Чтение онлайн

Так, решим все проблемы в порядке усложнения, что будет иррационально для моего измученного мозга. Для начала самое легкое. Напишу отчет, а затем уж созвонюсь с мамой и отправлюсь на поиски Киры.

Несмотря на весь сыр-бор в голове, с отчетом было покончено через сорок минут. До одиннадцати часов еще есть время и его я займу выяснением отношений с мамой. Надеюсь, мой ранний звонок не застанет ее врасплох. Хотя в Питере уже почти восемь, так что мой голос, думаю, придаст ей позитивный окрас в холод морозного утра. Озадаченный неоднократным дозвоном, тачфон в который раз умоляюще утверждал мне о недоступности вызываемого абонента.

– Как всегда! До тебя хрен дозвонишься в нужный момент!

Психанув, я бросил мобильник на стол. Судорожно тряся ногой, я пытался что-то придумать. Ни мамы, ни Киры. Отличное утро, блин. Почему ж так не везет всегда? Хоть одно радует, везение благоволит дуракам, следовательно я еще не в их числе. Да, черт возьми, даже в абстрактном мире вещей, неподвластном ни одному человеку, существуют свои законы, своя система, подобная человеческой. Безжалостная, не прощающая ошибок, спонсирующая свои предпочтения лишь избранным. И против этого не попрешь. С судьбой бороться, что солому в стогу сена считать. Вариант почти безнадежный. Почему почти? Да потому, что даже из безвыходных положений есть два выхода. И дело не в том, способен ли ты их найти или нет, а как сильно ты этого хочешь. Судьба - это абстрактная картина - четкие линии заплетаются в непонятном сюжете. Так же и у меня. Четко знаю чего хочу, но непонятно как оно все сложится. Спрашивается, где выход из сложившейся ситуации? А он в самой картине. Нарисуй ее, выбери самые непонятные, дернистые места, они и окажутся этим самым решением. Только какой из них верный и безболезненный.

Время подходило к одиннадцати, личные дела с мертвой точки не сдвинулись. Мама недоступна, Кира, естественно, не нашлась.

Конференц-зал собрал практически всех нужных сотрудников. Пустовали лишь место во главе стола, и три боковых от него. Одно слева и два по правую сторону. Антон занял непривычную для него позицию на втором левом кресле. Значит, все по вчерашнему сценарию - во главе стола будет Липин, далее, напротив друг друга, его подчиненные, следом я лицом к лицу с Антоном.

Бедный Антон, казалось, пожелтел, коряво улыбаясь, то ли от удивления то ли от радости, метая взгляд сначала на папку в моих руках, затем на меня. В ответ я манерно покачал ему головой, подтверждая его догадки. Присев, пододвинул отчет на противоположный край ему в руки.

– Как договаривались? После брифинга офис наслаждается моим отсутствием?

– Отчет? Да ты гонишь?
– Изумился Антон.

– Макс, ты че, уже отчет изготовил?
– Услышав наш разговор, присоединился Андрей.
– Надеюсь, Антон Васильевич, вы нам после такой экстроординарии норму не измените?

– Ну, я думаю, данный случай можно счесть за исключение, в силу принципиальности некого пари. Не так ли Антон Васильевич?

Тот, в свою очередь, внимательно листал страницы, расчетливым мерным взглядом изучая подлинность и актуальность содержимого.

– Ты понимаешь, что за такие короткие сроки проанализировать и затем изложить все на бумаге не реально?
– Не унимался Антон.

– Ну как видишь силой воли и даром Божьей руки, очень даже реально.

– Ну что, Антон? Стоящий отчет?
– Снова вмешался Андрей.

– Я бы даже сказал о-го-го.
– Антон помолчал еще несколько секунд.
– Хорошо. Можно считать это твоим пропуском на свободу.

Ну и отлично, все как надо. Андрей смотрел на меня завидливой собакой. В ответ на его взгляд я лишь пожал плечами и развел руками. Что поделать? Я не виноват, что тебе не сняться вещие сны.

В дверях появился Липин со своей двухштучной сворой. Голдешь резко стих. Я внимательно смотрел на него, думая узнает ли он меня. Липин, как и его коллеги, точь-в-точь соответствовали образам из моего сна. Ни взять ни дать. Лишь улыбка и неприсущая тем двоим, энергичность выделяли их в сегодняшнюю реальность.

Совещание проходило в штатном режиме. Кто-то что-то говорил, жестикулировал, показывал. Я не вдавался в подробности, уйдя в свой мир, в суету своих мыслей. Среди множества их я пытался найти ответы, составить план моих действий. Я совсем не представлял, что скажу Кире при нашей встрече. А вдруг ей "по барабану" на меня и все мои чувства. Что я тогда стану делать? Смогу ли склеить осколки разбитого сердца и пережить ее отказ. Каким же я был безмозглым дураком, изо дня в день, упуская возможность сблизиться с ней, поговорить, пригласить куда-нибудь, а не ходить мимо нее, махая застенчиво ручкой. Нет, это трусость. Я просто трус, поджавший хвост, как жалкая псина перед своим хозяином. Что же она сделала, как ей удалось превратить меня в такое трусливое существо. Нет, сегодня я должен сделать все, чтобы быть с ней. Завалю ее цветами, буду петь песню под окном, поднимусь к ней на воздушном шаре, хоть пляски с цыганами устрою, но она должна быть моей. Прислушавшись к себе, я снова ощутил страх, но это не боязнь встречи с ней. Это была боязнь потерять Киру, потерять навсегда. Я представил, что постучусь к ней в дверь, а мне откроет какой-нибудь эффектный парень с внешностью в пору для глянцевого журнала. А каким еще должен быть парень у такой божественной красавицы? Да никаким. Им должен быть я и никто другой, пусть я и не гожусь на обложку.

– Всем большое спасибо. Всего доброго.

Голос Липина прозвучал для меня как школьный звонок с урока. Не то, чтобы так же громко, но дарующий свободу и облегчение. Липин и его коллеги встали, остальные последовали их примеру, действуя скорее в целях этикета, чем в собственных побуждениях. Уверен на все сто, что большинство из них предпочли бы не отрывать свой зад из кресла. Я единственный, кто остался сидеть и единственный, кто получил от Антона воздушную оплеуху его неодобрительным взглядом. Но это совсем не означало, что намеренно проявил к ним неуважение, просто не так легко приземлиться на землю после продолжительного полета в густых облаках своих мыслей. Антон пожал Липину руку, приглашая отобедать и обсудить новые успехи в наших разработках, акцентируя внимание на свежеиспеченный отчет.

Вздохнув, я встал, пожал троим руку, изучающе смотря на Липина, пытаясь найти в его глазах хоть каплю заинтересованности во мне, в силу вчерашних событий. Но ее не было ни в одном глазу. Зато, было что-то другое, вызывающее во мне странную и загадочную неприязнь. Он воспринимал меня как обычного сотрудника, с которым недавно познакомился. Все подозрения на аномальность вчерашнего дня все больше превращались в неожиданный, интригующий сон. И мне это нравилось. Да, пусть иллюзорность вчерашнего дня и была наполнена присутствием Киры, которую нещадно похитил сегодняшний реальный день, но отсутствие той угрозы, которой Липин жестоко загнал меня в тупик, дало мне шанс остаться живым и быть счастливым.

Двенадцать дня. Обед. Но вместо кафе, нарушая собыйность моего сна, я направляюсь в поиски моей любимой. Разузнав адрес и телефон в отделе кадров у одной из девушек, которую видел вчера в кафе в кампании Киры, я отправился за своим "BMW" в подземный гараж нашего офиса. Это был постоянный дом для моего автомобиля и еще одним бонусом от компании. И зачем я соврал в своем сне, что моя машина в ремонте? Я всегда оставлял его на ночь здесь, а сам добирался и домой и на работу на метро, пользуясь его неотдаленным наличием в том и другом месте. Гораздо быстрее, чем стоять в вездесущих, заряженных нервозностью пробках. Днем езда по городу представлялась комфортней в силу разрежённости движения. Большая часть автолюбителей на работе.

Я никак не мог решиться позвонить Кире, выбирая варианты между телефонным разговором и неожиданным визитом. Осмелившись, сидя уже за рулем, я нервно дрожащими руками набрал ее номер, решив, что всё-таки будет разумней предварительно позвонить. Но к моему счастью или несчастью, абонент был недоступен.

– Вот черт! Ну и где ты есть!?

Недоступность ее номера заставило, нервничать меня еще больше, разбавляя потрясывание страхом. Она могла сейчас быть где угодно, но надежда умирает последней. Я повернул регулятор громкости своей магнитолы до любимого мной уровня. Музыка в стиле Drum'n'Bass глубокими басами и неуловимыми ударными наполнила салон машины. Бешеный ритм, приятная мелодия вселяли в меня уверенность. Я мчался, летел, разрушая мерную цепочку несуетливых автомобилей, к своей мечте, к своему наркотику. Скорее, скорее... Увидеть ее манящий нежный взгляд, которым она одаривала меня при каждой встрече, вдохнуть сладкий аромат ее кожи, обнять прекрасное тело богини, попробовать на вкус ее пухлые губы. От этих мыслей моя кожа напряглась, словно каждая клеточка сжалась, конечности наполнились тяжестью, кости загудели, вся моя сущность пыталась выпрыгнуть из моего медлительного тела и убежать ветром к ангелу.