Чтение онлайн

– Подойди поближе, – ласково сказал Саня, явно собираясь пустить стул в ход.

Колян, до этого сохранявший невозмутимое выражение лица, резко остановился на месте и покраснел от злости, а потом громко заорал:

– Ты знаешь, кто я, детдомовский бомжара?

– Ты говнюк, – спокойно ответил Саня, а я решил наконец покончить со всем этим поднадоевшим цирком. Колян нарушил нашу идиллию, поэтому должен понести наказание. Этому удару меня как раз научил Саня. У них в детском доме именно так и били. Очень болезненно. Отбросив указку в сторону, я с силой ударил Коляна в солнечное сплетение, и тот согнулся пополам. Саня, живо отбросив стул, добавил Коляну кулаком в живот.

– Эй, вы что? – заволновался Денис, но Саня на него так посмотрел, что тот мгновенно стушевался. Потом Кирилл и Денис вообще исчезли, бросив Коляна одного. Хороши друзья, нечего сказать.

Мы на всякий случай быстро похватали все свои вещи, пока Колян пытался отдышаться. Он опёрся на парту и заявил:

– Что, Леска, жену свою защищаешь?

– Он мой друг, – с гордостью сказал я, посмотрев на Саню.

– И ты мой друг, – ответил мне Саня, взглянув на меня так, что у меня сердце запрыгало от радости. Столько в этом взгляде было преданности. Мы кивнули друг другу, а потом просто взяли свои вещи и решили уйти подальше от Коляна. Так и не получилось у нас сделать уроки.

– Тили-тили тесто, Леска и Бомж – жених и невеста! – прокричал нам Колян вслед.

Мы не стали слушать Коляна и решили просто пойти в спальню. Было бы теплее, мы бы обязательно вышли на улицу, но там, к сожалению, шёл ливень.

– Я тебе говорю, Димка, мы ещё прищучим этого придурка! – заявил Саня, когда мы спускались в спальню.

Я тогда в этом даже не сомневался.

После того случая Колян прекратил попытки воздействовать на нас физически. Видимо, осознал, что вдвоём мы прекрасно с ним справимся. Зато теперь он снова и снова повторял ту нелепую дразнилку про жениха и невесту. Меня она почти не трогала, зато Саня очень злился, когда слышал ее.

– Ну, Колян – идиот, – миролюбиво говорил я, стараясь успокоить друга.

– У нас в детском доме за такое могли и прибить, – фыркал Саня. Иногда он рассказывал про нравы этого чудесного заведения, и у меня волосы на голове вставали дыбом. Как хорошо, что он оттуда вырвался и теперь учится с нами.

Но как-то раз Саня всё-таки не выдержал и полез в драку, когда Колян завёл старую песню. Я только собрался поддержать друга, как в класс зашла наша физичка и погасила конфликт на корню, заодно оставив Коляна на отработку. Так назывался общественный труд на благо школы. Получали её ученики за несделанные уроки или плохое поведение. У меня отработок почти не было: учился я хорошо и редко себя плохо вел.

Колян после этого еще больше на нас обозлился и грозился нас подставить. В скором времени мы узнали, что именно он нам подготовил.

Незаметно для себя я подружился с Антоном. Раньше он смотрел на меня, как на пустое место, но после того, как я поддержал Саню, стал относиться ко мне с уважением. И даже пригласил меня в святая святых – в туалет на втором этаже, где собирались старшеклассники и некоторые избранные типа Антона. Там был мужской клуб, где старшее поколение делилось жизненными знаниями с младшим.

Раньше там уже побывал Саня, а теперь и меня сочли достойным.

Мы пришли туда после уроков вместе с Саней. Антон был уже там и сразу же познакомил меня со своими приятелями. Я был представлен всем им, после пожал всем руки. Очень старался запомнить имена, да и вообще старался выглядеть достойно. Саня же, в отличие от меня, вёл себя непринужденно, смеялся и рассказывал ребятам истории.

Старшеклассники мне понравились. Они учтиво предложили мне покурить, а я не стал отказываться. В прошлом году от подобного я бы в ужасе сбежал, но теперь в моей жизни многое поменялось. Саня тоже пытался курить, чтобы не упасть лицом в грязь. Точнее, просто набирал в рот дым и выпускал обратно. Я это заметил, но вслух говорить не стал.

Сам я вдохнул дым и сразу же закашлялся. Потом меня затошнило. Пацаны по-доброму меня подбадривали и говорили, что потом я обязательно научусь курить. Ещё мне дали попробовать пива. Его вкус мне понравился больше, чем вкус сигарет. Я вдруг почувствовал себя настоящим взрослым мужчиной.

Я напряжённо следил за реакцией новых приятелей, боясь сделать или сказать что-то не так. В основном молчал и слушал разговоры, казавшиеся мне такими важными и интересными. Пацаны обсуждали девчонок; кто-то хвастался, что у него уже был секс, и гордился, какой он крутой после этого.

В спальню мы вернулись немного захмелевшими. Я был доволен и счастлив. И невольно подумал, что, наверное, в тот момент папа был бы очень мною доволен, ведь я наконец-то нашел друзей.

На следующий день я решил спросить у Сани его мнение. Меня волновал один вопрос:

– Сань, как думаешь, я перед пацанами лохом не выглядел? – я спросил это на перемене, когда мы шли на урок химии.

– В смысле? – удивился Саня.

– Ну, может, парни подумали, что я маменькин сыночек, – смутился я, опуская глаза вниз.

Саня вдруг фыркнул и рассмеялся:

– Нет, конечно, Дима! Антон просто так никого не приглашает. Только проверенных людей.

Я был польщён, что мне оказали такую честь. Оказывается, я был в кругу избранных.

– У Антона спроси, – посоветовал Саня. – А вообще, ты наш друг. Ещё бы они к тебе плохо относились!

У Антона я уточнять не решился, хоть он с каждым днём и относился ко мне всё лучше и лучше. Раньше я почти ничего о нём не знал, кроме того, что у него осталась одна только мама: отец погиб, выполняя какое-то служебное задание. Он был полицейский. Школа оплачивала его обучение, но Богданов никогда его за это не травил. Я вдруг понял, что проучился с Антоном почти семь лет, но только сейчас узнал, что он за человек.

А Антон был очень интересный собеседник. Он увлекался скандинавской культурой, ему нравились викинги, и он всячески старался быть на них похож. Внешне он действительно напоминал викинга – высокий, светловолосый, развитый и физически сильный. Он выглядел старше своих лет. У него уже начала расти борода, поэтому он брился. Ещё он нравился девчонкам, и, по слухам, он даже встречался с одной из девятого класса. Некоторые пацаны ему явно завидовали, и как-то раз у него даже были разборки с ребятами из старших классов. К нам же с Саней Антон относился, как старшие относятся к младшим братьям, и трогательно нас опекал.

С Сашей у нас было встреча двух одиночеств. Меня вводили в ступор некоторые его манеры. Он не видел личных границ и постоянно лез обниматься. Мне были непривычны такие нежности, так как мои родители считали, что объятия меня только разбалуют. Поэтому вначале я даже как-то стеснялся, когда Саня вдруг обвивал мою шею руками или целовал в щёку. Я всё боялся, что это увидит Колян и будет над этим смеяться.

Однажды я пытался сказать об этом Сане. Я отстранился, когда он положил мне голову на плечо. Он посмотрел на меня обиженно. Мне вдруг стало очень стыдно, словно я опорочил нашу дружбу.