Чтение онлайн

Если бы однажды его похитили, а после заставили меня выбирать одну из сотен копий-подделок, я бы безошибочно выбрала настоящего.

— А вам так больше идёт, — сказала я. — Прикажу дворцу, пусть сотрет вашу расческу в пыль.

И, глупо хихикая, сползла на пол во избежание мести. Тай Фун мигом сообразил, что от него требуется. Он обратился в беспощадного преследователя и, подцепив вирус под названием «Хохот Нелепый, Идиотский», настиг меня за считанные мгновения…

Звуки борьбы за нашей дверью любой сторонний наблюдатель вполне мог бы счесть сигналом к принятию мер: вломиться, пресечь насилие, вызвать жандармов и всё в том же духе.

Странно, что Мира не вломилась. Ой, не к добру!

Вчера она улизнула из спальни. Ее, видите ли, смущает, когда разные до безобразия харизматичные персонажи наклеивают пластыри на полуобнаженных девиц, изукрашенных царапинами и синяками. Улизнула — и как сквозь землю провалилась.

— Разделимся, — предложил Тай Фун. — Надо ее найти. — И взял курс на монументальную лестницу, которая была вырезана в скале далеко в глубине коридора и являла собой истинный шедевр абстракционизма.

Не любила я разделяться. Но что поделаешь? Шагом марш в противоположную сторону, лентяйка!

Мой шпионский нюх без специальных шпионских курсов и сертификата упорно притворялся мертвым. «Нет меня, забудь». Интуиция заразилась дурным примером, заключила с нюхом союз и категорически отказывалась выполнять свои обязанности в заколдованных дворцах. Единственное, что она подкидывала время от времени, так это нехорошие предчувствия. Вот и сейчас меня посетило одно из них.

«В доме завелся источник хаоса!» — гласило оно.

«Ха! — подумала я. — Дом сам по себе уже неслабый источник хаоса!»

Но всё-таки поспешила в гостиную, откуда вдруг стали доноситься знакомые и очень настораживающие звуки. С непокорной дочерью межпространства разберемся потом.

Замок иллюзий негодовал.

«Что за мохнатый проныра отправился в одиночный патруль по моей территории?!»

Внимание всех зачарованных и намагиченных существ дворца иллюзий слеталось к мохнатому проныре, как стая голубей на хлебные крошки. Я шла, и передо мной больше не распахивали двери. Поднос с печеньем к чаю невидимые духи в последний момент неуклюже брякнули о столешницу и упорхнули в неизвестном направлении. Меня буквально отказывались обслуживать, как будто я и есть виновница вторжения.

К слову, о крошках. Кто-то рассыпал их по коридору эдакой путеводной нитью (А ну, найди меня!). Ни за Мирой, ни за Тай Фуном подобного раньше не водилось. Из чего следовал вывод: накрошил новенький. И он же падок на крекеры.

Я принюхалась, безошибочно определив душок стираного шерстяного свитера. Ага! У проныры имеется шерсть. Еще в комплект наверняка входят хвост и две пары ловких лап. Я подхватила полы черного жатого платья до пят (Мира соорудила его в одну из ночей, после того как заполучила контрабандный кристалл) — и, осененная догадкой, со всех ног рванула к выходу. Волна недоумения незримых существ-прислужников в кои-то веки понеслась на меня: эй, она что, собралась умотать из нашего элитного дурдома?!

Но нет. На полпути я чуть было не споткнулась о енота и вовремя отскочила, чтобы не отдавить ему хвост. Вот она, заветная цель! Мой маленький зубастый антидепрессант.

— У-Ворюга! — воскликнула я, беспардонно сцапав его за морду. — Ты как сюда попал? И почему один?

Объяснение дало о себе знать очень скоро. Оно топталось у ограды, подняв на плечо зонт-трость, как алебарду. Задирало голову, присвистывало, поправляло шляпку на буйных кудряшках. А во взгляде сквозила восторженная придурь столичной аристократки, которую занесло в край Превосходных Степеней и которая уже набросала план развлечений на неделю.

Собственно, Гликерия. Высокая, фигуристая. С причудами и авантюрным складом характера. А еще рыжая до невозможности. На месте первого встречного я бы уже давно окатила ее водой из шланга с воплем: «Горим!»

И ей, в отличие от енота, сквозь глаз пролезть не удалось. Во-первых, габариты не те. Во-вторых, багаж. Личности, обремененные багажом, всегда успевают меньше и приходят к финишу вторыми. Груз, к которому ты привыкаешь, неумолимо тянет на дно, когда нужно срочно всплывать. Вот он, повод не привязываться к материальному.

Но, кажется, я отошла от темы.

Неделя. Именно столько, согласно письму, Гликерия намеревалась продержаться у меня в гостях.

Я открыла ей калитку с предосторожностью: ну как Арсений в засаде сидит? Впрочем, Арсений в любой из своих ипостасей наверняка убоялся бы связываться с этой боевитой дамочкой. Ибо Гликерия приехала мало того, что с енотом, от которого никому нет житья, но вдобавок и без попутчика, что само по себе говорило о многом.

Так что если парень всё же решит напасть, то и поделом ему.

— Привет-привет! — сказала она и бесцеремонно протиснулась во двор в своем широком лиловом платье с множеством юбок и подъюбников.

Я подвинулась, чтобы пропустить едущий за нею чемодан на колесиках — он жужжа следовал за хозяйкой без всяких выдвижных ручек. Очередной продукт инженерной мысли и детище прогресса.

— Одна тут живешь? — осведомилась Гликерия. Ее глаза азартно заблестели, и разве что на лбу не высвечивалось: «Ух, покутим!»

— С Мирой, — сказала я. — С Тай Фуном, — добавила чуть тише.

К азартному блеску в глазах подруги примкнул шальной.

— О! — произнесла она нараспев. — О-о-о! Взрывоопасная смесь! Ди-на-мит!

— Вот уж ни капли, — буркнула я и поспешила разместить эту чудачку в гостиной. Пусть подождет, пока я выужу из недр дворца Миру с Тай Фуном. А там уж они приложат ее своим неистощимым обаянием так, что мама не горюй.

Глава 11. Башня, которой нет, и хвостатое недоразумение

Вычурное и необычайное дворец иллюзий выставлял напоказ пунктиром. Есть — нету — есть — снова нету. Когда экспозиция диковин в третий раз прервалась, Тай Фун обнаружил Миру в локации «поле для гольфа», за одной из филенчатых дверей, которые по дизайну приближались к современным стандартам. Даль тут была бескрайняя, образцово-зеленая, с дымкой на горизонте, словно кто-то смазал подушечкой пальца карандашную линию. И свежести хоть отбавляй.

Мира принадлежала к разряду тех, кто масштабно грустит и умело распоряжается своим одиночеством в периоды душевных неполадок. Она замахнулась клюшкой резче, чем следовало, и выполнила свинг, отправляя мяч к красному флажку на шесте. Результат плачевнее некуда.

— Уровень стресса, — сказал Тай Фун, приблизившись, — зашкаливает. Эффективность от таких ударов нулевая.

Мира вздрогнула и повернулась к нему вполоборота. Сумасбродно-отважная, с кругами под глазами — свидетелями запущенной бессонницы. Весь ее всклокоченный, обреченный вид говорил о том, что она готова к апокалипсису прямо сейчас. «Конец света разразится с минуты на минуту. И не пытайся меня переубедить».