Чтение онлайн

Бареан только-только отошел от покушения в подземелье, не стоит будить лихо. Как никто другой, я понимал, каково пришлось другу. Совсем недавно я и сам просыпался посреди ночи весь мокрый от пережитых кошмаров. Мы попрощались с Борей у калитки. На крыльце сидели два немолодых, но еще мощных и опасных воина-болара. Бареан поднялся на крыльцо и вместе с соплеменниками скрылся в доме. Я немного расслабился.

Следом попрощался с Фиддалом и Хиндой, потрепав напоследок собаку по холке, и толкнул калитку. Наконец-то дома! Огонь не горел, а на крыльце сидел Пелеп, обняв худые коленки. Я подошел и сел рядом. Посмотрел на парнишку. Тот выглядел потерянным и понурым. Лицо опухшее, — плакал, что ли?

— Ноги мыл перед сном? — спросил я, чтобы начать разговор. А то вновь чумазым спать уляжется.

Тот торопливо закивал.

— В общем, слушай, Пелеп, — сказал я. — Готовишь ты до того отвратительно… — парень повесил нос и пригорюнился.

— Простите, хозяин, — зашмыгал носом парень.

— Ты чего? — опешил я. — Какой я тебе, к плешивому клиббу, хозяин? Договорились же: Олтер, Оли. Я же тебе кинжал подарил, ты чего, забыл? — успокаивал я мальчишку. — Много ты господ видел, которые слугам оружие дарят?

Парень замер от моих слов, и я продолжил.

— То-то и оно. А что готовишь ты плохо — так это дело поправимое. Я договорился, с завтрашнего дня родичи Булгуни тебя в подмастерья на кухню возьмут. Будешь учиться!

— Я? — прошептал пораженный Пелеп. — Я тоже буду учиться? Как ты с друзьями?

— А ты не человек что ли? — удивился я. — Конечно, будешь. Там такие мастера! Они из тебя такого повара сделают! Главное, — помахал я пальцем перед глазами Пелепа, — чтобы ты не растолстел как поросенок!

— Я! Я! — захлопал глазами Пелеп и вскочил. — Я тоже… наследник… для тебя… — крикнул он, метнувшись в дом. Стукнула дверь и изнутри донеслось приглушенное, — я сейчас, Олтер! Сейчас!

Вскоре дверь скрипнула и на пороге показался Пелеп. В руках он держал вещицу, плохо различимую в вечерних сумерках, и протягивал мне.

— Это твое, наследник. Я вернул. Это тебе, — потупясь, сказал Пелеп.

Не веря глазам, я взял серебряный браслет с дубовыми листьями из рук сорванца.

— Так это ты!? Не может быть! Вор у вора украл, — я перевел взгляд с браслета на довольную рожу Пелепа. — Ты что, недоумок, залез в комнату коменданта?

Улыбка Пелепа погасла, счастливый взгляд потух, и он открыл рот для оправданий. Но Кайхур вдруг коротко взрыкнул, вскочил и подбежал к калитке. С размаху открыл ее лбом, выскочил и бросился. Послышался тихий вскрик боли, затем проклятия и звуки борьбы. Мы с Пелепом переглянулись и метнулись следом.

Кайхур вцепился в руку незнакомого воина из Внутренней стражи, тот шипел сквозь зубы и пытался стряхнуть щенка. Завтра такое начнется, когда Наместник узнает, что на имперского воина напала собака наследника дана Дорчариан! Я бросился вперед. И что на Кайхура нашло?

— Выродок, — хрипел воин, схватив свободной рукой щенка за загривок. — Отпусти руку, сволочь. Опять в тот же палец вцепился, уродец!

— В тот же палец? — недоуменно переспросил я, вглядываясь в лицо стражника.

Сомнений быть не могло: с ним я раньше не встречался. Может, и проходил мимо, когда он на карауле стоял, но…

— Опять в тот же палец вцепился, — медленно повторил я и все понял.

Воин коротко ударил Кайхура по сломанному уху. Тот взвизгнул от боли и разжал челюсть. Мужик схватил щенка и со всего маху шваркнул о каменную ограду. С диким рычаньем я бросился на стражника, получил страшный удар в грудь и отлетел следом. Падая, увидел, как на стражника напрыгнул Пелеп и рухнул как подкошенный от удара в голову.

Стражник подошел ближе и разглядел браслет в моей ладони. Нагнувшись, он забрал его и повертел перед носом.

— И браслетик свой обратно слямзил? — хмыкнул он, засовывая украшение за пазуху.

— Так это ты, сволочь, с дружками на гостиницу напал? — с ненавистью спросил я, глядя на завозившегося в песке Кайхура.

— Верно, — осклабился стражник, достав кинжал из ножен. — Догадливый мелкий ублюдок. Только вот никому ты уже ничего не расскажешь.

Олтер

— Догадливый мелкий ублюдок, — стражник покрепче сжал кинжал в левой руке, не тронутой зубами Кайхура, и нагнулся.

Вдруг он насторожился и резко пригнулся. Над головой просвистел камень, и воин обернулся в сторону кустов. Ветви раздвинулись, и на садовой дорожке очутился Тумма. В черной безрукавке на голое тело и коротких штанах в неверном полумраке вечернего сада он казался ожившей тенью.

— Что, черняшка, жить надоело? — ухмыльнулся стражник. Он был настолько туп, что нисколько не испугался. Казалось бы — чего пугаться безоружного противника, пускай и такого здоровяка? К тому же слепого… Но неужели он не видит того, как движется Тумма? Гигант приближался мягкой танцующей походкой, весь переполненный внутренней силой.

— Он нужен живой, Оли? — тихо спросил Тумма.

Как получилось, что наша сумбурная схватка не привлекла постороннего внимания, я не представлял. Кайхур бросился в бой, чуть слышно взрыкнув, и не лаял. Мы с Пелепом не орали, стражник не выл белугой… Плотно закрытая соседская дверь Фиддала подсказывала: столкновение прошло незамеченным. Хорошо, если так и будет впредь. В победе Туммы я нисколько не сомневался.

— Да, — просипел я, потирая грудь. — Есть пара вопросов.

Стражник, выставив вперед лезвие кинжала, бросился вперед. Он пер, как разъяренный носорог, целя острием в живот соперника. Тумма слегка присел, встретил предплечьем вооруженную руку стражника и выгнулся как кот, втягивая и пряча живот. И одновременно со всего маху залепил основанием ладони в лоб противника. Раздался приглушенный стук, глаза стражника закатились, ноги подогнулись, и он рухнул навзничь.

— А я Либурха шел проведать, — как ни в чем не бывало поведал Тумма, разглядывая противника. Тот без чувств валялся под ногами, словно поверженный бык перед тореадором. Тумма кивнул в сторону кустов, за которыми петляла в сторону библиотечного крыльца неприметная тропинка. — И тут — как пожар в ночи. Твой огонь не перепутать… Ярок огонь дваждырожденного! Чуть не ослеп… — хмыкнул Тумма, пинком поворачивая тело соперника.

Я подтащил Кайхура. Тот вяло пошевелил хвостиком и виновато посмотрел на меня. Я ощупал и осмотрел щенка. Крови не было.

— Тебя не Кайхуром надо звать, а Помятым, — погладив щенка по короткой шёрстке, проворчал я. Кайхур заулыбался, показав острые зубки. Морда и зубы перепачканы вражеской кровью. — Но откуда такая страсть — чуть что вцепляться в пальцы?

Тумма присел над бездвижным Пелепом и положил руки ему на голову. Целитель прикрыл глаза, и паренек тут же резко вздрогнул всем телом, а потом сложился пополам, хватая ртом воздух.

— Быстро не вставать, — легонько толкнул в грудь Тумма, заставляя лечь обратно на землю. — В голове шумит — полежи немного.