Чтение онлайн

Не дожидаясь ответа, парень осторожно поднялся на локте, и расплылся в улыбке.

– Мы на месте! Как хитро придумано – врата в сад Ирия открываются во время вечерних сумерек!

– А полуденница где? – я ухватилась за его руку, вставая.

– Так время её прошло – полдень давно минул, дело к вечеру движется. Ушла туда где сейчас полдень.

[1] Мария Склодовская-Кюри, родилась 7 ноября 1867 г. – польская и французская ученая-экспериментатор (физик, химик). Основательница радиохимии. Вместе с мужем, Пьером Кюри открыла элемент радий.

[2] Греческое и латинское название янтаря – electron. На самом деле, Силантий не такой уж неуч.

Ещё один страж, поняла я. Да, так просто в райские кущи не попасть, иначе двери бы не закрывались и не продохнуть было от шастающих туда-сюда.

– Это ты верно подметила! – неожиданно раздался прямо над головой звонкий девичий голосок.

Я подскочила и вцепилась в руку Силантия. На самом деле было от чего – бескрайнее пшеничное поле куда-то подевалось, а вокруг шумел лиственный лес. От такой скорой и необъяснимой с точки зрения практического ума сменой декораций у меня закружилась голова. Вдруг прямо перед лицом оказалась хитрая мордашка девочки лет пяти, только вверх ногами. Длинные темные волосы образовали вокруг её головы своеобразный нимб. Оказывается, шалунья свесилась с ветки, за которую цеплялась руками и ногами.

– Эй, что ты делаешь? Свалишься! – позабыв, где нахожусь, я потянулась к девочке. – Спускайся сейчас же!

– Ла-адно! – неуверенно протянула она и вдруг отпустила руки – теперь её удерживали только согнутые колени. Чёрная тканая юбочка как приклеенная облегала худенькую детскую фигурку. – Гоп ля! – пискнула она, похоже, собираясь спрыгнуть на землю, как воздушная гимнастка в цирке.

– Лювлю! – воскликнула я, и подставила руки. Оказалось, вовремя. Девочка выпрямила ноги и соскользнула с ветки головой вперед. Рр-а-з! И маленькое увесистое тело оказалось у меня на руках. – Ой! – сил хватило, только чтобы охнуть. С каждой секундой тело малышки наливалось ещё большей тяжестью.

– Держи меня! – сказала она важно. – Не урони!

– Слезай уже, – ответила я, понимая, что никогда ещё не поднимала такой тяжести. – Можешь на землю встать.

– Не-а! – упрямо мотнула она головой. – Держи!

Неожиданно стало совсем невмоготу. А я-то думала, глупая, что мой спортивный велик тяжелый, когда тянешь его вверх по лестнице! Не бывает так! Не может такая маленькая девочка весить больше велосипеда! Однако, пальцы неумолимо разгибались под непомерной тяжестью.

– Покатались, хватит! – я наклонилась вперёд, ссаживая её с рук, и чуть сама не завалилась сверху. Силантий поддержал за плечо, не давая упасть.

– Спасибо! – поблагодарила я его. Руки дрожали. Похоже, в ближайшее время я не смогу удержать даже ложку.

– Хилая какая, – надула губы девчонка. – Даже минуты не удержала. Не интересно с тобой играть. Может, ты на ручки пустишь? – он с надеждой поглядела на Силантия.

– Нет уж, – твёрдо ответил он. – Не досуг мне. Лучше скажи, кто такая?

– Любава, – с готовностью ответила девочка. В мягком свете, пробивавшемся сквозь ветви клёна её глаза вдруг заблестели жидким золотом, а маленькие чёрные зрачки вытянулись в тонкие вертикальные полоски… – Полозова дочка.

Только это прозвучало: «полос-с-сова», с тихим змеиным шипением. Девчушка обнажила в неожиданно широкой улыбке два длиннющих змеиных клыка, между которых на секунду высунулся и пропал тонкий раздвоенный язык.

Силантий пробормотал что-то неразборчиво, и спросил:

– А где отец твой?

– Работает, – с готовностью ответила Любава. – У него сегодня какое-то важное дело в Куполе на Чукотке[1].

Силантий кивнул, явно что-то обдумывая.

– Поиграй со мной! – опять начала канючить девочка, дёргая его за полу рубахи. – А я тогда вас от папы и злых птиц спасу!

Я чуть не ляпнула, каких птиц, но поняла – это она наверняка о Сирин и Гамаюн.

– Не все же они злые, – сказала я, припоминая о несущей радостные вести Алконост.

– А вот и все! – заупрямилась Любава. – Трое хоть не притворяются, а вот четвёртая… Вечно она ухмыляется, зубы свои кажет, а сама так и норовит тебя ими прихватить, коли зазеваешься.

– Странные речи говоришь, маленькая змейка, – протянул Силантий. – Но, так и быть, если чуть тяжести своей сбавишь, прокачу тебя на спине. Хочешь на коньке покататься?

– Ой, хочу! Хочу! – захлопала в ладоши Любава, подскакивая на месте от восторга.

– Сивка-Бурка… – прошептала я. Парень недобро зыркнул, но промолчал, стыдливо направляясь за ближайший кустик. Через минуту оттуда выскочил знакомый рыжеватый конь со светлыми гривой и хвостом. Любава прямо-таки завизжала от восторга, безо всякого страха кидаясь к коню.

[1] Месторождение рудного золота в Чукотском автономном округе, РФ.

Сивка стоял смирно пока она прыгала вокруг него, соображая, как бы взобраться на спину, не скатившись с крутого бока коня. Во взгляде коня сквозила немая мольба: «подсади ты её!» Когда Любава немного угомонилась, я подошла к ней, пытаясь поднят под мышки. Не тут-то было! С тем же успехом можно было пытаться сдвинуть с места дом.

– Любава, никак тебя поднять, – сказала я девочке. – Думаю, наш друг тоже не сможет, хоть и сильный.

– Ой! Забыла совсем! – она замерла на месте, золотые глаза засверкали как солнце. Через несколько секунд она несколько раз моргнула, яростное свечение зрачков постепенно угасало, пока они вновь не обрели прежний цвет, правда, чуть сильнее блестящий металлом. – Ну-ка сейчас попробуй! – скомандовала Любава, протягивая ко мне руки.

На этот раз её жилистое тельце показалось пушинкой, которую я легко водрузила на спину Сивке.

– А держаться как? Где уздечка? Ой! – конь нетерпеливо переступил с ноги на ногу, из-за чего девочка чуть не съехала вниз по гладкому боку.

– Нельзя взнуздать друга. Ты его обними за шею, а об остальном Сивка сам позаботится, – сказала я назидательно. Очень на это надеюсь, добавила про себя.

Конь потрусил по кругу. Любава, цеплявшаяся за его шею, то и дело зажмуривалась на кочках, но через несколько минут осмелела, и даже стала покрикивать: «Гоп! Гоп!» Сделав ещё пару кругов Сивка остановился и больше не желал трогаться с места, всем видом показывая, что забава завершена.

– Ой, спасибо, конёк! Как ты меня славно прокатил! – рассмеялась Любава, и покосилась на меня: – Снимай скорее, сама не спрыгну!

Не успела я ссадить новую знакомую, успевшую изрядно потяжелеть, как конь сорвался с места и мигом унёсся за знакомый куст. Когда на поляну вышел немного смущённо улыбающийся Силантий, Любава тут же подскочила к нему, протягивая руки для объятия.

– Долг платежом красен, – щебетала она. – Ты меня уважил, покатал, а теперь я вам что-то скажу.

Она поманила меня, заговорщически сверкая глазами.