Чтение онлайн

Шон протянул руку, помогая спутнице подняться по ступенькам. Уля огляделась: в центре стояли стол и стулья, повернутые так, чтобы можно было любоваться окрестностями. Проигнорировав предложение присесть, подошла к перилам.

Та же невероятная зелень, но теперь не леса - полей. Террасы тянулись вдоль склонов, и на них виднелись фигуры крестьян. До беседки долетела песня с простым, ритмичным мотивом.

– Здесь не бывает неурожая или голода. Поля убирают трижды в год и дважды снимают плоды с деревьев.

Услышав Шона, Уля вздрогнула, но с места не сдвинулась.

– В этом краю не существует болезней, и никто не умирает от голода...

– И чтобы скрыть путь сюда, ты убил двоих людей!

Шон пожал плечами:

– Одного. Юн погиб случайно. Он должен был пройти сквозь пустыню вместе с нами...

Уля молчала, хотя Шон явно ждал. Даже не одобрения - просто ответа. А не дождавшись, не сдержался от оправданий:

– Этому место много тысяч лет. Боги создали его для своих потомков, и все это время люди ищут сюда дорогу. Рай, Эдем, Шамбала... Как много названий...

– Это Земля?

– Прости, я не знаю ответа. Боги создали много миров, этот - один из них.

Уля думала, что её уже ничто не сможет удивить. Но мысль о множественности миров была... невероятна. А Шон продолжал:

– Сначала границ почти не существовало. Воспользовавшись простыми заклинаниями, можно было попасть из одного в другой без усилий. Люди благоденствовали и приносили богам щедрые жертвы в виде благовоний, плодов, дичи и рыбы, а те защищали их от наводнений, засухи, землетрясений... Поля зеленели, и трижды в год крестьяне снимали урожай. Тогда все миры были похожи на этот... А потом кто-то позавидовал богам и захотел стать с ними вровень. Так появились демоны.

Уля не знала, верить или нет. С одной стороны, все это походило на какой-то бред, с другой... она видела и костяной ужас и плюющегося ядом червяка. Видела смерть.

– Хочешь сказать... демонов создали люди?

Шон кивнул:

– Да. И кое-кто из небожителей. Нам ведь тоже свойственная зависть.

Уля прикусила губу. Боль помогла прийти в себя, слишком уж много информации вылилось за эти два дня. В голове царил хаос. И тут еще это «мы».

– Так ты - не человек?

В ответ Шон горько рассмеялся:

– Сейчас - человек, хотя и бессмертный. Но прежде...

Синие глаза заволокла пелена боли, когда он окунулся в воспоминания:

– Когда Небесный Владыка отпустил на землю любимых сына и дочь, дабы они несли людям свет знаний и учили высоким искусствам, он взял щепоть золы, холодный отблеск звезд и белизну снега на горных вершинах. Смешал все это и вдохнул жизнь в очередное творение. Так получился я - Белый Тигр, телохранитель Золотого Владыки. Я следовал за ним всегда и всюду, в зверином облике или в человеческом - как было необходимо в тот или иной момент. Я был его щитом. Я был его мечом. Я карал отступников и защищал господина от любых опасностей. И вот его больше нет... А я навсегда застрял в человеческом обличии!

Тень на песке. Тигр, приготовившийся к прыжку. Гибкий, могучий, страшный... Ульяна осталась стоять на месте, хотя инстинкты кричали, вопили, орали, требуя бежать.

– Ты не справился? Твоего...
– Уля замешкалась, произнести это слово по отношению к живому человеку было непросто, - хозяина убили?

Шон тряхнул головой:

– Не хозяина - господина! Белый Тигр не был рабом! И наказали меня не поэтому.

– Значит, все-таки убили... Скажи, а разве можно убить бога?

– Боги не умирают. Они могут лишь развоплотиться, если нужда в них отпадает, и бесценная энергия растворяется в мировой. Так поступил и Золотой Император, и его отец...

– Подожди, я запуталась... Тебя ведь наказали из-за того, что не справился с заданием? Но твой господин остался жив?

– Причина в другом, - Шон заметно волновался.
– Я осмелился полюбить дочь Небесного Владыки. Я, зверь. И она ответила взаимностью.

– Даже в мире богов существует неравенство, - ветер бросил в беседку пригоршню лепестков. Уля поймала один и растерла в пальцах, ощущая сладковатый аромат.
– Слуга полюбил госпожу... и за это поплатился. А она?

По лицу Шона пробежала судорога:

– Нас наказали не за любовь. Но только Лишана могла запечатать Врата, отрезав уровень демонов от остальных миров. Это был её долг... но она им пренебрегла. Мы сбежали, и звери Небесного Владыки взяли наш след. А потом...

Шон отвернулся. Уля разжала пальцы, позволив измятому лепестку упасть. Спрашивать ни о чем не стала и лишь с трудом сдерживалась, чтобы не подойти, не обнять, не утешить. Прошлое и все беды показались такими мелкими! Реальность была больнее: страдающий Шон. Но мысль, что на самом деле он еще любит эту таинственную Лишану, сводила с ума. И мешала поддаться порыву.

– Ты же сам говорил, что боги не умирают, - прошептала скорее для себя, чем для него.
– А она все-таки дочь бога.

– Она - Хранительница Врат, дитя Небесного Владыки... И она умерла.

Кулак впечатался в стол так, что подпрыгнули стоящие в центре чашки. Высокая полупрозрачная ваза опрокинулась, и на гладкой поверхности расплылось мокрое пятно. Оно огибало чашки и блюдца, захватывая пространство, и дерево темнело, впитывая влагу.

– Испортится!
– охнула Уля, привычно ища, чем бы вытереть.

– Неважно!
– Шон перехватил её руку.
– Починят. Или выкинут. Здесь много мастеров.

Она отшатнулась. Прикосновение не было неприятным, напротив, но мозг продолжал посылать сигналы, что этот человек - опасен.

Шон не стал удерживать, но синие глаза на миг потемнели, словно он разозлился или... почувствовал боль?

Шорох отвлек от разговора. У входа в беседку согнулся в поклоне слуга. На нем была точно такая же высокая шапка, как на ученике господина Шу, но украшенная золотой накладкой, и цвет длинного балахона отличался.

– Чего тебе?

– Госпожа ищет вас. И говорит, что все готово.

– Я понял, - Шон отпустил посыльного взмахом руки.

Он казался спокойным, но пальцы лихорадочно пробежались по вышитому поясу, поправили одежду, проверили, туго ли затянута лента, удерживающая волосы.

И только справившись с минутным волнением, Шон повернулся к Уле:

– Ты ведь хотела увидеть гробницу? Пойдем, - и протянул руку.

Она отступила. Случившееся убило даже жажду знаний и любопытство исследователя.