Чтение онлайн

Строгое лицо президентши всегда было въ высшей степени несимпатично для Кети, но въ настоящую минуту появленіе пожилой дамы было ей даже нсколько пріятно, хотя президентша была видимо въ дурномъ расположеніи духа.

– На будущее время мн врно нужно будетъ поставить здсь карточные столы, такъ какъ вс предпочли эту комнату, а зала пустая. Почему ты такъ рано ушла изъ столовой, Генріэтта? Неужели-же мн нужно будетъ звать горничную, что-бъ она разливала чай? И тебя, Флора, я тоже не могу понять, – какъ только у насъ гости, теб непремнно нужно тогда писать! Неужели ты такъ завалена длами, что не можешь отдохнуть впродолженіи нсколькихъ часовъ? Въ такомъ случа запирай двери, что-бъ никто не могъ подумать, что ты только изъ кокетства принимаешь видъ ученой женщины?

По всей вроятности раздраженіе президентши дошло до крайности, если она ршилась высказать при посторонней личности.

Флора сла къ столу, разложила передъ собой тетрадь и обмокнула перо въ чернила.

– Думай какъ хочешь, бабушка, – возразила Флора спокойно, – я нисколько невиновата въ томъ, что вс собрались въ моей комнат и помшали мн кончить работу, иначе я давно бы сидла теперь съ твоими гостями.

Между тмъ Генріэтта прошмыгнула мимо президентши и кивнула головой Кети, прося ее слдовать за ней.

– Эти вчныя непріятности погубятъ меня, – сказала она шопотомъ, входя въ пустой залъ.

– Не безпокойся! Флора борется безъуспшно, онъ съуметъ принудить ее къ повиновенію, – возразила Кети взволнованнымъ голосомъ. – Но, правду сказать, я не могу понять Брука, – будь я такимъ мужчиною, какъ онъ!…

– Разв ты не знаешь, что такое любовь? – прервала ее Генріэтта. – Не суди такъ легко; ты еще не испытала на себ всемогущей силы любви. Ты не знаешь, какую способность иметъ Флора привязывать къ себ людей, ты видла ее только теперь въ ея ничтожной – бездушной роли. Но кто видлъ ее страстно любящею, тотъ пойметъ, что можно скорй лишить себя жизни, чмъ отказаться отъ нея.

Войдя въ столовую, Генріэтта снова заняла свое мсто у чайнаго стола, а Кети подошла къ роялю и начала разсянно перелистывать ноты. Послднія слова Генріэтты сильно взволновали ея душу. Неужели отвергнутая любовь имла столько прелести, что ради нея, можно было пожертвовать жизнью? И былъ-ли такой человкъ, какъ Брукъ, способный на это?

Онъ только что вышелъ изъ кабинета Флоры, а за нимъ быстро шла президентша, торопясь въ залу на встрчу ново-прибывшимъ гостямъ. Комната Флоры опустла, двица Гизе тоже оставила ее и снова подошла къ роялю, такъ что никто больше не мшалъ занятіямъ высоко-ученой невст.

Кети молча слдила за Брукомъ, когда онъ подходилъ къ чайному столу, вроятно съ намреніемъ поговорить съ Генріэттою, но одна изъ вновь прибывшихъ дамъ остановила его и начала ему что-то разсказывать. Какъ и всегда онъ былъ рыцарски вжливъ и спокоенъ во всхъ своихъ движеніяхъ, но глаза его горли и на щекахъ остались еще слды неестественнаго румянца, его видимо мучила какая-то посторонняя мысль.

Серьозная работа Флоры продолжалась не долго, не прошло и пяти минутъ, какъ она сложила свою тетрадь и вышла въ залъ.

– Какъ, Флора, ты уже кончила? – спросила Гизе, не переставая играть и стучать по клавишамъ.

– И ты думаешь, что можно въ нсколько минутъ окончить серьозную статью? Нтъ, я и не начинала, потому что не могу работать безъ вдохновенія, я слишкомъ цню свое литературное призваніе.

Двица Гизе злобно посмотрла на Флору.

– Мн очень любопытно знать какъ отнесется критика къ твоему знаменитому произведенію: „Женщины.“ Ты много говорила намъ о немъ. Принято оно издателемъ?

– Вамъ бы конечно хотлось, что-бъ оно потерпло пораженіе, не такъ-ли? – возразила Флора съ колкостью, – но этого вамъ недождаться! – докончила она смясь и быстро повернувшись, прошлась по зал.

– А ты что длаешь здсь съ нотами въ рукахъ? – спросила она, подойдя къ Кети, – можно подумать, что ты тоже желаешь услаждать нашъ слухъ; можетъ быть ты поешь?

Кети отрицательно покачала головою.

– Да, Флора, Кети занимается музыкою, – сказаль совтникъ, подходя къ сестрамъ, – я знаю это изъ денежныхъ отчетовъ ея воспитательницы. Я нахожу только, что въ Дрезден уроки музыки ужасно дороги.

– Да, Морицъ, у меня самые дорогіе учителя, – отвтила Кети съ улыбкою, – потому что мы люди практичные, вдь ты знаешь что дорогое выгодне дешеваго.

– Пожалуй согласенъ; но есть ли у тебя талантъ? Семейство Мангольдъ никогда не отличалось музыкальными способностями.

– По крайней мр есть желаніе учиться и подбирать мелодіи.

При этихъ словахъ Флора быстро обернулась лицомъ къ сестр.

– Перестань шутить, Кети, – сказала она рзко, – ужъ не сочиняешь-ли ты симфоній? Полька или вальсъ, пожалуй промелькнутъ въ голов всякаго танцора!

– Къ тому-же я ужасно люблю танцы, – весело отвтила Кети.

– Такъ это еще не причина, что-бы называть себя композиторшей! Пожалуй ты, чего добраго, берешь уроки генералбаса [7] ?

– Да, вотъ уже три года.

Флора всплеснула руками и сдлала нсколько шаговъ по комнат.

– Неужели твоя докторша совсмъ съума сошла, что бросаетъ деньги такъ ни за что, точно въ огонь.

Въ сосдней гостинной было довольно тихо. Три старца и дама, говорившая съ докторомъ, молча услись за карточный столъ, Брукъ тихимъ голосомъ бесдовалъ съ Генріэттою, а двица Гизе серьезно слдила за играющими въ вистъ.

Такимъ образомъ весь разговоръ о музыкальныхъ способностяхъ Кети былъ слышанъ въ гостинной, и при послднихъ словахъ Флоры, Генріэтта быстро встала съ своего мста и вошла въ музыкальный залъ.

– Кети, – вскричала она, – ты играешь, занимаешься музыкою, а между тмъ ни разу не дотронулась до клавишей?

– Ты видишь, что рояль стоитъ возл кабинета Флоры; могла ли я безпокоить ее своею игрой? – отвтила Кети спокойно, – мн и самой часто хотлось поиграть на этомъ чудномъ инструмент; мой піанино въ Дрезден далеко не такъ хорошъ. Онъ купленъ уже подержаннымъ. Докторша нсколько разъ собиралась писать къ Морицу и просить его купить мн новый, но я всегда была противъ этого. Однако теперь, когда Морицъ показалъ мн извстный шкафъ, застнчивостъ моя прошла и я желаю имть точно такой же рояль, какъ этотъ.

– Онъ стоитъ тысячу талеровъ! Такую сумму нельзя необдуманно употребить на свою прихоть, Кети!

– Кто-же у васъ играетъ на этомъ инструмент? – спросила Кети съ чувствомъ оскорбленнаго самолюбія, – кому оно доставляетъ наслажденіе? На немъ разыгрываютъ только гости. Неужели-же нельзя употребить капиталъ для своей собственной личности?

Совтникъ подошелъ къ ней и взялъ ее за руку, онъ въ первый разъ замтилъ на лиц Кети выраженіе полной энергіи и твердости.

– Не волнуйся, дитя мое, – сказалъ онъ, – вдь ты не можешь назвать меня скупымъ опекуномъ. Поди, съиграй намъ что нибудь и докажи что ты дйствительно занимаешься музыкою и любишь ее; большаго я не требую, и тогда ты получишь желаемый инструментъ.