Чтение онлайн

– Тавр. Проснись.

Он открыл глаза мгновенно. Как делают только люди, привыкшие к опасности.

– Чего? Уже пора?

– Пора. Собирай своих. Идём на север.

Тавр потёр глаза, сел и начал будить бойцов. А я пошёл на шестой, разбудил Ватану, чтобы она выдала нам остатки обеда, который мы с осмией Тавра проспали. Затем нашёл шептуна, откопанного из соседней башни. Перед тем как идти спать, я с ним толком не пообщался. И всё же принципиальное согласие получил.

Шептун был нестарый, лет на пять старше меня. Звали его Акшур. И, в отличие от более опытных собратьев, он не бормотал себе постоянно под нос.

– Ну что, готов? Пойдёшь с нами? – спросил я, когда сумел его разбудить.

– Пойду, – ответил он, потирая глаза. – Может, и пригожусь…

Когда мы собрались у выхода на стену, в башне по-прежнему было тихо. Никто не проснулся. Только Ихон нашёл в себе силы подняться.

Сотник прихромал и окинул мою маленькую группу взглядом. Я взял с собой немного людей: шептуна, Тавра и шестерых его выживших.

– Возвращайтесь! – наконец, сказал Ихон после долгого молчания. – Мы тут без вас, конечно, не пропадём… И всё-таки с вами лучше, чем без вас.

– Определённо, – согласился я с этой глубокой мыслью.

Мы вышли наружу. Пыль ещё не осела до конца. Окружная стена уходила на север, теряясь в оранжевой дымке.

Мы двинулись вперёд. Башня осталась за спиной – тёмная, израненная, но живая. Моя башня. Мой дом, можно сказать. Насколько вообще может быть домом место, где тебя каждую ночь пытаются убить.

Я не оглядывался. Я знал, что вернусь сюда. Главное – вернуться с едой, а не с поражением.

Стена была длинной. Больше скажу. Если идти по ней сверху, она казалась длиннее, чем если идти под ней внизу. Не знаю, почему так.

Мы шли уже почти гонг, а северных ворот видно не было. Зато смогли оценить итоги минувшей ночи. Городская стена пострадала сильно. Местами её верхнюю часть так повредили, что от внешней облицовки с зубцами остались одни рытвины.

Пришлось идти по ломкому сырцу, которым был выложен срединный слой. Сухая глина обламывалась под ногами и осыпалась. Если не отремонтировать, со временем она превратится в труху, которую ветер выдует прочь. Останутся только две стенки из камня, внешняя и внутренняя.

Мы проходили башню за башней. И, надо сказать, пропуск нигде показывать не пришлось. Некоторые башни и вовсе стояли пустыми. Что, в принципе, неудивительно. Башен в Илосе больше, чем свободных сотен. Проходы на этажи в них заложили, оставив лишь сквозной по стене.

А в тех башнях, что были обитаемы, нас и без документа пропускали. Ну а я с интересом рассматривал, что было у других, чтобы сделать у себя. Принимать во внимание чужие изобретения бывает полезно.

Например, у входа со стены в одну из башен, прямо на полу, была проволока. В несколько витков, перекрывавших демонам путь к людям. Медная, толстая, с торчащими в стороны колючими кончиками. А уже дальше были установлены деревянные решётки.

Решётки меня не впечатлили. Наши металлические пруты лучше. А вот проволока могла пригодиться. Острые кончики будет цепляться, мешая двигаться. И вряд ли демоны её рвать будут. Скорее, стойко страдать. И медленнее двигаться.

В другой башне я тоже заметил полезную мелочь. В проходе лежали заграждения из поломанных копий. Их так примотали к бревну, служившему основанием, чтобы заточенные острия смотрели под углом вверх. Полезная выдумка. Жаль, у нас все копья в дело шли. И поломанные мы тоже ремонтировали.

Ещё одним приспособлением, встреченным по пути, оказались сети. Не знаю уж, сами бойцы их сплели или нашли где-то – но задумка была гениальная. Сети были сделаны из крепких тонких верёвок, которые не так-то просто разорвать или перекусить.

У тех же ахалгов не настолько острые зубы. К тому же, их челюсти не предназначены для пережёвывания верёвок. Главная задача этих тварей – шею прокусить. А долго перетирать зубами волокна не получится.

Ну а пауки в бойницы всё равно не пролезают.

Хотя, возможно, лучше бы заложить камнем эти лишние бойницы. Как, между прочим, и сделали в одной из башен. Правда, внутри стояла неподвижная духота. Возможно, сети всё-таки были лучшим выходом.

– Ишер! – ко мне подошёл Ашкур.

Я обернулся. Шептун поравнялся со мной. Лицо чистое, без печати безумия, которая лежит на многих его собратьях. Глаза живые, любопытные. Идёт легко, будто не провалялся всю ночь под тяжёлыми обломками.

– Давно хотел спросить… – начал он. – А правда, что ты в Кечуне был?

– Был, – коротко ответил я.

– И как там было? Страшно? Настолько же страшно, как у нас?

Я посмотрел на него. Во взгляде шептуна было искреннее любопытство.

– Страшно было, – сказал я. – Похоже на то, что происходит сейчас. Конечно, отличия имелись, но… Не очень большие.

Мы помолчали, а затем я поинтересовался:

– Ты сможешь помочь с демонами на складе?

Ашкур улыбнулся. Улыбка у него была открытая, почти мальчишеская.

– Я помогу. Честно. Я не очень сильный, но кое-что умею. Шёпотом могу проверить стену на слабые места. Или песок поднять, чтобы демонов отвлечь. Огонь тоже могу… Но слабо, только маленький.

– А насытить чёрный песок сможешь, если надо будет? – спросил я.

Шептун помрачнел, какое-то время молчал. А потом спросил в ответ, прямо и в лоб:

– Ты об этом откуда знаешь?

– В Кечуне использовали. Чтобы скрываться от демонов. Было нужно во время засад и разведки. На второй год чего только не придумали, чтобы выжить.

– А цену знаешь? – не скрывая досады, уточнил Ашкур.

– Знаю, – кивнул я. – Не так уж дорого, чтобы стать невидимым на несколько гонгов. Это всё-таки не другими жертвовать.

– Ну… Ладно… Смогу! – всё же согласился Ашкур. – Если считаешь, что оно того стоит, я смогу.

– Спасибо, – кивнул я. – Надеюсь, конечно, не пригодится. Но буду решать уже на месте, по ситуации.

Мы добрались до Северных ворот, когда солнце клонилось к закату. Пыль к вечеру практически везде осела. Так что солнце успело и нагреть воздух, и начать припекать.

Ворота были настоящей крепостью. По размерам, как четыре башни. Стены толстые. Внутри даже отдельные помещения имелись, а не только ярусы. Неплохо устроились высланные на внешнюю стену старейшины Гильдии. Благо, как я понял, здесь были не все, а самые крепкие и боевитые. Большая часть достойных старцев осталась в Кирпичном круге.