Чтение онлайн

Джеймс спустился по винтовой лестнице и вышел на освещенную террасу.

– Привет!

– Хелло, мой сластенький!
– радостно прощебетала Наташа, размещая на столе тарелку свежей зелени.
– Вот, отпукорь!

– Что?
– в полном недоумении переспросил Джеймс, но, проследив за её взглядом, понимающе кивнул: в тени у стены дома стояло ведерко со льдом, из которого выглядывали горлышки двух бутылок шампанского.

– Разлей вино, пжалста, - попросила Наташа.

– Да, конечно.
– Джеймс с удовольствием занялся запотевшим шампанским. Все происходящее по-прежнему казалось ему каким-то нереальным. Сказочная обстановка, рыжеволосая красотка в полосатом халатике, который только что распахнулся до самого пупка, приоткрывая прелести, которым позавидовала бы звезда порнофильма... Словно все это творилось не с ним. Оставалось либо поверить в реальность этой обстановки, либо её отвергнуть, что вошло бы в острейшее противоречие с зовом плоти.

Тем временем Наташа, перегнувшись через стол, погладила мохнатые волосы на груди Джеймса.

– Ты прямо как Тарзан!
– похвалила она.

Джеймс выразительно постучал себя по груди кулаками.

– Я звать Тарзан, а ты - Джейн, - проревел он.

– Нет, меня звать Наташа, - поправила графиня.

– Я знаю, - улыбнулся Джеймс. Обогнув стол, он обнял ее; руки как-то сами собой просочились под её халатик.
– И не просто Наташа, а удивительная, неповторимая Наташа, женщина из другой галактики. Она...

– Хочет шампань, - перебила Наташа, целуя его.
– Ах, какой ты у меня сластенький!
– Она игриво улыбнулась и высвободилась из его объятий.
– А теперь - шампань, пжалста!
– Она заливисто засмеялась, и от смеха её налитые груди запрыгали, словно мячики.

"Господи, да я просто балдею от этой рыжей бестии", подумал Джеймс.

Шампанское оказалось изумительное - "Боллингер" отменной выдержки.

– Прекрасное вино, - одобрительно произнес он.

– Да. Випл.

Джеймс с улыбкой покачал головой.

– Нет - "Боллингер".

– О, Готт им химмель! Найн, найн, найн!
– всплеснула руками Наташа. От волнения она часто перескакивала на немецкий.
– Леди унд лорд Випл!

– А, - догадался Джеймс.
– Ты имеешь в виду, что это их шампанское? Что ж, в таком случае...

– Майн манн купить им много, гораздо больше. Давай будем выпить.

Джеймс приподнял свой бокал.

– Твое здоровье, Наташа!

Она покачала головой.

– Нет, Джемс, за этот прекрасный день!
– Она отпила, блаженно потянулась и спросила: - Мой муж не проснуться?

– Нет, теперь я напичкал его как следует, - заверил Джеймс.
– Будет спать как сурок. Без задних ног.

– Без задних...
– Наташа нахмурилась.
– Не поняла. Что это значить? Он будет импотент?

Джеймс сокрушенно махнул рукой.

– Нет, нет, это просто такое выражение. Оно означает "крепкий сон". Извини.

– Да, - кивнула Наташа.
– Он отшень хороший. Чокнутый, но хороший.

Джеймс и сам питал к старикану самые теплые чувства. Были бы все мужья такими!

– Почему ты вышла именно за него?
– спросил он.

Наташа пожала плечами.

– Он, как это говорить - богачий?

– Богатый.

– Да. И ещё - отшень добрый. Делать то, что мне нравится. И отшень меня любить.

– А он не возражает, что ты... что мы с тобой - да ещё у него на глазах...

Наташа замотала головой, рыжие волосы зазолотились на солнце.

– Он это нравиться. А мне нравиться он!
– с этими словами она потрепала изрядный бугор под желтым полотенцем, повязанным вокруг пояса Джеймса.
– Она наполнила оба бокала шампанским.
– Мы выпить еще, а потом что-нибудь поесть. Да?

– Тебе так не терпится поесть?

– Мне не терпится поесть тебя!
– заявила Наташа, многозначительно глядя на полотенце.

– Тогда я не возражаю. Извините, графиня...
– Джеймс забрал у неё бокал и поставил на стол. Потом привлек её к себе и, развязав пояс халата, начал целовать грудь и плечи. Атласные, загорелые, благоухающие. Халат распахнулся, и Джеймс стянул его с плеч Наташи.

– Эй!
– Она запрокинула голову, изумрудные глаза сверкали.

– В каком смысле?

– В таком!
– Она сорвала с него полотенце.
– Майн Готт! Какой большой!

"Леди Чаттерлей, - невольно подумал Джеймс.
– Все то же самое, только полевых цветов не достает. Какие там были, колокольчики, что ли?"

– Синий или оранжевый?

– Что?

Джеймс указал на лежаки с разноцветными матрасами, стоящие бок о бок.

– Выбирай сама. По-моему, на синем ты будешь лучше смотреться.

– Найн!

Игриво, словно расшалившаяся кошечка, она отпрянула и, хохоча во все горло, бросилась бежать. У Джеймса отвалилась челюсть. Зрелище и правда было завораживающее - нагая нимфа, прекрасная как Афродита, бежала по краю бассейна. Упругие груди тряслись и подпрыгивали, пышные ягодицы соблазнительно перекатывались, рыжие волосы развевались, как грива кобылицы... Джеймс почувствовал, как в чреслах вскипает страсть.

– Догоняй меня!
– звонко выкрикнула Наташа.
– Если этот огромный штука не мешать!

Джеймс перемахнул через лежаки, срезал угол и в три прыжка догнал её, но Наташа в последний миг извернулась и, подбежав к прыгательной вышке, полезла на нее. Джеймс проводил её восхищенным взглядом - снизу зрелище было ещё более соблазнительное.

– Возьми полотенце, Джемс, - сказала Наташа, стоя на трамплине.
– Ми делать это здесь.

Раскаленное солнце. Упавший с дерева лист, плавно покачиваясь, медленно плыл по зеркальной воде.

Так же медленно и плавно плыли в его мозгу мысли. От жары, мозг, казалось, совсем расплавился, да и думать-то, собственно говоря, не хотелось. Они лежали с Наташей, обнявшись, на лежаке с синим матрасом; Наташа сладко подремывала.

На обед каждый из них уплел по паре дюжин устриц и по сочному бифштексу с кровью. С изумительным салатом из огурцов с авокадо. Все это обильно запивалось шампанским "Боллингер-Випл". Затем последовал камамбер с бренди.

– Тебе нравится?

– Сто лет так вкусно не ел, - чистосердечно признался Джеймс.

– Значит, ты уже чувствовать, как и я?

Изумрудные глазищи выжидательно уставились на него. Они горели огнем. Джеймс глубоко вздохнул: а он-то ломал голову, пытаясь вспомнить, что слышал об устрицах в сочетании с недожаренным бифштексом! Что ж, вполне возможно. Он кивнул.

А несколько секунд спустя...

Лежак с оранжевым матрасом тоже не выдержал испытание, как незадолго до него - трамплин. Глядя на прекрасное обнаженное тело Наташи, он вдруг подумал, что они с ней оба из тех людей, которые накликивают на себя беду. Притягивают несчастье. Плот перевернулся, едва не утопив их, а трамплин, прогнувшись, катапультировал их в самый неподходящий момент. Наконец, ножки лежака подломились, и они свалились на мраморные плиты, причем Джеймс растянул запястье, а Наташа пребольно ушибла плечо...