Чтение онлайн

– Бессонов Александр, – услышал я имя новенького. Значит, его зовут Саша. Тогда я ещё не знал, насколько это имя станет для меня важным в дальнейшем.

– Здесь, – новенький поднял руку вверх.

– А, Саша, – с улыбкой обратилась к нему учительница. – Наслышана о тебе. Ребята, рада вам представить Сашу Бессонова, он занял первое место на олимпиаде по физике и математике. Так и попал к нам.

Класс вяло отреагировал. Вот зря она это сказала насчет учёбы. Я посмотрел на Коляна. Вид у него был воинственный: он явно был рад, что есть, за что зацепиться, чтобы устроить этому мальчишке весёлую жизнь. Я был на сто процентов уверен, что уже сегодня новенький найдет себе проблему в виде Коляна, и с тоской подумал, как же, всё-таки, несправедлива жизнь.

Светлана Николаевна спросила у него, по какому учебнику он занимался раньше. Услышав ответ, она снова улыбнулась и заявила:

– Если у тебя будут какие-то вопросы, можешь всегда обратиться ко мне.

Саша тихим голосом со всем соглашался. Теперь он выглядел испуганным и нервно оглядывался на Коляна: видимо, понял, что тот уже хоть прямо сейчас готов был устроить ему «тёмную».

Физичка провела перекличку до конца, а затем перешла к уроку. Сначала объяснила нам механику Ньютона, которую мы уже проходили в прошлом году, потом дала задачки, которые, как это обычно бывало, должны были решить только я и Марина. Мы были единственные в классе, кто разбирались в физике. И тут я обнаружил, что этот Саша тоже решил всё буквально за две минуты и уже рвался в бой.

– Давай, выходи решать, – кивнула учительница.

Бессонов решил задачу правильно, но всё время оглядывался на физичку, явно расположенную к нему.

– Молодец, – сказала Светлана Николаевна. – Откуда ты взял это решение?

– Я решал похожую задачу из Савельева.

– Да это же университетский уровень, – заметила учительница.

– Я хотел бы стать физиком.

– Так он ещё и ботан! – зловеще заявил Колян. Теперь Бессонову пощады вряд ли стоило ждать, список грехов у него был слишком большой.

Я увидел, как Светлана Николаевна поставила пятёрку напротив фамилии Бессонова. Потом она продолжила урок. Кажется, у меня появился серьёзный конкурент. Зато за весь урок Колян даже слова в мою сторону не сказал, так был занят Бессоновым.

Последующие уроки проходили в том же ритме. Бессонов явно решил набирать себе баллы и старался отвечать на каждом уроке. Колян пока молча наблюдал, а я всё ждал, когда он всё-таки решит выступить против Бессонова.

С ним никто не общался. Никто к нему даже не подходили, будто его и не существовало. В столовой он тоже сидел в гордом одиночестве. Меня разбирало желание к нему подойти, но я лишь продолжал наблюдать, стараясь не выдавать своего любопытства. Иногда он вопросительно смотрел в мою сторону, но я сразу же отворачивался. Я чувствовал, что ему неуютно и страшно, но почему-то медлил. Хоть мы и были друг в друге хоть как-то заинтересованы, за весь день никто из нас так и не сделал первого шага, и Бессонов явно поник. На последнем уроке истории он сидел, уткнувшись в книгу, и напоминал мне себя самого.

Уроки быстро кончились: всё-таки не стоило в первый же день загружать школьников. Однако я всё равно чувствовал себя выжатым, как лимон, и решил тащиться в спальню, чтобы разобрать вещи, привезённые с собой. Потом нужно было сделать уроки. Будто лета и не было, теперь опять придется до ночи сидеть над учебниками.

Зато день у меня выдался спокойный. Никто меня не обзывал, не делал гадости, и я мог спокойно сосредоточиться на учебе. Богданов был весь день занят Бессоновым, хотя пока и слова ему не сказал. Это было своеобразное затишье перед бурей, и Бессонов это тоже ощущал. Он явно ждал от кого-то удара, это было написано у него на лице. А я пока наслаждался спокойствием, раздумывая, надолго ли хватит Коляна.

В спальне я обнаружил Бессонова и понял, что его подселили к нам. Все ребята, и мальчики, и девочки, жили по четыре человека в комнате. Но весь прошлый год мы были в комнате втроём: я, Колян и Антон. В жилом корпусе были перестановки, потому что комнаты перестраивали. В результате от нас убрали Кирилла, лучшего друга Коляна и его заместителя по издевательствам. Возможно, именно поэтому Колян тогда и заключил со мной перемирие и с тех пор почти не трогал. Без своих дружков с Коляном можно было даже договориться.

В комнате с нами жил наш одноклассник Антон Дорофеев. Наверное, Колян хоть немного, но уважал Антона, ведь именно его Богданов боялся. Антон был рослый, физически сильный парень, выглядел старше своих лет и предпочитал тусоваться со старшеклассниками. Колян его раздражал, все его шутки он считал идиотскими, но развлекаться не мешал. Антон единственный умел призвать Коляна к порядку, поэтому в нашей спальне Богданов вёл себя прилично. Ко мне Антон относился равнодушно, поэтому со мной почти не общался. У него была своя компания, нас же он считал маленькими и глупыми.

Теперь же в нашей комнате будет жить Бессонов, и я уже представлял лицо Коляна, когда он это увидит. Я присел на кровать и начал разбирать чемодан. Мама надавала мне с собой вещей на целый год. Я даже увидел свои старые футболки, в которых я ходил дома.

Колян не заставил себя долго ждать: появился на пороге нашей комнаты с недовольной рожей. Выпучив глаза, посмотрел на ещё одну кровать, стоящую рядом с моей, и сразу все понял.

– У нас тут что, комната для лохов?

Вопрос был явно риторический – я промолчал. Некоторые «умные» люди советовали мне драться с Коляном, но не учитывали численный перевес. Богданов предпочитал нападать на меня вместе с дружками. Они любили скрутить меня и хорошенько мутузить. Я пытался отбиваться, но это только раззадоривало банду Коляна.

Ещё мне предлагали жаловаться учителям, но, как относятся к ябедам в школе, думаю, все знают. Поэтому на словесные оскорбления я старался не отвечать, а физического воздействия старательно избегал.

Колян подошел к кровати, на которой лежал маленький потрёпанный чемодан Бессонова. Это явно были все пожитки новенького. Колян с отвращением принялся рассматривать чемоданчик, явно намереваясь скинуть его на пол, чтобы потоптаться по нему. Я это знал: с моими вещами Колян проделывал то же самое.

Но он не успел. В комнату очень вовремя вошёл Бессонов. Богданов нехотя отошел, но взгляд у него был по-прежнему вызывающий. Он явно нарывался на конфликт. Мне было жалко этого мальчишку, он не выглядел сильным или смелым. Если Колян начнёт его травить, ему не поздоровится. На фоне Коляна Бессонов выглядел каким-то особенно беззащитным.

– Слышь, бомжара, – угрожающе начал Колян. – Вали отсюда!

– Откуда ты знаешь, что я бомжара? – вдруг удивился мальчишка, приподнимая брови и округляя глаза. – Я, может, принц?

Колян заржал, и даже я улыбнулся. Слова эти звучали смешно, но Богданову нужен был повод, чтобы напасть на него. В следующую минуту Колян ударил его, но Саша быстро ушёл от удара, отклонившись, и рассмеялся. Бессонов явно ждал этого, потому что в следующую минуту дал поддых Богданову, и, пока тот не очнулся, добавил коленкой в пах.

Но победу было рано праздновать. Богданов лишь несколько мгновений был в замешательстве, но потом снова кинулся на Бессонова с кулаками. Тот подставил ему подножку, и Колян упал на пол, успев потянуть за собой и своего врага. В результате они оба оказались на полу, и начали друг друга мутузить изо всех сил. Я с тоской осознал, что мне срочно нужно вмешаться: Колян это просто так не оставит. Видимо, в тот день мне всё же суждено было получить от Богданова.