Чтение онлайн

– А Престон Донован тут при чем? Зачем он вообще? Просто чтобы добить Роуэна и его семью?

Он хмурится. И по выражению лица я понимаю, застал врасплох.

– Какой еще, нахуй, Престон?

Вот дерьмо. Мы все поняли неправильно.

– У меня нет никакого Престона. Хотя, может, и зря. Раз он так вас всех расколбасил.

Он усмехается, как ублюдок, и продолжает:

– Да брось, Киран. Отпусти меня. Мы оба знаем, ты не можешь просто взять и прикончить пахана. Вся моя организация обрушит на тебя шквал свинца.

Объяснять ему, что его же организация уже списала его со счетов, нет ни смысла, ни желания. Его смерть, акт доброй воли с нашей стороны. Шаг к тому, чтобы сохранить союз между нашими семьями. Не теряя больше ни секунды, я нажимаю на курок.

Николай падает. Пуля точно между глаз. Я ведь говорил, что стреляю, как чертов снайпер.

Кричу братьям, падаю на колени рядом со своим старшим братом. Руки сами сдергивают с него тело Нолана. Оно тяжелое, мертвое, теплое, но мне плевать.

Слышу, как ребята врываются в комнату. Чувствую, как они опускаются рядом. Они видели все. С самого начала. Сидели и смотрели это на камерах. И единственная причина, по которой они не ворвались раньше, это потому что там был я.

Меня выворачивает от этой мысли. Роуэн весь в крови. Его тело обмякло, лицо абсолютно спокойно, как будто он просто спит. Но это не сон. И я не знаю, проснется ли он.

Мак падает рядом со мной и зовет:

– Медвежонок!

И тут же глаза Роуэна распахиваются. Что за хрень вообще происходит?

Мак помогает ему сесть, придерживая за плечи. Роуэн морщится, потирая грудь:

– Да, я в курсе, что эта штука спасла мне жизнь, но, блядь, она все равно больно бьет. Клара меня убьет, когда увидит этот синяк.

Я оглядываюсь на остальных, полное непонимание и растерянность на лицах. Никто не в курсе, что к чему.

Первым заговорил Деклан:

– Кто-нибудь объяснит мне, какого хера мы не знали, что на Роуэне был бронежилет? Я, конечно, рад как никогда, но какого черта нас не посвятили в план?

Роуэн стягивает с себя рубашку, а потом принимается расстегивать жилет, пока говорит:

– У меня было предчувствие, что наша крыса – это Нолан. Единственный, с кем я мог поговорить наедине, был Мак. И понятно, что в присутствии Нолана я ничего не мог сказать или выдать.

Он сбрасывает кевлар, морщится, и продолжает:

– Нолан всегда был предсказуем. Он всегда целится в грудь. Я знал, что Ки пойдет в лоб, и что перед тем, как грохнуть Ника, он потребует ответы. И я знал вас. Вы бы не сунулись, пока Ки был там, не стали бы рисковать им, пока угроза не ликвидирована.

Я всегда знал, что мои братья чертовски умны. Эта гениальность обошла меня стороной, но в них она засела намертво. Только я и представить не мог, насколько далеко все зашло.

Роуэн встает и тянется за телефоном. Черт, Клара его прикончит – на спине только начинает проступать синяк, и выглядит он, мягко говоря, паршиво. Он нажимает несколько кнопок и подносит трубку к уху:

– Эй, вытащи Клару и Ретта оттуда. Хочу, чтобы их немедленно доставили в безопасное место.

Слушает пару секунд, кивает:

– Да, все точно по плану, как и обсуждали. Спасибо, Киллиан.

Он сбрасывает вызов и оборачивается к нам:

– Пошли разберемся, откуда у Престона была инсайдерская инфа о нашем доме. Найдем крысу, и прикончим ее. Тогда моя женщина и мой сын смогут вернуться домой.

Он живет и дышит только ради них. Не поймите неправильно – я рад. Теперь она моя сестра, а Ретт – племянник. Но для меня так никогда не будет.

Я никогда больше не отдам никому такую власть над собой. Не после того, что я пережил. Не с тем дерьмом, что живет у меня в голове.

Клара

Мы с Реттом играем в его комнате, разыгрывая сценки с фигурками супергероев, когда в дверь резко стучат. Проходит меньше пяти секунд, и Киллиан вальяжно входит. Его лицо каменное, и у меня сразу в животе все сжимается.

– Что случилось? – спрашиваю, напрягаясь.

Он смотрит на Ретта, тот полностью поглощен игрой, и снова переводит взгляд на меня:

– Мэм, мистер Бирн приказал доставить вас в безопасный дом до дальнейших указаний. У вас есть пять минут, чтобы собрать вещи. Потом мы уходим.

Во мне вскипает злость. Кто он, черт возьми, такой, чтобы так решать за нас? Схватив телефон, я набираю его номер. Он отвечает на первом же гудке, по звукам понятно, что у него включен блютус. Жаль, но мне плевать.

– Пре... – начинает он.

– Роуэн, ты охренел? – перебиваю его, не давая договорить ласковое прозвище. – Ты, блядь, кто такой, чтобы просто взять и отослать нас с Реттом? Без объяснений, без предупреждения? Без малейшего понятия, на сколько, куда и зачем? Ты даже не нашел в себе мужества позвонить и сказать это лично. Просто спрятал нас, когда тебе так удобно?

Он перебивает меня, не давая выплеснуть все до конца:

– Эй, стой, это вообще не так, как ты думаешь, детка. Мы уже разобрались с делами, с бизнесом. Но, Клара, мы ошибались. Престон не работал с русскими. Я прошу, поезжайте с Киллианом. Вы с Реттом будете в безопасности, а я приеду сегодня ночью. Нужно кое-что проверить, но я клянусь, малышка, я приеду. Буду там до того, как начнется вечерняя рутина Ретта.

Он делает паузу, и я чувствую, как его голос дрожит от напряжения:

– Я люблю тебя. Люблю вас обоих до безумия. Как только все закончится, мы сыграем ту самую свадьбу, о которой говорили. Да?

По щеке скатывается слеза.

– Да, я тоже тебя люблю. И Ретт тоже. Просто... приедь за нами до того, как мы успеем по тебе слишком сильно соскучиться. Хорошо?

– Обещаю.

Он сбрасывает звонок, и я выдыхаю, переводя взгляд на Киллиана.

– Мы будем готовы через пять минут.

Мы были готовы за восемь минут. Ну и ладно, все равно он бы без нас никуда не уехал.

Я только успела пристегнуть Ретта и сама захлопнула ремень безопасности, как Киллиан выехал со двора. Понятия не имею, куда мы едем и насколько это далеко и, честно говоря, даже не собираюсь спрашивать. Киллиан, в общем-то, нормальный. Просто мы не разговариваем. Он делает свою работу, и, похоже, делает ее хорошо. Но он не из тех, кто заводит беседы. И это меня более чем устраивает.

Потому что, несмотря на то что мы с Реттом вроде бы начали оттаивать рядом с Бирнами, мужчин мы все еще не любим. Киллиан не пытается подружиться, и я тоже. Если подумать, мы с ним в этом идеально совпадаем.

Мы едем уже довольно долго, и я больше не могу терпеть.

– Мы можем остановиться? Ретт и я хотим в туалет, – говорю, стараясь держаться спокойно, но внутри уже все ноет от этой поездки в никуда.

Киллиан мельком смотрит на меня в зеркало заднего вида и коротко кивает: