Чтение онлайн

Остальные собрались вокруг, ожидая приказов. После минутного размышления Эмерсон неохотно кивнул.

– Ты, как всегда, права, Пибоди. Подождём двадцать минут. Но сегодня мы должны вытащить оттуда эту клятую… э-э… бедняжку. К вечеру ложные слухи о богатой находке дойдут до каждого грабителя гробниц на Западном берегу. – Он повернулся, чтобы посмотреть на одного из расхитителей – молодого члена печально известной семьи Абд-эр-Рассул, который бесхитростно улыбнулся ему в ответ – а затем перевёл взгляд на Говарда Картера.

– Что вы тут забыли? Разве у вас нет собственных раскопок?

– Он только хочет помочь, – объяснила я. – В конце концов, Эмерсон, он – главный инспектор Верхнего Египта. И обязан находиться здесь, тем более с учётом необычных обстоятельств.

Эмерсон хмыкнул, принимая чашку чая.

Говард бросил на меня благодарный взгляд.

– Необычные – едва ли подходящее слово. Миссис Эмерсон сказала мне, что останки современны – по её словам, им не более десяти лет.

– Потише, – прорычал Эмерсон.

– Как ты пришла к такому выводу, матушка? – спросил Рамзес.

Я скромно молчала, пока Говард повторял ему мои слова. Мне было очень приятно видеть выражение лица Эмерсона. Он вечно дразнил меня из-за моего интереса к моде. И, конечно, почувствовал себя обязанным выразить сомнения по поводу моей теории.

– Снова поспешные выводы, Пибоди. Ткань может быть современной, но…

– Я считаю, отец, что мы должны принять её выводы, – перебил Рамзес. – По крайней мере, временно.

– Ценю твою снисходительность, Рамзес, – отозвалась я.

– Как вы можете так хладнокровно это обсуждать? – спросила Нефрет, стремительно вскочив. Её щеки слегка побледнели, а глаза пылали. – Это ужасно! Мы должны немедленно вытащить её оттуда.

– Если она пролежала там десять лет, то ещё несколько часов не имеют значения, – буркнул Эмерсон. – Ты должна развивать безучастность, Нефрет, иначе никогда не станешь археологом.

– Понятно, я должна подражать Рамзесу, – пренебрежительно бросила девушка. – Он невосприимчив к сантиментам.

Конечно, выглядело именно так. Рамзес, сидевший на земле со скрещёнными ногами и поедавший хлеб с сыром, только приподнял бровь и продолжил есть.

Публика никуда не делась. Во всяком случае, число зевак увеличилось, и Эмерсон заявил, что дальнейшие промедления не имеют смысла. Плотник Ибрагим начал прибивать доски, которые принёс с собой, и мужчины вернулись к разборке завалов.

Под рыхлым камнем виднелись ступеньки – числом двенадцать, ровные, высеченные в скале. Рабочие могли бы очистить их в кратчайшие сроки, если бы Эмерсон не настаивал на том, чтобы мы проверяли каждый квадратный дюйм убранного мусора на наличие посторонних предметов. Это было его неизменным правилом, но в данном случае имелась ещё и дополнительная причина. Убийца мог оставить ключ к разгадке.

– Какой убийца? – набросился на меня Эмерсон, услышав мою похвалу. – У нас нет доказательств совершения преступления.

– А, значит, таково твоё оправдание причины того, что ты немедленно не уведомил власти?

– К чёрту оправдания! – рявкнул Эмерсон. – На данный момент мы знаем только одно: в этой яме находится то, что выглядит как мумифицированное тело. Оно может быть или не быть древним; оно может быть или не быть человеком. Это может быть даже извращённая шутка, устроенная современным туристом или одним из моих профессиональных врагов. Кое-кто из этих типов – я не называю имён, Пибоди, но ты знаешь, кого я имею в виду – спят и видят, как я выставляю себя дураком из-за связки палок или мёртвой овцы. Уоллис Бадж…

– Да, дорогой. – Я пыталась его успокоить. Когда Эмерсон говорит о своих профессиональных соперниках, особенно о Уоллисе Бадже, хранителе египетских древностей в Британском музее, необходимо немедленно прервать его. – Ты прав. Мы не должны делать поспешных выводов.

– Ха, – фыркнул Эмерсон.

Он явно находился не в своей тарелке, поэтому я перешла к Нефрет, осматривавшей предметы, найденные при раскопках. Невзрачная коллекция – хрупкие кости и фрагменты грубой керамики.

– Животное? – спросила я, беря кусок кости.

Нефрет наморщила красивую бровь и отложила кость в сторону.

– Конечно, не человек. Возможно, коза.

Наступило самое жаркое и самое сонное время дня. Сухой воздух был совершенно неподвижен. Небо стало бледно-голубым. Я с трудом держала глаза открытыми, тем более что в коллекции артефактов не нашлось ни одного интересного предмета, даже пуговицы от воротника.

Через некоторое время Эмерсон вырвал меня из полудрёмы. Рухнув рядом со мной, он провёл рукавом по мокрому лбу и спросил, есть ли чай. Я не стала напоминать ему про носовой платок и не спрашивала, что случилось с его шляпой. Перед выходом я удостоверяюсь, что Эмерсон начинает свой день с пробковым шлемом на голове и красивым чистым белым носовым платком в кармане. К полудню он обычно теряет и то, и другое.

– Значит, ты прекращаешь работу? – спросила я, потому что Рамзес присоединился к нам, и люди отложили свои лопаты и корзины.

– Ненадолго, – ответил Эмерсон, – там творится что-то странное.

Посмотрев в указанном им направлении, я поняла, что он имел в виду. К полудню большинство туристов разошлись по своим отелям, и даже археологи и египтяне прервали работу. Однако толпа зевак, сдерживаемых нашими людьми, явно увеличилась, и между собой соревновались уже сразу два лектора.

– … знаменитый мистер профессор Эмерсон и его семья... un sepulcre nouveau [130] ... что откроется, когда двери распахнут... tresor d'or magnifique [131] ...

Последняя фраза переполнила чашу терпения Эмерсона, который вскочил на ноги, сжав кулаки. Я схватила его за лодыжку.

– Сядь, Эмерсон, ради Бога. Можешь обвинять свою репутацию, – добавила я, когда Эмерсон, ворча, как громовые раскаты, вернулся на место. Я протянула ему стакан чая. – Наше последнее открытие обеспечило заголовки в каждой газете западного мира. Бедные доверчивые создания ожидают чего-то столь же сенсационного. Но как же эта новость распространилась так быстро, интересно?

– Дауд, скорее всего,– предположил Рамзес. – Сами знаете, как он любит болтать налево и направо. Но, может быть, кто-нибудь другой, а то и один из рабочих мистера Картера. Я только надеюсь... – Он сдержался, но его взгляд, направленный на меня, был весьма красноречив.

Непроизвольный испуганный вздох сорвался с моих губ. Я знала – пожалуй, лучше всех – как факты можно исказить и украсить сплетнями, и не сомневалась, что наши рабочие подслушали, как Рамзес описывал то, что лежало в гробнице. Неудивительно, что собралась толпа любопытствующих! Длинные золотые волосы, шёлковые повязки – к настоящему времени описание, вероятно, включало золотые диадемы и инкрустированные драгоценностями украшения. Если бы Дональд Фрейзер узнал об этом, то преисполнился бы уверенности, что мы нашли его воображаемую принцессу. Необходимо срочно переговорить с ним и с Энид, прежде чем слухи дойдут до них.