В заповедной глуши
Шрифт:
Валька помолчал. Спросил:
– А ты правда... радовался, когда с поиска вернулся?
– А ты?
– вопросом ответил Витька.
– Я... Я сам по себе. А Алька?
– Дурак ты, Валентин, слушай, точно тебе говорю, - отозвался Витька.
– Это же со-вершенно разные вещи. Она - и ты. Я вот. Слушай. Это я там сочинил, но ведь про нас с тобой...
– Стихи?
– Валька устроился удобнее, видя, как поблёскивают в полумраке белки Вить-киных глаз.
– Давай...
– А в кафе придорожном ночном
Дует кофе случайный народ.
Слушай, друг: давай-ка зайдём
И посмотрим, кто чем живёт.
Дальнобойщики, бомжи, менты,
У дверей - пара стоптанных шлюх,
А теперь ещё я да ты -
Два кусочка мозаики, друг.
А за окнами дождь моросит,
На асфальте - луж мелких рябь,
Над фургонами косо висит
Туч беззвёздных дырявая хлябь.
Сигаретный плавает дым.
Мат и смех, в телевизоре - рэп.
И котёнок, сидя под ним,
Доедает оброненный хлеб.
Три монетки по пять рублей.
И стаканчики с кофе парят.
Эй, за стойкой - до края налей!
Ты и я - уже двое, брат...
Слушай, я больше вот - не могу.
Веки падают - всё, отбой...
Посмотри, я немного вздремну,
А потом поменяюсь с тобой...
...Сигаретный всё гуще дым.
Пахнет кофе, бензином, дождём.
Ничего. Вот поспим-посидим,
А с рассветом - дальше пойдём.
– Ты и я - уже двое, брат, - повторил Валька, не шевелясь.
– Знаешь, я так обрадовался, когда ты пистолет мне подарил...
– Ага, - Витька соскочил с подоконника.
– Я пойду. Ещё книжки посмотрю...
...
– Можно, дядя Михал?
– Входи,- лесник поднял голову.
– А чего вы ещё не спите?Завтра пойдёте лис смотреть, а вернётесь через пару дней - и вперёд в село. На уборочной руки лишними не бывают...
– Да это всё хорошо, ладно...
– Витька поднял и опустил плечи.
– Дядя Михал. Эти день-ги. Которые у вас лежат. Что на них можно сделать?
Лесник поднялся. Подошёл к окну, открыл его. Витька прислонился плечом к косяку и ждал ответа.
– Многое, - ответил Ельжевский.
– На них можно купить оружие. На них можно подку-пить жадных и нужных людей. Можно оплатить лечение раненых и больных...
– А родителей Вальки можно... выкупить?
– Нет, - ответил лесник, не поворачиваясь.
Витька потянул воздух сквозь зубы.
– Ладно... А вот ещё. Я... если я их отдам. Их не украдут?
– Нет, - так же безразлично уронил Ельжевский.
124.
– Тогда пусть... вы их возьмёте и отдадите...
– Витька сжал кулак.
– Мне они не нуж-ны. Пусть они будут для дела.
Михал Святославич обернулся. Подошёл к Витьке и взял его за подбородок:
– Витя, - сказал он, - ты хорошо подумал?
– Хорошо. Я так хочу. Пусть они будут для дела, - повторил Витька.
– Сынок, - Михал Святославич положил руки на плечи Витьки.
– Ты...
– он закашлялся и сердито сказал: - Иди спать сию секунду!
– Бегу, - согласился Витька...
...Валька появился на пороге, когда Ельжевский как раз отключил компьютер. Лес-ник сердито уставился на мальчишку:
– Да что за вечер визитов сегодня?!
– Извините, дядя Михал, - Валька вздохнул.
– Но правда надо поговорить.
– Прошу, - лесник указал в кресло.
– Я весь внимание. Что ещё случилось?
– Дядя Михал, - Валька помолчал.
– Я хочу вас просить. Чтобы вы помогли мне стать... понимаете, чтобы я мог делать что-то полезное...
– Примите меня в партизаны, - без иронии ответил ельжевский, разглядывая мальчиш-ку. Валька ответил с вызовом:
– Это действительно так. Я всё понимаю,да вы ничего и не скрываете.Но я хочу делать что-то полезное. А не просто помогать вам в лесничестве и учить характеристики ино-странного оружия... хотя это и интересно.
– Иди спать, - устало сказал лесник.
Валька не видел, уходя, как Михал Святославич улыбнулся ему вслед.
13.
– И ты тоже просился?
– спросил Витька.
Валька кивнул и бросил в котелок горсть земляничных листьев. Пар подёрнулся све-жим пронзительным ароматом уходящего лета.
– Не сказал ни "да" ни "нет".
– А я деньги отдал, - беззаботно ответил Витька, в рост вытягиваясь на расстеленном одеяле.
– Слушай, давай потренируемся, пока кипит?
– привстав на локтях, он выжида-тельно посмотрел на Вальку.