбудил ровно в шесть. Быстро оделась, приготовила кофе, горячий завтрак и пошла будить Валерия.

Сначала я постучала в дверь, еще и еще - никакого ответа.

Тогда я стала звать Зомби, все повышая голос. Наконец не выдержала, вошла и начала его трясти. Куда там, он так и валился спать...

Я, признаться, испугалась. Может, было слишком много снотворного? Пришлось дать ему понюхать нашатырного спирта, все из той же маминой аптечки.

Наконец он очухался и очень смутился.

Уже за кофе (я ему сделала покрепче) он "все извинялся, что так разоспался и мне долго пришлось его будить.

– Ну, Валерий, утро вечера мудренее, что решаешь окончательно? спросила я.
– Идешь с повинной?

Валерий горестно вздохнул.

– Лучше всего идти. Поработаю в колонии фельдшером, а то совсем потеряю квалификацию.

Про чердаки он, кажется, вспомнить не мог без содрогания.

– А после колонии... неужели опять?

– Нет, Владя, уж хватит. Если мать меня дождется, поменяем комнату на квартиру в Саратове и будем там с ней вдвоем жить.

– Почему именно в Саратов?

– А это же родина матери. У нее там родни полно. У меня одних сестер двоюродных, троюродных - человек двадцать будет. Эх!..

Он помотал головой. Аппетит у него не пропал.

– Я одного боюсь, - сказал он, - что меня сцапают раньше, чем я дойду до Петровки. И не поверят, что сам туда шел, Владя! Может, ты меня проводишь? С тобой не боюсь. Нервный я очень...

– Опоздаю на работу... Ну ладно, провожу. Может, такси достанем.

Мы стояли у дверей дома на Петровке, 38.

Шутов жалко улыбнулся, губы его дрожали, глаза выкатились еще больше. Он сказал: "Спасибо, Владя!" и скрылся за дверью управления милиции. Я вздохнула, взглянула на часики-браслетку и назвала шоферу адрес завода.

– Проводила мил дружка?
– иронически осведомился шофер, пожилой человек в кожаной куртке. От него сильно пахло табаком. Машину он вел отлично. Я сидела сзади, и мне совсем не хотелось ни растолковывать, ни оправдываться.

– Я их сразу определяю, - продолжал шофер и хмыкнул.
– Мне бы только в милиции работать. А вот ты еще девушка хорошая, не с такими бы тебе связываться. Отец-то с матерью есть?

– Есть, - сказала я.
– .Вы не волнуйтесь, все в порядке.

– Какой уж там порядок, - протянул он недоверчиво и умолк.

Я записала на всякий случай номер такси и фамилию водителя. Мало ли что!

Когда я вбежала, запыхавшись, в нашу мастерскую, все уже работали и, улыбаясь, уставились на меня. Володя Петров, который заменял сегодня бригадира, погрозил мне пальцем.

– Это что же, Владька, только папа отъехал на пару дней, как дочка уже опоздала. Проспала?

Я махнула рукой и уселась за свой столик, где меня ждали микроскоп, пинцеты и микродетали.

– Зинка сегодня тоже опаздывает, - добавил недовольно Петров.

– Зинка может и совсем прогулять, - буркнул Андрей. Остальные помалкивали: давно ли они сами и опаздывали, и прогуливали.

В одиннадцать часов в нашу мастерскую вошла взволнованная секретарша Рябинина, полная красивая женщина лет сорока пяти, с обесцвеченными волосами. Ее все называли Аленушка. Она никогда к нам не заходила, и мы удивились.

– Сегодня нашли Зину Рябинину... ножевое ранение, - сказала она, - еще жива. Владимир Петрович поехал к ней в больницу. Я решила поставить вас в известность, чтоб не ждали.

Чуть пожав полными плечами, Елена Ивановна вышла,

Через минуту мы услышали ее голос. Кому-то рассказывала в коридоре то же самое.

– Это Зомби!
– воскликнул Шура Герасимов.

Он полез за папиросами. Другие ребята тоже. Я растерянно отодвинула столик. Кто сейчас мог спокойно работать...

– С чего ты взял, это Валер... Зомби?
– спросила я мрачно.

– Больше некому, как Зомби, - уверенно повторил Шура. Он заметно побледнел, родинки-мушки теперь выделялись рельефно.

– Похоже, что Зомби, - поддержал его и Олежка.

– А когда ее покушались убить?
– спросила я медленно. Никто не знал. Неужели Зомби пришел к нам после того,

как... нет, этого не может быть.

– Володя, я схожу позвоню Ермаку. Узнаю, - попросилась я.

– Иди звони, - расстроенно ответил Володя.

Я не очень надеялась найти сейчас Ермака. И действительно, не застала. Он был и ушел. Я медленно вернулась в мастерскую. У меня было какое-то состояние заторможенности.