Чтение онлайн

– Мисс Беллингем ждёт вестей от доктора Уиллоуби, который сейчас осматривает её отца. Мы сочли, что полковника лучше всего доставить сюда.

– Я отведу лошадей в конюшню, – начал Давид.

– Нет, подождите.– Долли изящно приподняла юбки и подошла к Рише, разглядывавшего её с вежливым равнодушием. – Какая красавица! Она ваша, мистер Эмерсон?

Рамзес, привыкший к такой форме обращения не более, чем я, невольно взглянул на отца, прежде чем ответить.

– Э-э… да.

– Вы позволите мне испытать её, не так ли?

– Сейчас?

Она издала звенящий смешок.

– Глупый мальчик! Как же мне ездить верхом в таком наряде?

Рамзеса, явно растерявшегося, спасло возвращение доктора Уиллоуби. Он отклонил моё предложение выпить чашку чая, сказав:

– Я хочу немедленно отвезти полковника в свою клинику. Не то чтобы существовал повод для беспокойства, — добавил он, ободряюще улыбнувшись Долли (скорее, её спине, поскольку она даже не потрудилась повернуться к нему лицом). – Но я хотел бы подержать его под наблюдением в течение нескольких дней. Мы обеспечим вам все условия для удобного пребывания, мисс Беллингем, и я уверен, что вам будет спокойнее рядом с отцом.

Это привлекло внимание Долли. Морщина пересекла фарфоровую поверхность её лба.

– Вы хотите, чтобы я осталась с ним в больнице? Вы же сказали, что не о чем беспокоиться! Почему я должна там оставаться?

Я знала, о чём думает это маленькое эгоистичное существо. Тихая атмосфера клиники, где за ней присматривают ответственные лица, совершенно не в её вкусе. Она надеялась, что я предложу ей переехать к нам, и я была уверена: если от меня не последует приглашения, она выскажет это предложение сама.

– Вы не можете оставаться в отеле в одиночестве, – непререкаемо заявила я. – Это замечательная идея. Спасибо, доктор Уиллоуби.

Долли холодно и оценивающе посмотрела на меня. Затем, понимая, что встретила достойную соперницу, склонила голову и покорно пробормотала:

– Да, спасибо, доктор.

Похоже, она краем глаза наблюдала за Рамзесом. Стоило ему шагнуть в сторону, Долли тут же подскочила, как игривый котёнок.

– Большое спасибо за вашу доброту, мистер Эмерсон. Вы не забудете своё обещание?

– Я не понял, – отозвался Рамзес. – Какое обещание?

– Позволить мне оседлать вашу прекрасную лошадь.

Мисс Долли весьма утомила меня.

– Не может быть и речи, мисс Беллингем. Ришу не приучили к боковому седлу [135] . Вам не следует думать об удовольствиях, когда ваш отец так болен. Эмерсон, отведи её в карету доктора Уиллоуби и усади внутрь.

Долли тоже не дрессировали [136] , но мало кто не слушается меня, когда я говорю таким тоном, и мой дорогой Эмерсон немедленно последовал совету. Пока он уводил Долли, я пошла с доктором Уиллоуби, чтобы помочь полковнику, который уже сидел и снова выглядел почти самим собой. Заверив меня в своей благодарности, он многозначительно добавил:

– Нам есть о чём поговорить, миссис Эмерсон. Могу ли я попросить вас об одолжении – побеседовать со мной как можно скорее…

– В любое удобное для вас время, полковник, – перебила я. – Я точно с таким же нетерпением ожидаю возможность побеседовать, как только доктор Уиллоуби посчитает, что вы достаточно здоровы.

– Чтобы пережить очередное потрясение? Не бойтесь этого, миссис Эмерсон. Ничто не сможет причинить мне большие страдания, чем то, что я видел сегодня. Что бы из этого ни вышло…

– Я понимаю, – кивнула я, потому что доктор Уиллоуби, стоявший за ним, качал головой и показывал на дверь. – И надеюсь, в конце концов всё устроится.

Однако от него было не так-то легко избавиться; он настоял на том, чтобы пожать нам с Эмерсоном руки и снова поблагодарить нас. Мальчишки сбежали с лошадьми. И вернулись только после того, как экипаж уехал.

Увидев мой критический взгляд, Рамзес спросил:

– Ты не возражаешь, если мы не переоденемся к ужину, матушка? Уже поздно, и отец хочет, чтобы мы поработали над... поработали сегодня вечером.

– Да, всё в порядке, – подтвердил Эмерсон. – Сядь, моя дорогая Пибоди. Подними ноги на скамеечку, и я принесу тебе виски с содовой. У тебя был тяжёлый день, но должен сказать тебе, дорогая, что – за исключением одного-двух простительных промахов – я никогда не видел лучшего представления. Ты так изящно избавилась от Беллингемов...

Я выпила виски, но могла только покачать головой, изумляясь его наивности. Мы не избавились от Беллингемов – ничего подобного! Долли, по всей видимости, испытывала необъяснимую симпатию к Рамзесу, и мне совсем не понравилось, как полковник смотрел на Нефрет, когда прощался. Он осмелился поцеловать ей руку. Полковник был достаточно стар, чтобы приходиться ей дедушкой, но, вероятно, достаточно тщеславен, чтобы счесть это неважным. Как и большинство мужчин. И теперь он был вдовцом.

– Это миссис Беллингем, – произнесла я.

Слова прозвучали в торжественной тишине. Я не сомневалась, что все думали об одном и том же, потому что никто не спросил, что я имела в виду. Рамзес, занимавший своё любимое место на невысокой стене, заговорил первым.

– Если это так – а нам ещё предстоит точная идентификация – как она попала из Каира в могилу на Фиванских холмах?

– Это только один из многих вопросов, на которые нет ответа, – вздохнула я.

Нефрет подняла ноги и обхватила руками согнутые колени.

– Полковник не мог поместить её туда.

– Недоказанное предположение, – холодно отрезал Рамзес.

– Однако разумное, – возразила я. – Это его первая поездка в Египет после исчезновения жены. Передвижения Беллингема во время предыдущего визита, очевидно, были общеизвестны. Подготовка тела, транспортировка его, поиск и раскопки подходящей гробницы, сокрытие местонахождения – на эти действия потребовались бы недели, а то и месяцы.

– Во всяком случае, зачем мужчине такое делать? – спросил Давид, его чувствительные губы задрожали.

– Ну… – начала я.

– Не говори, Пибоди! – крикнул Эмерсон.

– Да в этом и нет необходимости. Вы все точно так же об этом думали. Но в данном случае нет оснований для пустопорожних размышлений: осмотр тела может выявить причину смерти. – Озабоченно наблюдая за апоплексическим лицом Эмерсона, я добавила: – Или, может быть, и нет. Выпей ещё виски, Эмерсон, прошу тебя. Есть ещё одно возможное объяснение такого захоронения останков. В уголовных расследованиях всегда нужно задавать вопрос: «Cui bono?» – И перевела для Давида, чья латынь оставляла желать лучшего: «Кому это выгодно?» Так вот, один человек действительно может получить выгоду, когда обнаружат тело молодой и красивой женщины, завёрнутое в шёлковые одежды...