Чтение онлайн

Она попыталась уйти в кульминацию. Вытянула ладони, всосала землю, вызвала чёрных духов изо дна болот. Они пришли. Тёмные, липкие, с глазами без зрачков. Они жали на Винтера, хотели растянуть его, хотели выпить память.

Он шагнул вперёд. Одним касанием он вычистил их с лица земли. Словно стерку провёл. Никаких красивых взрывов. Просто точка, и их нет. Как будто их там и не было.

Баба Яга паниковала. Это было не часто. Она швыряла в него старые злые песни. Пыталась сшить его кровью новый узор проклятия. Пыталась наделить мир её страхом.

Он не дал. Он ломал. Методично. Без злости, без удовольствия. Одно его присутствие здесь ломало все ее проклятья.

Она упала. Костлявая, с подгнившими зубами, с последним криком. Её рука дернулась. На ладони осталось слово — чернила, как смола. Оно задымилось и упало в пепел.

Твари кончились. Всё, что она подняла, было уничтожено. Остались только пятна крови и куски рваной ткани. Никаких следов магии. Никаких следов ритуала. Даже земля выглядела чище.

Винтер посмотрел на неё. Тело сидело, дышало слабым ручейком. Она была старой. И без силы. Могла бы ещё шептать, но слова гнусные теперь звучали хрипло и бессмысленно.

Он отвернулся.

— Ненавидишь мир и людей, а? — сказал он тихо. — Думала, кто-то тебя похвалит?

Она не ответила. Глаза закрылись.

Он ушёл, не оглядываясь. За ним ещё шевельнулась земля — мелкие камешки, остатки тварей. Всё стерлось. Всё унялось.

Баба-Яга выдохнула. Неужели ее оставили в живых? Но почему? Может он не убивает женщин? Точно! Так и есть. Да, мужчины ведь всегда жалеют женщин.

«Хе-хе. Идиот, ты еще пожалеешь, что не убил меня сегодня. Я отберу у тебя самое дорогое! — обещала она. — 'Да, а теперь вставай и беги!» — приказала она своему телу. — «А? Что за…?»

Она так и не поняла, что все это время лежала обезглавленной в комнате. Винтер ее не пощадил.

Фауст стоял посреди разрушенного зала.

Руки в карманах, лицо — спокойное. Всё вокруг — будто сцена, на которой он уже сто раз играл. Столпы трещин на полу напоминали перья гигантской птицы.

Он чувствовал, как воздух тяжелеет — тот выродок, который забросил его сюда, приближается.

— Ты вовремя, — сказал Фауст, не оборачиваясь. — Я как раз готовлю сделку.

Винтер остановился в трёх шагах.

— Сделку, значит? — переспросил он. — Даже интересно стало. Чего же сам Фауст может от меня хотеть?

— Как будто ты не знаешь. — усмехнулся Фауст. — Даже если я убью тебя, то не смогу покинуть это место. Тут и встречу свой конец. Поэтому я хочу заключить сделку. Если в бою я убью тебя, то…

— Вернешься назад? — потопил его Винтер.

— Нет. Получу весь этот мир в свое личное пользование. — улыбка Фауста стала шире.

— Понятненько.

— А ты…

— У меня нет встречных желаний, — пожал плечами Винтер. — Ну, разве что, давай так — все когда-либо заключенные тобою контракты будут разорваны.

Фауст нахмурился. Мог ли Винтер знать, что среди прочих у него были контракты, позволяющие возродиться? Однако, у Фауста не было выбора.

Он щёлкнул пальцами, и пространство вокруг посерело. Воздух стал плотным, словно бумага. Стены исчезли. Всё превратилось в бесконечный лист, исписанный строчками контрактов.

Каждая строчка — обещание, каждая буква — узел.

— Контракт заключён, — сказал Фауст. — Теперь всё здесь подчинено мне.

Его голос отдался эхом.

— А как же условие, что ты должен меня убить? — спросил Винтер.

— А я тебя уже убил. В своем воображении. Никто ведь не говорил, что я должен убить тебя по-настоящему. Надо было лучше слушать. — усмехнулся Фауст.

Винтер посмотрел вокруг. На мгновение его лицо оставалось пустым. Потом усмехнулся.

— Убил, говоришь?

В этот момент Фауст почувствовал, что теряет контроль над миром. Его глаза удивленно расширились.

— Прости, но ты не способен убить меня даже в своей голове. — с улыбкой сказал Винтер.

Он поднял ладонь.

Фауст почувствовал, как его сердце дрогнуло.

Он снова попытался представить, как убивает этого человека, но… что бы он с ним не делал в воображении, Винтер никак не оказывался мертвым. Он все еще был жив даже в воображении.

— Что ты… — начал Фауст, но не успел.

Винтер произнёс тихо:

— Ты можешь заключать контракты. У меня тоже есть похожая сила. Тем не менее, одна разница все-таки есть. Я не иду на компромиссы, а отдаю приказы. — признался он. — Например, в этот раз я дал приказ, что никто не сможет убить меня — нигде, даже в воображении.

И пространство рухнуло.

Слова Фауста, его подписи, его контракты — всё исчезло. Вместо них появилась новая надпись. Одна строка, короткая и резкая:

«Приказ: Власть принадлежит мне.»

Фауст попытался сопротивляться. Сжал кулаки, вызвал ещё один договор.

— Я — закон! — выкрикнул он.

Символы вспыхнули, но тут же распались.

Он понял. Не просто проиграл — его сила не существовала рядом с этой. И дело не в том, что сила Винтера была похожей или перекрывала силу Фауста. Нет. Разница между этими силами — фундаментальная. Будто масса микрона и масса черной дыры. Они имеют один источник, но совершенно разные силы.

Фауст шагнул вперёд, тяжело дыша.

— Как… ты можешь…

Фауст почувствовал, как его тело распадается. Контракты, что были вплетены в его плоть, сгорали вместе с ним. Он опустил взгляд на ладони. Символы исчезали, как пепел.

Перед смертью он усмехнулся.

Фауст хотел возмутиться, но язык больше не слушался. Последняя искра магии мелькнула в глазах — и потухла.

Его тело рассыпалось вместе с остатками контракта.

Винтер провёл рукой по воздуху. Серые клочья бумаги исчезли, мир вернулся в норму.

Он выдохнул.

— На одного юриста меньше, — сказал он тихо. — Мир только лучше от этого стал.