В любви и на войне все средства хороши! Книга 2
Шрифт:
И вроде спокойно так сказал, доброжелательно, но трактирщик, уже удобно устроившийся рядом с нами за столиком, тут же подскочил, пожелал нам приятного аппетита и оставил одних. Хорошо, когда люди намеки с первого раза понимают. А Рон, до странного естественным движением поцеловав меня в висок, улыбнулся и подмигнул.
— Ешь. А то совсем голодная, небось… «женушка».
— Угу. За двоих же теперь есть надобно. А то и за троих, — улыбнулась я ему сладко, заметив, что хозяин таверны по прежнему с любопытством поглядывает в нашу сторону. После чего тихонько спросила: — Вот и зачем надо было придумывать такую душещипательную историю? Разве не надо наоборот скрывать, что мы пришли со стороны Отавии?
— Скрывай не скрывай, а если нас начнут искать по мелким поселениям вдоль границы, то первым делом опрашивать будут на постоялых дворах о путешественниках из Отавии. А о нас только и можно будет сказать, что проезжал, мол, мужик со своей женой брюхатой, домой торопились вернуться от родственников. Больше всего ведь последнее что слышал запоминается. К тому же мы охотно разговаривали, не таились ни о кого, не прятались. Так что подозрений не вызвали, а смотрит на нас трактирщик больше от скуки. Ну и из любопытства чуток. Так что можешь не волноваться, лучше ешь.
Но с едой я решила еще чуток повременить. Вместо этого захотелось поддержать придуманную Роном легенду, поэтому я, немного смущаясь, ласково погладила «мужа» по груди и положила голову ему на плечо. Вид у меня при этом был абсолютно довольный и умиротворенный. Ну, я на это надеялась, по крайней мере.
Мужчина, уже было потянувшись за ложкой, тут же отвлекся на меня, поддерживая спонтанный спектакль. Его рука, приобнимавшая за плечи, вдруг сползла на талию, а возле уха раздался вкрадчивый шепот:
— М-м-м… неприступная мисс Эрин сменила гнев на милость, как я посмотрю?
— Нет, просто подыгрываю тебе. Судя по твоей легенде, мы давно не виделись, значит, соскучились друг по другу. А теперь я рада снова быть рядом с тобой. Ты эту кашу заварил, так что теперь терпи. На нас все еще смотрят.
Ответом мне был короткий смешок и чуть насмешливое:
— Да уж потерплю, куда теперь денусь? Только когда соскучились после долгой разлуки, это обычно не так выражается. А вот как…
С этими словами он чуть повернулся и мягко взяв меня за подбородок, приподнял его, в следующее мгновение приникая к моим губам в нежном, сладком поцелуе, который постепенно становился все более чувственным.
Голова моя вмиг закружилась, окружающий мир «поплыл», а в груди яркой звездой вспыхнула генерируемая магия. Что-то слишком быстро и сильно, так не было раньше! Я едва успела отвести основной поток, хлынувшей из меня «волны» в свой накопитель, надеясь, что рассеявшиеся «капли» никто не почувствует. А потом, убедившись, что все под контролем, разум словно отключился, уступая место восхитительным, будоражащим чувствам и ощущениям.
Прикрыв глаза и прильнув к Рону, я с готовностью отвечала на его поцелуи, совершенно забыв, что мы находимся здесь не одни. Привычная стеснительность уступила место какому-то шальному азарту. И хоть где-то на задворках сознания билась мысль о том, что: «Так нельзя, я же собиралась держать дистанцию!», мне не хотелось прислушиваться к ней. Было слишком хорошо. Здесь и сейчас. Наваждение какое-то!
Закончился поцелуй так же неожиданно, как и начался. Мужчина сам отстранился и, напоследок, чмокнув в кончик носа, вложил в мою руку ложку, с довольной улыбкой кивая на, уже начинающий остывать, суп:
— Ешь.
Сам при этом, тоже не откладывая, занялся своей порцией, отдавая должное довольно простому, но сытному и вкусно пахнущему обеду.
А я сидела и с трудом давила в себе желание припечатать его этой самой ложкой по лбу. Вот ведь наглец! Умудрился-таки воспользоваться ситуацией. Нет, ну ладно женой назвал: сама в прошлый раз нам такую же легенду придумала. Но я-то при этом границ не переходила! А Рон своего и тут не упустил. Нахалюга!
Однако скандал устраивать было не с руки. К тому же смысла портить разыгранное для трактирщика и посетителей представление я тоже не видела. Поэтому постаралась максимально мечтательно улыбнуться и тоже занялась едой. А вскоре так увлеклась, что уже не особо обращала внимание на происходящее вокруг. Я и не думала, что настолько сильно успела проголодаться.
Наша трапеза уже подходила к концу, когда по лестнице, ведущей на второй этаж, громко застучали сапоги спускающегося вниз мужчины. Внешне похожий то ли на пирата, то ли на разорившегося аристократа, ищущего приключений, он был уже немолод, сразу притягивая взгляд колоритностью и некоторой неуместностью своего нахождения в этом месте. По-крайней мере, мне так показалось. Хотя, что я знаю об этой стране и населяющих ее людях? Только то, что большая часть границ Тиены омывается Срединным морем, а сама она владеет довольно внушительным рыболовным и военным флотом.
Может этот человек всего лишь один из местных моряков? Или капитан, оставшийся на время без корабля и команды? Впрочем, как бы то ни было, выглядел он сейчас не лучшим образом. Походка была неуклюжей, словно плохо ноги плохо его держали, а рассеянное выражение лица выдавало либо только что проснувшегося, либо сильно нетрезвого человека.
Причем, я склонялась, скорее ко второму варианту, потому, как обведя взглядом зал, он уставился прямо на меня и расплылся в пьяненькой улыбке. Я же сделала вид, будто не заметила этого, продолжая неспешно пить из щербатой глиняной кружки яблочный компот. Но отсутствие интереса с моей стороны вновь пришедшего не остановило. А, кажется, наоборот лишь раззадорило.
Преодолев остаток лестницы, он чуть качающейся походкой пересек обеденный зал и, дойдя до нашего столика, патетично рухнул передо мной на одно колено. После чего не слишком внятно пробормотал:
— Мадемуазель, я пленен Вашей красотой! Позвольте поцеловать вашу нежную ручку?
— Притронешься к ее ручке, сам протянешь ножки, — спокойно ответил за меня Рон, отодвигая в сторону опустевшую тарелку.
Пират поднялся на ноги, окинул небрежным взглядом моего спутника и подался вперед, облокачиваясь руками на стол.
— Не много ли на себя берешь, сосунок? — прищурился он угрожающе. — Может, дама не против вовсе?
Только вот на Рона попытка морального давления не произвела никакого впечатления. Достав из поясных ножен кинжал, он резким движением вогнал лезвие в столешницу и категорично припечатал:
— Дама — против!
Сама дама в этот момент благоразумно помалкивала, не желая вмешиваться в мужские разборки, и горячо надеялась, что конфликт разрешится сам собой, причем с наименьшими потерями для нашей стороны. А что мне еще оставалось делать? Только наблюдать. Эрих считал Рона хорошим бойцом, умеющим постоять за себя и способным меня защитить. Вот на это я и уповала.
Впрочем, «пират», как я уже стала его про себя называть, тоже оказался не робкого десятка, причем, явно нарывался на драку. Поединок мужских взглядов длился несколько секунд, прежде чем он недобро усмехнулся и выпрямился.
— Защитник, значит? А ну-ка, пойдем, выйдем на улицу… поговорим.
Не знаю, на что он рассчитывал, однако моего спутника угроза совершенно не впечатлила. Рон лишь ухмыльнулся, поднялся из-за стола и, демонстративно разминая кулаки, ответил:
— Выйдем. Отчего ж не выйти? — а потом уже обронил в мою сторону: — Сиди здесь, я скоро вернусь.