Чтение онлайн

Скрип стула Нико об пол заставляет меня подпрыгнуть, звук резкий. Каждый взгляд кажется напряженным, каждый шепот между ними - насмешкой, призванной держать меня на взводе.

Голос учителя кажется далеким. Моя ручка бесполезно зависает над тетрадью.

Всякий раз, когда я поднимаю взгляд, они наблюдают за мной - ухмыляющиеся, насмешливые. Нико наклоняется, чтобы что-то прошептать Монти, и они оба тихо смеются. Я пытаюсь сосредоточиться, дышать, быть кем угодно, только не добычей, которой они меня видят.

Где Рен?

Этот вопрос повторяется снова и снова.

В какой-то момент мне кажется, что я вижу его в коридоре, и мое сердце замирает. Но когда я смотрю снова, его уже нет. Либо я все выдумываю, либо, что еще хуже, это не так.

Обед ничем не отличается. Я иду на свое обычное место в кафетерии, каждый мускул напряжен, когда Монти и Нико находят меня. Мой желудок сжимается, когда Монти опускается на стул напротив меня с ленивой и знающей улыбкой, в то время как Нико садится рядом со мной — ближе, чем нужно.

Монти вытягивает ноги под столом, его колено касается моего - недостаточно, чтобы привлечь внимание, но достаточно, чтобы напомнить мне, что он здесь. Его ухмылка становится еще шире, заставляя меня отреагировать.

— Ты сегодня ничего не ешь? — В его голосе звучит притворная озабоченность.

— Я не голодна.

— Ты уверена? Похоже, тебе не помешало бы немного... чего-нибудь. — Его колено сильнее прижимается к моему, и я сопротивляюсь желанию отдернуться. Он слишком пристально наблюдает за мной, ожидая какой-либо реакции.

Нико тихо смеется.

— Может, она приберегает место для Рена. — Его тон легкий, но напряженный, с едва замаскированной злобой.

Монти хихикает, его пальцы слегка барабанят по столу. Каждый стук — как обратный отсчёт. Как напоминание: всё под их контролем.

— Это правда? Ждешь, когда Рен покормит тебя? Или, может быть, ты все еще сыта после прошлой ночи.

Жар бросается мне в лицо, и я плотнее закутываюсь в толстовку, как будто она может защитить меня от их слов.

— Все еще прячешь тот маленький след, который он оставил? Не волнуйся. Не то чтобы мы его уже не видели. Или другие части тебя. — Он облизывает языком губы.

Мой желудок яростно сжимается, взгляд перемещается на Нико, который наблюдает за мной, его глаза весело блестят.

— Да, — говорит он, откидываясь на спинку стула. — Это было потрясающее зрелище, не так ли? Лес, лунный свет… Рен действительно знает, как устроить шоу.

— Заткнись! — кричу я

Монти улыбается шире.

— Почему ты такая застенчивая? — Он снова наклоняется вперед, пристально глядя на меня. — Не то чтобы ты не разыгрывала собственное представление. Вся эта беготня, все эти судорожные вдохи... — Он позволяет словам повиснуть, смысл его безошибочен. — Знаешь, я не думал, что ты на это способна.

Я отодвигаю свой стул назад, скрежет металла по кафелю достаточно громкий, чтобы привлечь взгляды нескольких сидящих за соседними столиками. Мои ноги дрожат, когда я встаю, но я хватаю свою сумку и поворачиваюсь, чтобы уйти, отчаянно желая скрыться от их взглядов.

— Ох, не уходи, — кричит Монти мне вслед, его голос полон притворной сладости. — Мы же только начали.

Смешок Нико преследует меня, когда я протискиваюсь в двери кафетерия.

— Лучше беги, Девочка-Призрак. Не хочу заставлять Рена ждать.

Их смех эхом отдается в моих ушах, жестокий саундтрек, который остается со мной, когда я выхожу на холодный послеполуденный воздух.

К концу дня я выдыхаюсь. Мои мышцы болят, голова раскалывается от часов постоянной бдительности. Я больше не могу этого делать. Мне нужен перерыв, способ снова почувствовать себя собой. Итак, когда прозвенел последний звонок, я выхожу из класса и направляюсь прямиком в танцевальную студию.

Когда я пересекаю двор, он пуст. Когда я толкаю дверь, знакомый запах дерева и легкой пыли наполняет воздух, приветствуя меня.

Бросив сумку у стены, я нахожу балетки, которые держу здесь спрятанными, и переобуваюсь в них, затем выхожу на середину комнаты и закрываю глаза. Вокруг меня воцаряется тишина, и впервые за весь день я чувствую, что могу дышать.

Я нажимаю кнопку воспроизведения на стереосистеме, и знакомый ритм разминки наполняет комнату. Мое тело автоматически выполняет растяжку, каждое движение разглаживает натянутые нервы, возвращает меня к дисциплине, в которой я всегда находила опору.

Когда музыка меняется, я перехожу от разминки к одному из танцевальных номеров, которые выучила наизусть. Я начинаю с серии плие, мои колени плавно сгибаются, пока я нахожу равновесие. Напряжение в моих плечах начинает ослабевать. Я делаю пируэт, мое тело легко вращается, мир вокруг расплывается. Затем следует большое жете, я вытягиваю ноги в грациозном прыжке, чувствуя порыв воздуха на коже. Плавность каждой арабески, изгиб моей стопы, размах рук - все это создает ощущение контроля и свободы. И постепенно я растворяюсь в танце.

Мои ноги скользят по полу, я вытягиваю руки, как будто могу оттолкнуть все, что давит на меня. Пот стекает по спине, дыхание учащенное и неглубокое, но я не останавливаюсь.

Я танцую, пока не начнут гореть легкие, пока не заболят мышцы, пока единственное, что я смогу чувствовать, - это усталость. Каждый пируэт - это освобождение, каждое большое жете - порыв мимолетной свободы.

Это мое. Это я. В этот момент я могущественная, неприкасаемая.

Когда я падаю на пол, сердце колотится в такт замирающей музыке. И я чувствую себя легче. Не свободной — нет, но достаточно сильной, чтобы встретить всё, что ждёт впереди.

Тени контроля

РЕН

Фотолаборатория готова. Тени разливаются по углам, прерываемые малиновым сиянием раскачивающейся лампочки, окрашивая все в кровавые тона. Забытое подвальное помещение стало моим убежищем — пристанищем порядка. Вдоль стен тянутся полки с промаркированными бутылочками: проявитель, стоп-ванна, закрепитель. Едкий запах химикатов витает в воздухе, щиплет ноздри. Это кажется правильным.

Мои пальцы скользят по столешнице из холодной, гладкой нержавеющей стали. Это пространство — моё, воплощение моих намерений, место, где планы обретут форму и станут реальностью.

Съемочное оборудование размещено на столе, каждая деталь поблескивает в тусклом красном свете. Я беру в руки новый объектив - телеобъектив, способный запечатлеть каждую деталь, каждый скрытый момент даже на расстоянии.

Мне нужно увидеть все это. Напряжение в ее мышцах, мимолетное выражение лица, которое она пытается скрыть. Каждое движение - это кусочек головоломки, и я не могу позволить себе пропустить ни одного из них.