Чтение онлайн

— Ох! — разнеслось над трибунами со стороны тех, кто не имел никакого понятия о зоомагии в Соверене — они переживали за парней.

— Они же их задушат! — взвыла Лари-Мель, вскакивая со своего места.

— Они не справляются! — вскрикнула я, увидев, что магия подчинения обтекает мечущийся в агонии клубок тел, а животные начали вести себя крайне странно: все как один затихли и устремили взоры на тех, кто, стоя в одной куче, направлял магию подчинения на животных.

А потом все животные, рыкнув, встали на лапы и на полупальцах/копытах направились в сторону парней.

Одна маленькая живность устроила настоящий переворот…

Эдера

А потом все животные, рыкнув, встали на лапы и на полупальцах/копытах направились в сторону парней.

Что-то на стадионе пошло не так, и бывшие хозяева положения в ближайшее время должны были стать обедом для животных, чьи предки уничтожали людей ради магии.

— Ой, мамочка, — пискнула все та же Лари-Мель и начала искать взглядом выход, но тут возле нее встала Дарен и кивнула на поле.

— Надо помочь.

— У меня голова кружится от их магии, — пропищала Лари-Мель, и рядом с ней закивали еще несколько девушек, что учились вместе с нами на зоомагии — самые сильные со всего потока.

— Надо помочь, — упрямо проговорила Дарен и протянула руку, предлагая забрать часть ее силы бытового мага. — Они скоро иссушат себя, или их сожрут.

— И потом, нас после такого точно будут спасать, — с предвкушением улыбнулась Марта, поправляя воротник своего лисьего полушубка на выдающихся достоинствах. Вот как в ней сочетались зоомагия, требующая душевного отношения к животным, и любовь к меху этих самых животных?

— Точно, не все ж Эдере лежать под горой мускул — я тоже так хочу, — встрепенулась одна из девушек, что вместе с Лари-Мель планировала сбежать в числе первых. Сейчас же она взяла себя в руки и сосредоточилась на животных, что с плотоядным оскалом надвигались на парней.

Парни, было видно, направляли последние силы на животных, которые в предвкушении свежей крови даже не моргнули под тяжестью такой силы, от которой у нас, зоомагов Соверена, уже капала кровь из носа и ломило виски. Но мы встали вдоль ограждения, взялись за руки и отправили импульсы собственной магии к животным, передавая им спокойствие и умиротворение.

Не скажу, что получилось сразу и идеально — вообще, хорошо, что хоть что-то поучилось, ведь в Соверене нет и в помине таких монстров, что мы увидели вживую на стадионе. Раньше мы подчиняли исключительно домашнюю живность, спокойную, даже флегматичную, а летняя практика в королевском кирале, где нам обещали показать настоящего василиска, казалась сказкой, а не близкой реальностью.

И, тем не менее, животные остановились и недоуменно принялись озираться, пытаясь понять, что это пытается их сбить с предстоящего обеда, на который они уже основательно настроились. Эта остановка стала нашей первой победой, маленькой, но очень важной, потому что она говорила, что мы сумели настроиться на животных.

Дальше нужно было переключить внимание на другой объект, и тут нам помогли девочки-бытовики, запустившие на поле обычный маленький мячик, но наложили на него иллюзию более крупного мяча, с которым будет интересно играть всем этим монстрам. Играть животным было весьма увлекательно — они бегали, прыгали, клацали зубами возле иллюзии, отталкивая хвостами, лапами и копытами конкурентов. В общем, развлекались, только выглядело это со стороны если и забавно, то совсем немного — в основном, угрожающе.

— Молодцы, девочки, — раздался за нашими спинами голос мэссина Лианела, — но теперь нужно вернуть всех обратно и передать управление команде — парни должны вернуть подчинение тех, на ком им предстоит летать.

— Но они подавляют животных! — возразила Лари-Мель, озвучивая наше общее несогласие. — Лишают их воли!

— В данных обстоятельствах парни действовали согласно регламенту, — голос профессора стал строже, а взгляд — холоднее. — Если животное вышло из-под контроля и его не смогли подчинить снова, то оно подлежит отправке в изолятор, а далее по протоколу.

Мы разом вздрогнули, потому что фраза «далее по протоколу» во всех случаях говорила о физическом уничтожении животного, но ведь это только в случае с бешеными животными, разве нет?

Мы постепенно свернули свою магию, давая парням из команды перехватить управление животными, и напряженно вглядывались то в лица парней, то в морды крылатых созданий из детских страшилок.

Вроде, все шло нормально, но только не у Итана. Его мантикора и грифон даже не думали умиротворяться и с ненавистью отвечали рычанием и клокотанием мини-мантикоре, которая, пытаясь запугать противника, превратилась в черный меховой шарик с торчащими по бокам золотыми перышками. Парень удерживал двух магических монстров, но каждый раз, как собирался укрепить связь, миниатюра мантикоры принималась так надсадно орать, что все сбивалось: потоки подчинения, умиротворение животных, терпение Итана и…мэссина Лианела.

Профессор уже пару раз выругался под нос, поминая маму Руффи такими словами, что «твою ревизию» завхоза выглядело вполне приличным заклинанием.

— Эта мелкая дрянь доведет до того, что хороших боевых животных придется отправить под протокол, — шипел профессор зоомагии, направляя на животных заклинание подчинения. Издалека ему было сложно удержать двоих, поэтому профессор размашистым шагом отправился к эпицентру разлада, а я, незаметно для себя самой, последовала за ним, а девочки…девочки шли следом.

Профессор был силен — от его магии мы с девочками спотыкались, в висках стучало уже не молоточками, а кувалдами, пара капель крови над губой превратились с тонкую струйку. Но мы держались и упорно шли дальше. Кто мы? Зоомаги Соверена, для которых фраза «далее по протоколу» была сравнима с красной тряпкой для наремского быка — вызывала нешуточную ответную агрессию и желание спасти того, к кому это «по протоколу» собирались применить.

Так как остальные животные смиренно улеглись у ног своих наездников, то наше внимание было направлено исключительно на недовольных мантикору и грифона, и жутко рассерженную Руффи. И спасать нам, видимо, придется больших животных — маленькая меховая нечисть посмотрела на профессора пренебрежительно, а на нас с таким презрением, словно мы какие-то букашки, а не будущие зоомагии третьей третьего года обучения.

Как-то стало неловко находиться рядом со столь надменным шариком с королевскими повадками, а когда заклинание подчинения, направленное профессором на тройку рычащих монстров, стекло с животных, словно растаявшее на солнце мороженое из вафельного рожка, стало еще и страшно. Просто страшно.

И вот как теперь усмирять их?

Итан