В поисках человечности
Шрифт:
Быстро стряхнув с себя наваждение прошлого, Бэн огляделся. Солнце уже садилось, и в пустой комнате не было ни единого следа вчерашнего происшествия.
— Нужно спешить! — Быстро сказал он, поднимая Диту с пола, которая ковыряла что-то в стене.
— Тут очень сильно пахнет кровью, — заметила девушка.
Бэн замер, принюхиваясь. Запах серебра. Знакомый запах серебра, что и вчера. И запах крови. Смешавшись с другим запахом, он стал почти неуловимым. Похоже, раствором с серебряными частицами и пытались смыть кровь.
— Точно, — согласился он и, спрыгнув с лестницы, выбежал на улицу.
Ангелина и Глен уже закончили с расспросами и скучали рядом с лошадьми. Бэн почти бегом подлетел к ним, сразу запрыгивая в седло и сажая к себе на колени девушку.
— Что важного удалось узнать? — Спросил Бэн у сестры.
— Они говорили без особого энтузиазма и явно что-то скрывали. Нужен вампир с умением считывать память, — ответила Ангелина, тоже забираясь на лошадь.
— Ясно, проверю после заката, — Бэн дернул поводья, направляя Силь на запад. — Следуйте за мной. Есть слабая зацепка, но пока не уверен, с чем она связана.
Глен кивнул и подсел к подруге. Его запал поутих, так как он ничего не понимал, и у него не было возможности поучаствовать в событиях. К тому же, гуль Шерифа наивно предполагал, что поиски не затянутся дольше, чем на пару часов. Но близилась ночь, и у него теперь не было выбора, приходилось следовать за гулями Палача.
Когда они добрались до тринадцатой башни, она почти полностью была поглощена красным светом заката. Казалось, солнце проникает сквозь черепицу, и поднять голову было почти невозможно, так как его свет слепил глаза. У башни мирно дремали два солдатика, словно забыв, что они на службе. Но, подойдя к ним ближе, гули обнаружили, что они не просто спят, они были словно усыплены. Разбудить их не удавалось даже сильными пинками. Бэн оставил с ними Ангелину и Глена, приказав поднять и допросить. Сам же направился в здание. Дита пошла следом, хотя юноша и указал ей остаться. Общество Глена было слишком неприятно принцессе.
Поняв, что девчонка не подчинилась, гуль Палача лишь поморщился. Споры с ней вызывали какой-то внутренний резонанс. Её неподчинение злило, но давить на неё юноше не хотелось.
Первый этаж был пуст, из-под дверей в комнату сторожевого шёл свет, и Бэн решил пока его не беспокоить. Было тихо и спокойно, и Бэн подумал, что ошибся, и его прорицание указало неверный путь. Но внезапно Дита схватила его за рукав. Её глаза были расширены, и она нервно вздрагивала.
— Ты слышишь? Ты это слышишь? — Испугано зашептала она.
Бэн прислушался. В помещении было тихо, даже из жилой комнаты смертных не раздавалось ни звука.
— Слышу что?
— Я не знаю, — Дита испуганно крутила головой. — Словно молитва. На латыни или другом старом языке. Я не могу уловить слова, и они повторяются и повторяются. Словно заклинание.
Бэн поморщился. Он ничего не слышал, а его слух, благодаря дисциплинам вампиров, был намного лучше, чем у простых смертных. Девушка продолжала цепляться за его одежду, потом внезапно вздрогнула и прекратила втягивать голову в плечи. В то же мгновение Бэн услышал легкий шорох на втором этаже, а потом чёткие шаги. Оттолкнув девчонку от себя, он кинулся к лестнице.
— Нет, — девушка вновь схватилась за его рубашку. — Не поднимайся, не надо!
Он не понимал её страха и, стряхнув с себя, бросился наверх. Всего пару секунд, и два пролета преодолены. Юноша замер перед открывшейся ему картиной. Он на секунду зажмурился, закрываясь от яркого заходящего солнца, которое слепило, лишая ориентирования, а усиленное дисциплинами восприятие сделало эти лучи невыносимо обжигающими.
Бэн стоял на втором этаже башенки, к каждой стене которой было прислонено большое зеркало, почти в человеческий рост. Именно зеркала, играя со светом, создавали увиденные в прошлом образы. Яркие блики были повсюду. В центре комнаты лежало растерзанное тело. Точнее то, что когда-то было телом. Даже скелет был частично разрушен. Внешние же ткани превратились в неясные, скрюченные ошмётки, словно человека вывернули наизнанку и сняли всю внешнюю плоть. И на теле почти не осталось крови. Зато стены за зеркалами были залиты ею. Сами же зеркала были чисты и… Девушка, что поднялась за ним, вскрикнула и Бэн обернулся. У дальней стены стоял мужчина. Именно таким Бэн видел его, когда пытался отыскать след Сергия. Он что-то держал в руках, нервно покручивал и бормотал. Бэн двинулся к нему, но тот, слегка отшатнувшись, исчез, будто испарился в воздухе. На том месте, где он стоял, осталась лишь его одежда и скрученный мешочек.
— Черт! — Выругался Бэн, поняв, что преступник сбежал.
— Нам надо уходить, — вновь затараторила Дита.
— Прекрати, — Бэн сел перед останками, пытаясь отыскать хоть какой-то ключ к тому, кто перед ним.
— Нам надо уходить. Сейчас! — Крикнула девчонка и стала пятиться от лесенки к центру комнаты. — Тут стоит защита. Какое-то очень сильное охранное заклинание. И оно сейчас сработает. Бэн, надо уходить.
— Какая защита? — Непонимающе посмотрел на нене он. Потом его взгляд упал на оставленную одежду. То, что они имеют дело с магами, он понял уже давно, ещё когда увидел зеркала. Перемещение в пространстве стало прямым тому доказательством. А с магами шутки плохи. Бэн подбежал к вещам и, подобрав мешочек, стал спешно развязывать его, чтобы заглянуть вовнутрь. Но его прервал какой-то странный гул. Башня словно вздрогнула, и по стенам прошла сине-жёлтая рябь. А потом каждый клочок пространства охватило пламя. Дита завизжала, отодвигаясь всё дальше к центру, где лежали остатки человека. Бэн прыгнул к ней, подхватывая на руки, а потом устремился к бойнице. Пламя с огромной силой и гулом заполняло помещение. Бэн замер за окном, стоя лишь на цыпочках. Вся комната полыхала, и гуль заметил, как стали плавится зеркала, как шипят и углятся кости на полу. Горело всё, даже прослойка между кирпичами.
— Прыгай, быстрее! — услышал Бэн сквозь рёв пламени голос Глена.
— Я брошу тебе Диту, лови её! — крикнул гуль Палача в ответ и, отодрав от себя испуганную девушку, швырнул её к стоящему на земле мужчине. Как только Бэн отпустил принцессу, пламя с ещё большей силой прыгнуло на него, словно присутствие девушки удерживало огонь, не позволяло прикасаться к ним. Бэн только и успел, что разжать пальцы, выпихивая себя наружу. Огонь обжег ему руки и опалил волосы. Всего пару мгновений, но ему показалось, что он побывал в самом пекле ада.
Из-за плохого толчка Бэн неудачно приземлился и ударился локтем. Его тут же подхватила Ангелина и стала оттаскивать дальше от полыхающей бездны. Вся башня была объята огнем, словно сделанная из дерева и облитая маслом. Бэн нервно разгибал пальцы на обгоревшей руке. Кожа оплавилась и обуглилась всего за несколько мгновений. Используя кровь Катерины, он слегка подлечил себя, но такая рана слабо поддавалась.
— Чёрт! Чёрт! — ругался он, чувствуя, что и в других местах его тело оплавилось от безумно высокой температуры. — Ненавижу магов!
— Что там случилось? — удивленно посматривал то на него, то на Диту Глен. Девушка обняла себя руками, и было видно, что её трясет.
— Понятия не имею, но, похоже, я застал похитителя прямо на месте преступления. — Бэн встряхнул свою сумку, пытаясь отыскать на дне свои сигареты. Вытащив обе сразу, он засунул их в рот и стал разгребать хлам, пытаясь найти огниво.
— Огня, — попросил Бэн, нервно тряся сумку и пытаясь отыскать там хоть что-то.
— Тебе что, мало огня? — возмутился Глен, указывая на башню, но поймав его безумный взгляд, сразу отыскал огниво и зажег для него лучинку, помогая прикурить.
Бэн глубоко затянулся, втягивая в тебя воздух с огромной скоростью. Обе сигареты истлели как минимум наполовину. Юноша закашлял, давясь горьким дымом, но, откашлявшись, снова затянулся.
— Проклятые маги! Каждый раз, как с ними сталкиваюсь, происходят какие-то неприятности. — Бэн стал курить сигареты поочереди и, ругаясь, смотрел на догорающую башню. — Смертные безумцы, получающие свои силы из ничего. Перебить бы всех, чтобы не лезли в нашу жизнь.
Ангелина сердито постучала его по плечу, указывая на Диту. Девушка была магом, и, хотя Тремеры старались об этом не распространяться, многие об этом знали.