В любви и на войне все средства хороши! Книга 2
Шрифт:
Хотела было немного отстраниться, но крепкая рука, удерживающая меня от падения с лошади, этого не позволила. Пришлось делать вид, что я крайне заинтересована в полученной информации и вот ни капельки не смущаюсь того, как именно мне ее передали.
Причем это был уже не первый случай, когда мужчина, пользуясь своим положением, нарушал личные границы, проверяя на прочность мою выдержку и решение держать дистанцию. То чуть заметное скольжение пальцами обнимающей меня руки по талии. То легчайший, на грани ощущений, поцелуй в макушку. Теперь вот этот волнующий, интимный шепот.
Однако упрямства мне тоже было не занимать. И я держалась, делая вид, будто ничего не замечаю. Тем более, что и предъявить мне ему по факту было нечего. При желании любую мою претензию можно было списать на разыгравшееся женское воображение. А стать объектом для шуточек или, хуже того, молчаливого недоумения, мне совершенно не улыбалось. Так что приходилось терпеть.
Но теперь, после недавнего, совершенно неожиданного поцелуя в таверне, сохранять невозмутимый вид было намного сложнее. Чувствуя, как от двусмысленности ситуации начинают пылать щеки, я ограничилась кивком и накинула на голову капюшон плаща.
Через некоторое время, когда день уже явно двигался к окончанию, а солнце все ниже склонялось к морской глади на горизонте, мы спешились и вместе с лошадьми углубились в лес, вскоре выйдя на небольшую прогалину, где деревья стояли особенно свободно. Подлеска было мало, а совсем недалеко, по уверению Рона, находился небольшой ручей.
Журчания воды я не слышала, но спутнику в таких вопросах привыкла доверять уже безоговорочно. Поэтому, когда наши походные вещи были сложены на земле, а мужчины занялись расседлыванием и уходом за лошадьми, вытащила из вещмешков котелок и полупустые фляги, после чего отправилась в указанную сторону.
Очень хотелось немного побыть одной, чтобы умыться, привести себя в порядок и хоть немного собраться с мыслями. Мне, привыкшей долгое время жить одной в родном доме, куда я каждый вечер возвращалась после работы в Академии, было непросто все время находиться в обществе людей. Причем еще и достаточно малознакомых мужчин. И если за время нашего путешествия к Рону я уже успела привыкнуть и притерпеться, то появление нового спутника немного выбило меня из колеи.
Хотя, надо отдать должное Мортону: после столь необычного появления в таверне, больше он никаких неожиданностей не подкидывал, просто молча следуя рядом с нами. Хотя время от времени я ощущала на себе его испытывающий взгляд, но привычно не подавала виду, что это заметила. Почему-то мне казалось, что чем проще я буду выглядеть в его глазах, тем будет лучше. Интуиция в последнее время меня подводила редко, поэтому такой стратегии решила и придерживаться.
И вот теперь мне нужно было просто побыть одной: подумать, проанализировать происходящее и просто успокоиться. Лес для этой цели подходил просто идеально, скрывая меня от чужих глаз и даря иллюзию полного уединения. Сделав все необходимое, я присела на берегу ручья. Обхватив руками колени, уткнулась в них лбом и расслабилась, слушая неторопливое журчание воды, перекличку лесных птиц и шелест сосновых крон над головой.
Музыка леса расслабляла, дарила покой и умиротворение, а я, вопреки изначальным планам, просто отогнала лишние мысли прочь, очищая свое сознание и погружаясь в своего рода медитацию. Этому, наряду с владением собой и дыхательной гимнастикой, учил меня знакомый менталист из преподавательского состава Академии. Но раньше именно медитации у меня почему-то получались из рук вон плохо. А теперь будто что-то отпустило внутри, позволяя слиться с окружающим меня миром, стать его частью: дуновением ветра, искоркой свет в капле воды, ноткой в звонком голосе птахи.
Сколько я так просидела — не знаю, однако, когда вдруг пришла в себя, заметила, что сумерки стали намного гуще, хотя в лесу в принципе темнеет намного раньше и стремительнее. Как бы то ни было, я поспешила встать, отряхнуться и, подхватив наполненный котелок и фляги, поспешила обратно.
Когда я вернулась, Рона в лагере уже не было. Зато Мортон ловко и со знанием дела расчищал место под будущее костровище, отгребая иглицу в сторону, небольшой лопаткой выкапывая углубление и обкладывая его камнями. Сюда, судя по всему, и будут складываться дрова. А ведь умно придумано! Опасность пожара от случайной искры сильно сокращается, а потом можно будет преспокойно засыпать угли землей, скрывая следы нашего здесь пребывания.
И все же, куда Рон подевался?
Лошади, расседланные и напоенные, неторопливо хрумкали овсом из подвешенных к мордам торб. Видимо, на водопой их сводили гораздо ниже по течению ручья. Сомневаюсь, что я не обратила бы внимания на их приближение, будь они где-то рядом.
Заметив мой несколько растерянный вид, Мортон отложил лопатку, поднялся, отряхивая руки от земли, и подошел ближе.
— Рональд ушел во вторую ходку за дровами, их нужно много. Ночи становятся все холоднее. Лучше, если костер будет гореть всю ночь. Так что не волнуйся, скоро вернется.
Только сейчас я заметила сваленную на краю поляны уже довольно внушительную кучку сушняка и успокоилась. Раз Рон оставил меня одну с Мортоном, значит, опасаться нечего, вряд ли так случилось, если новый спутник мог причинить мне вред.
Поэтому я решила не сидеть сложа руки, а достать все необходимое для приготовления ужина. Пока я потрошила наши с Роном вещмешки на предмет съестного, Мортон успел разжечь костер, воткнуть по обе стороны от него крепкие рогатины и положить на них перекладину, на которую подвесил принесенный мной котелок.
Пока вода закипала, я во втором котелке водой из фляг промыла крупу. Потом нарезала мелкими кусочками вяленое мясо, смешала необходимые для приготовления специи и приготовилась ждать.
— Мисс Штерн, — нарушил тишину голос Мортона, и я подняла взгляд на него, ожидая продолжения разговора. — Здесь недалеко я видел черничник. Если хотите, могу показать где. Пока не стемнело, можно успеть собрать немного ягод для чая: будет и вкуснее, и полезнее. Брусника там тоже уже местами поспела, хотя надо выбирать.
— Черничник? — переспросила я осторожно, сомневаясь в том, что правильно его поняла, и совсем не желая прослыть полной невеждой. Это там, где растет черника?
Признаться, ботаника и травничество, в целом, не были моей сильной стороной. Больше всегда интересовала непосредственно хирургия, реабилитационные мероприятия и, как вариант, ароматерапия. Да и то только потому, что масла часто использовались во время массажа или как общеукрепляющее средство. Еще немного разбиралась в микстурах и травяных сборах, но делала это на уровне обывателя: знала в общих чертах, что от чего помогает и как это использовать по назначению целителя.
О том, чтобы представлять, как выглядит тот или иной ингредиент сбора в натуральном свежем виде и речи не было! А ягоды узнавала «в лицо» только те, что росли на участках и продавались на рынках. Как ту же малину — повезло мне ее в лесу опознать. И пусть по внешнему виду она была значительно мельче своей садовой разновидности, зато не в пример ароматнее.
И теперь я сидела и вспоминала, что о чернике и бруснике слышала точно, но мало, ибо в наших краях она не росла, предпочитая более холодный северный климат. Выходит, мы уже настолько далеко от Таккара, что даже флора разительно поменялась. Поэтому-то и ночи стали намного холоднее, чем обычно в это время года. А я-то удивлялась этому необъяснимому феномену. Думала, просто осень ранняя выдалась на редкость холодная.