Чтение онлайн

Кром того, на другомъ конц парка дружно работали плотники и каменьщики, за-ново отдлывая большой, красивый павильонъ, нсколько лтъ остававшійся пустымъ и запертымъ. Онъ находился довольно далеко отъ виллы, въ густой чащ каштановыхъ деревьевъ, но съ верхняго балкончика открывался чудный видъ на городъ. Совтникъ ничего не жаллъ для возобновленія этой постройки; онъ выписалъ большія зеркальныя стекла и множество образцовъ дорогихъ обой и рисунковъ паркета, изъ которыхъ просилъ президентшу выбрать т, которые приходились ей по вкусу. Хотя пожилая дама каждый разъ сердилась и длала Морицу выговоры, упрекая его въ чрезмрной расточительности, но дло все таки кончалось тмъ, что президентша длала выборъ тхъ или другихъ вещей, не смотря на то, что не переставала уврять, какъ она мало интересуется улучшеніемъ стараго барака, по всей вроятности приготовляемаго для совершенно незнакомыхъ ей друзей совтника.

Прилежно наблюдая за всми постройками, совтникъ перелеталъ съ мста на мсто, какъ перелетная птица. Случалось тоже, что онъ узжалъ въ городъ, но отлучки его были непродолжительныя. А когда ему удавалось выбрать свободное времечко, то онъ тотчасъ-же поднимался въ бель-этажъ, гд аккуратно пилъ свой послобденный кофе, къ большой досад президентши, которая такимъ образомъ лишалась своего собесдника и одиноко сидла въ уютномъ уголк роскошнаго зимняго сада.

Впрочемъ она частенько поднималась въ бель-этажъ въ одно время съ совтникомъ и разыгрывала роль жертвы, не желая оставлять Морица одного съ раздражительною больною и молодою двочкою.

Посщенія президентши были для Кети весьма непріятны; она ощущала невольную робость и неловкость передъ опекуномъ съ тхъ поръ, какъ онъ окружалъ ее всевозможными ласками и предупредительностью, сохраняя въ отношеніи къ президентш неизмнную, придворную любезность.

Молодая двушка строго наблюдала за собой и стала гораздо сдержанне и осторожне во всхъ своихъ словахъ и движеніяхъ, но эта перемна, казалось, еще больше подстрекала его къ ухаживанью. Онъ, по ея глазамъ, старался угадать вс ея малйшія желанія, давно согласился продать рабочимъ лишнюю часть мельничнаго сада, никогда не останавливалъ молодую двушку въ ея благотворительныхъ наклонностяхъ и каждый разъ безпрекословно наполнялъ ея кошелекъ, когда онъ оказывался пустымъ.

– Къ чему отказывать себ въ такихъ невинныхъ удовольствіяхъ, дорогая Кети, – говорилъ онъ; – мн скоро придется покупать второй желзный шкафъ, а то некуда прятать новое приращеніе твоего капитала.

Но Кети мрачно слушала слова опекуна, который, при всей хитрости своихъ отвтовъ, все таки не могъ опровергнуть, что все ея богатство куплено посредствомъ барышничества; къ тому же и президентша никогда не опускала удобнаго случая поддерживать этотъ упрекъ, такъ что прежній дтскій восторгъ Кети при мысли, что она богата, мало по малу превратился въ страхъ и ужасъ, когда она думала о своемъ денежномъ шкаф, деньги въ которомъ росли съ такою гигантскою силою, точно собирались задавить ее своею тяжестью.

Вообще Кети стала задумчиве и серьезне, и ея свжее личико рдко оживлялось веселой улыбкой. Только въ уютномъ домик, возл рчки, она бывала по прежнему веселой и беззаботной птичкой, но къ сожалнію это случалось не часто. Добрая тетушка Діаконусъ каждое лто безвозмездно занималась обученіемъ шитью и вязанью бдныхъ дтей, которыя аккуратно приходили къ ней по средамъ и субботамъ въ послобденное время.

Къ этому маленькому кружку присоединилась также Кети и съ большимъ рвеніемъ предалась новому занятію, чувствуя въ себ сильное влеченіе къ этимъ маленькимъ, безпомощнымъ созданіямъ.

Съ тхъ поръ она большую часть дня посвящала дорогимъ малюткамъ, шила имъ платья, передники и каждый разъ приносила съ собой большую корзинку съ завтракомъ, который раздляла между дтьми посл уроковъ.

Въ жаркіе дни тетушка переходила въ садъ и за нею весело толпилось ея маленькое общество; тогда тетушка садилась подъ тнь развсистыхъ деревъ, а дти должны были пользоваться здоровымъ, чистымъ воздухомъ, бгать по мягкой трав, или лежать подъ душистыми яблонями. Для этой цли Кети купила складныя скамеечки, и кром того множество различныхъ дтскихъ игръ.

Поведеніе Кети и ея частыя сношенія съ маленькимъ домикомъ, сильно раздражали и сердили Флору; но зная, какъ „старуха“ любила эту здоровую двушку съ плебейскимъ румянцомъ во всю щеку и считала ее за совершенство, она сочла за лучшее молчать.

Гордая невста ежедневно посщала маленькій домикъ, она купила себ цлую дюжину блыхъ, вышитыхъ передниковъ, безъ которыхъ никогда не показывалась на глаза старой тетушк. Флора употребляла вс старанія, чтобы ей понравиться, и подвергала свое нжное личико пылающему огню очага, что-бы научиться печь блины; много разспрашивала о соленьи и маринованіи фруктовъ, и часто брала пылающій утюгъ, что-бъ выгладить нсколько носовыхъ платковъ. Но вс ея старанія не имли желаемаго успха. Тетушка по прежнему оставалась вжливой и холодно сдержанной каждый разъ, какъ ей приходилось оставаться вмст съ Флорою.

Казалось, будто она чувствовала, какъ прекрасная невста, входя въ свою уборную посл продолжительнаго визита въ маленькомъ домик, съ сердцемъ срывала съ себя передникъ, бросала его въ уголъ и потомъ, что-бъ отдохнуть отъ подобныхъ усилій, садилась въ экипажъ и хала къ сосдямъ, зависть которыхъ всегда приводила Флору въ хорошее расположеніе духа.

Внезапный переворотъ въ карьер Брука все еще считался какимъ-то чудомъ. Городскіе жители никакъ не могли свыкнуться съ мыслью, что всми осмянный, ничтожный молодой врачъ возведенъ былъ въ чинъ придворнаго совтника и сталъ лейбъ-медикомъ герцога. Теперь онъ вдругъ выросъ въ глазахъ публики и такъ какъ своимъ переселеніемъ въ Л* становился въ будущемъ недосягаемымъ, то каждый страждущій торопился посовтоваться съ нимъ и тмъ спастись отъ недуга.

Такимъ образомъ Брукъ съ утра и до вечера былъ заваленъ практикою. Его начатая брошюра оставалась нетронутою на письменномъ стол; онъ ночевалъ въ своей городской квартир, лъ на скорую руку въ гостинниц, на отрзъ отказавшись отъ обдовъ въ дом совтника, и долженъ былъ, по его выраженію, воровать время у своихъ паціентовъ для короткихъ визитовъ въ виллу и къ дорогой тетушк Діаконусъ.

Кети видлась съ нимъ весьма рдко и потому удивилась сильной перемн въ его наружности, что впрочемъ приписала его усидчивымъ занятіямъ. Онъ былъ блденъ, казался усталымъ и его задумчивое, кроткое лицо носило отпечатокъ грусти и скрытности.

Съ Кети онъ почти не говорилъ съ тхъ поръ, какъ она застала его въ сняхъ въ объятіяхъ Флоры, какъ будто онъ все еще продолжалъ сердиться на нее за ея тогдашнее нецеремонное вторженіе. Замтивъ холодное, недружелюбное обращеніе доктора, Кети тоже старалась по возможности избгать его.

Напротивъ того, его отношенія къ Флор ни на волосъ не измнились: онъ былъ такимъ-же холоднымъ, сдержаннымъ женихомъ, какъ въ тотъ день, когда Кети увидла обрученныхъ въ первый разъ. Такъ что бывали минуты, когда молодой двушк приходило въ голову, что возмутительная сцена въ дом тетушки была только произведеніемъ ея пылкой фантазіи, или, можетъ быть, Брукъ забылъ о ней и не желалъ боле вспоминать о минувшихъ тяжелыхъ мннутахъ!

Пожалуй, Флора ждала, что посл того, какъ она соизволила просить прощенія и во всемъ раскаялась, прежнія интимныя отношенія снова должны были возстановиться.

Не долженъ-ли былъ онъ испытывать безграничное счастіе при одной мысли, что скоро будетъ называть ее своею неотъемлемою собственностью.

Быть можетъ, онъ глубоко скрывалъ свое счастіе и не желалъ его показывать, думала Флора; дйствительно, Брукъ не изъ такихъ людей, что-бъ скоро помириться съ нею.

А въ сентябр, посл свадьбы, все должно будетъ само собою измниться.