Чтение онлайн

— А то.

Констанция изобразила улыбку. Какая неконтактная продавщица!

— Здесь ведь и фотосессии часто бывают… сегодня, говорят, в таких необычных костюмах ходили…

— Да не знаю, — вздохнула женщина. — Я только вышла, сменщица была. Ну, что, какое эскимо вам?

Торговец с небольшой коробкой глиняных свистулек оказался ничуть не полезнее, и Констанция начала нервничать. Разумеется, сейчас они со стажером отправятся прочесывать парк: начнут с места разрыва, а если найдут книгу, оставят закладку. Но парк такой большой, и в нем так много дорожек! Нет гарантий, что это сработает.

Будь Констанция одна, безрезультатный опрос не вызвал бы и тени эмоций. Но сейчас на нее давила необходимость продемонстрировать стажеру высший класс. Аврелий ждал от книжницы первой категории чего-то выдающегося, а внутренние ресурсы Констанции всегда были направлены на то, чтобы хорошо выглядеть в глазах других.

Сделав глубокий вдох, она постаралась успокоиться и сосредоточиться на деле, а не на стажере, развернулась на пятках…

— Капучино или американо?

Аврелий стоял с двумя стаканчиками кофе и довольно улыбался. Из-за тяжелых туч показалось слабое вечернее солнце, которое подсветило его кудряшки, создав желтое гало вокруг довольного лица.

— Послушай, если ты устроился в Библиотеку лишь потому, что тебя увлекает романтика полицейских киноновелл…

— Киноновелл! — усмехнулся Аврелий. — Ладно, серьезно, какой кофе?

Она скрипнула зубами, собравшись просто молча пойти прочь, но он ловко впихнул стаканчик ей в руку и в то же время склонился к уху, чтобы жарко зашептать:

— Тут неподалеку проходит фан-встреча любителей Джейн Остин. Многие приехали в костюмах — типа, персонажи книг. Я бы не оставлял это без внимания.

Констанция почувствовала, что закипает: теперь он не только мешал, но еще и помогал!

«Не сработаемся», был вердикт.

— Дойдем до места разрыва, а потом посмотрим, что там за встреча, — бросила она, убедив себя не рисовать в голове сцены, где ее увольняют из Библиотеки из-за нового «блистательного» охотника.

Она сделала глоток кофе. Американо.

«Угадал, черт возьми».

Ей хотелось думать о себе как о человеке, обладающем крепкими нервами и обжигающим взглядом: такие не добавляют в напитки нежные сливки. Подобные люди жесткие, как герои Стетхема, и не нуждаются в мягкой молочной пенке. Но неужели ее вкусы были настолько предсказуемы?

Несмотря на подступающие холода, вокруг было немало отдыхающих. Кое-кто фотографировался, взметая к небу облака желтых листьев, другие выгуливали собак и детей, третьи неторопливо прогуливались по дорожкам, хрустя гравием.

В месте разрыва предсказуемо обнаружилась скамейка, глядящая на собственное отражение в водной глади пруда.

— Похоже, ты был прав, — пробормотала Констанция.

Аврелий принялся энергично осматривать скамью.

— Но тут ничего нет, — пожал он плечами.

— Разумеется, на скамейке нет. Но охотнику следует смотреть дальше своего носа.

Констанция тут же мысленно себя отругала: почему надо было использовать фразу Кинга? Еще и ту, которой он постоянно ее отчитывал. Будто в русском языке мало словосочетаний, никогда не вылетавших изо рта Артура.

— Изучай больший радиус, чем доступен близорукому котенку.

Другое дело. Так он никогда не говорил.

Констанция кивнула в сторону воды. Там, на темной поверхности, среди невысокой травы и попавших в ловушку желтых листьев, виднелась обложка книги. Даже с расстояния можно было узнать изображение с кадром из сериала «Гордость и Предубеждение» 1995 года. Констанция не любила кинообложки, но те определенно позволяли легко узнать произведение.

— Достань, — велела она, впервые искренне обрадовавшись помощнику: не придется лезть в грязь в туфлях.

Как охотничий пес, учуявший добычу, Аврелий побежал рыться в высоких колосьях.

Но без того, чтобы нырять в пруд, выловить книгу не получалось. Когда растерянный стажер, кажется, и вправду готовый прыгнуть в воду, взглянул на Констанцию, она громко бросила:

— Ладно, не будем терять время.

Он с облегчением выбрался из высокой травы.

— Книга помогла бы нам, но мы можем продолжить охоту и без нее, — пояснила Констанция, поправив кожаные перчатки. — Давай найдем, где проходит фан-встреча. Для персонажей характерно в первые часы действовать в рамках сюжета книги, даже если это немного противоречит логике. В непонятном для него мире персонаж обязательно попытается оказаться в привычной обстановке.

На другой стороне пруда располагались небольшие белоснежные павильоны, установленные для проведения мероприятий. В одном из них играла музыка, лился рекой пунш и не умолкали разговоры.

Единственное, что отличало собравшуюся компанию от многих других — наряды. Женщины — их оказалось большинство — были одеты в светлые платья с высокой талией. Немногочисленные мужчины нарядились в сюртуки, короткие спереди и с длинным «хвостом» сзади. Пышные белоснежные платки, бриджи, гольфы. Все в лучших традициях английской моды начала девятнадцатого века.

Констанция и Аврелий остановились у одного из огромных окон, оглядывая толпу.

Уже подкрадывались сумерки, но внутри горели огромные люстры, поэтому рассмотреть каждого гостя было несложно.

Констанция стала водить ловцом с антенной вокруг себя.

— Сигнала нет, ловец холодный, — она бросила внимательный взгляд вглубь павильона, — но внутри могут быть люди, способные нам помочь.

Аврелий кивал, серьезно изучая лишенную любых надписей обложку в ее руках.

— Есть важное правило, — добавила Констанция, — никто не должен увидеть, как мы ловим Персонажа. Думаю, тебе объяснили, что существование Библиотеки держится в секрете?

— Обучение перед стажировкой оказалось очень узконаправленным. Нам почти ничего не рассказывали о том, как ловить персонажей, но зато заставили выжечь на бедре клятву о сохранении статуса секретности.

Констанция фыркнула, чтобы скрыть смешок, и продолжила:

— Наша задача — вычислить персонажа, заманить его в скрытое от посторонних глаз место и вынудить прикоснуться к ловцу.

— А если мы прикоснемся ловцом к нему, это будет считаться? — уточнил Аврелий, его пальцы почти коснулись листов кремового цвета.

— Будет, — она громко захлопнула томик, — важен контакт.

— То есть, мы можем даже кинуть ловцом в Персонажа? И его все равно туда затянет?

Констанция немного помолчала, сурово глядя на собеседника. Проглотив язвительные ответы, она со всей доступной сдержанностью пояснила:

— Персонаж часто сопротивляется поимке. Он ощущает ловец как враждебный предмет. Если сумеет увернуться, дальнейшая охота может быть затруднена.

Она задумчиво провела пальцем по тканому корешку, коснулась желтоватого обреза и заключила: