Чтение онлайн

«Почему ты позволяешь мне идти дальше к цели?»

«Таковы правила. У меня нет внутренних полномочий на то, чтобы останавливать тебя. Ты сразу решил — еще во время диалога с сестрой — что первое насыщение ты осуществишь не из жертвы. Такое твое решение диктует мне некоторые условия: я не имею права сдерживать твой порыв. Однако предупредить о некоторых нюансах правил — обязан…»

«Когда ты отпустишь меня?!»

«А я тебе уже надоел? Отпущу как только мы достигнем места назначения. Мы уже далеко за чертой города, но больницы есть и в других городах — в соседнем, например. Туда мы и направляемся. Мне кажется, что недавнему пациенту не стоит мелькать лишний раз на глазах у своих спасителей, да еще с такой великой целью — незаметно умыкнуть у них пару пакетов с кровью. Я решаю, что лучше уж мы прогуляемся до соседнего городка. А еще лучше — пробежимся еще чуть далее. Не думаю, что ты так уж против. Согласись, что в моих словах есть некий довольно крепкий резон. Они не лишены здравого смысла. И вот тут-то у тебя появляется первый серьезный бонус: можешь поспрашивать меня о чем-нибудь, что, возможно, интересует тебя… Постараюсь максимально полно ответить на все твои вопросы, унять, так сказать, юношеский интерес… Мне кажется, что ты у нас находишься в возрасте почемучки. Так же? Поэтому — спрашивай. Не стесняйся…»

«Какого хрена ты меня за горло держишь?»

«Ну не за руку же мне держать тебя… И не за плечи… Ты ведь всё равно не дышишь, так что не бойся, не задушу. Могу, конечно, за ногу, если ты считаешь, что у тебя шея нежная… Взять?»

«Не надо. Но всё же лучше — отпусти. Я ведь и сам могу двигаться…».

«Не-а. Так мы быстрее доберемся, раз в десять, а если отпущу, то плестись придется как раненый ленивец. Я не люблю так, мы же не на подиуме…».

«Почему я ничего не вижу?» — вдруг спросил он.

«А потому что видеть совершенно и нечего… Мы ведь летим, ты не заметил, да?» — отозвалось в голове.

Только тут он обратил внимание, что что-то он всё-таки видит: блики света, калейдоскопические танцы цветных пятен и областей, проносящихся мимо на общем фиолетовом фоне…

«А небо где?»

«Здесь, не делось оно никуда. Мы просто очень быстро перемещаемся, на такой скорости небо… м-м-м… гаснет…»

«Куда мы направляемся?»

«Думаю, что на родину ко мне. Покумекал я покумекал, да и решил, что раз уж ты за кровью решил отправиться, а я воспрепятствовать этому не могу, то и… Короче, мы домой ко мне едем. В Швецию.».

«И долго нам еще… «ехать»?»

«Минуты две еще, из уже прошедших двух с половиной, наверное, так что — поспеши с вопросами, если еще остались. Отвечу…»…

Вопросов больше не было. Правда оставались некоторые сомнения и он спросил:

«А куда именно мы… якорь бросим… В больницу? Или к твоему холодильнику прямиком парашютируемся?»

«В больницу, в больницу… Домой я тебя не пущу. Слишком уж у тебя глаза бешенные, так что — попозже как-нибудь. В другой раз. Только имей в виду — сотрудники больницы мои соседи, поэтому, если хоть поцарапаешь кого-нибудь, то…»

«Я понял»

«Отлично. Здорово. Ты — да ты прямо молодчина…» — улыбка на расстоянии несколько недовытянутой руки озарила лицо «прогулочного катера», как он назвал своего пленителя, обнажая зубы «летуна»: вампирских клыков, правда, он не обнаружил — обычные зубы, разве что чуть белее, чем у него самого. «Карлсон хренов!» — отрапортовала голова.

«Катер» улыбнулся еще шире.

«Эй… это… а много вампиров на планете?»

«Ну, как сказать… Хватает. Как и людей. А что? Тебе что, одиноко стало, да? Или, может, рок-группу сколотить решил? Признавайся…»

«Нет. Одиноко мне пока не стало. Спасибо тебе за это. Но я подумал: если один такой засранец, и это всего только второй по счету, которого я знаю, то каковы же остальные?»

«Не только по сути, а и по численности, так, да?»

«Ну»…

«Не знаю я, если честно. У нас учет численности вести не принято. У нас главное — суть. Ну, по-вашему, это во многом сродственно понятию «вид» — «биологический вид»…

«Ну и сколько вас… кх-м… нас… видов?»

«Много. Очень. И все — разные. Ты вот, например — стопроцентный многокровка, так что можешь порадоваться, если желаешь — я глаза закрою, а ты погримасничай: только недолго, лады?»

«Ага… Не волнуйся, закрывай. Я как ликовать закончу — бздону громко, или плюну тебе на нос, так что не пропустишь — услышишь или почувствуешь…»

«Во-первых, я как и ты — не дышу, так что на пердунов мне, сам понимаешь… А во-вторых, газы пускать тебе и нечем: ну, то есть не из чего. У тебя нет отверстия в центре той конструкции, которой ты на стулья садишься. Можешь потрогать, только долго не щупай, а то — проковыряешь чего доброго заново и будешь — нетипичный. Один с дырой. А плевок твой — не успеет долететь. Я его перенаправлю, он об твою морду и расплющится. Правда, брызги полетят, но это уж — пеняй тогда на себя. Голову тебе сплющу в той плоскости, в которой предложишь».

«Тогда — радость откладывается. А в чем она состоит? Почему я радоваться должен тому, что я «многокровка»?»

«Ну, как бы лучше, чтоб понятнее… Потенциал твой повыше… Талантов, что ли, побольше активировано… В общем, обучаемым ты станешь несколько ранее, чем прочие… То есть, понимаешь ли… Способный ты, короче говоря. Из тех, кому чаще всего два раза не надо повторять. Ну и покладистый такой — поболее остальных в тебе отходчивости. Вот. Это если самое простое разбирать. Что на первых порах пригодится. Есть еще очень разные моменты, но о них пока тебе попросту неинтересно будет знать. Да оно, знаешь ли… и никому лучше не зналось бы. Со временем уяснишь, однако. Будешь решать, что делать с этим. Позднее несколько…»

«А-а-а…»

«Есть и некоторые удручающие нюансы. Такие, которым многокровные из нас, константов, как мы себя называем, подвержены более чуть, чем прочие. Но опять же — рассказывать смысла нет, поскольку разбираться с этим тебе всё равно придется только в одиночку… Видишь ли, у нас принято решать проблемы по мере их поступления, а не строить планы на век вперед. В курс дела ты тоже войдешь постепенно, шаг за шагом, а сейчас — попросту не забивай голову…

Да, мы уже почти пришли, так что — вот еще…

В здание больницы войдешь с центрального входа. Поднимешься на третий этаж. Войдешь в коридор по правую руку. Идти будешь по нему до тех пор, пока тебе не встретится девушка, похожая на Микки-Мауса, узнать ее труда не составит, поскольку очень похожа. Видеть она тебя будет чрезвычайно рада, поэтому отдаст тебе ключи. Скажи «Спасибо» обязательно! Не громко, но чтобы вежливо и мягко, понял?! Затем дойдешь до кабинета, на двери которого написано будет: «Манипуляционная». Там в сейфе, который заметишь, будут лежать пробирки с пробами крови. Возьмешь несколько — лучше три-четыре. И возвращайся. Прыгай в окно прямо из манипуляционной, попадешь на лужайку… А там — я. И — домой… Нам еще обратно надо вернуться. Ты же не забыл?»