Чтение онлайн

— Хочешь, чтобы помогла? — спросила несмело.

— Карр! — птица даже голову склонила, словно кивая.

— Будет печь, а кости сращивать я и вовсе не умею, — честно предупредила толи птицу, толи бога.

Ворон подпрыгнул ближе, подставляя мне свое крыло.

Делать нечего. Отказывать в помощи болящему, кто бы то ни был, нельзя.

— Матушка — Жива, помоги! Направь силы мои как нужно!

Закрыла глаза, сосредоточилась, почувствовала, как задвигалась во мне сила быстрыми потоками, как потекла по рукам, как отдавалась ворону.

Птица вела себя смирно. Даже не трепыхалась. А потом вдруг, как клюнет, как вцепиться в руку, как потянет. Мне только и осталось, что шокировано взирать на разорванную ладонь, без кусочка кожи.

А птица легко встала на крыло и выпорхнула в окно, словно ее тут и не было.

Огнеяр.

То, что она не сдержится, будет плакать и проклинать меня, когда Михал будет гореть на костре, это было понятно, к этому я был готов, но вот то, что она сама за ним в огонь кинулась, меня поразило! Сколько же в ней в тот момент было ненависти ко мне и отчаянья. Даже сорвала с пальца мое родовое кольцо, с проклятиями кинула его в огонь.

Отвесила пощёчину наотмашь! Отреклась от меня! В лицо мне плюнула! И это после того, как несколько часов назад, сама, добровольно, неистово отдавалась мне из ревности!

Одно слово — люди! Нестабильные, неразвитые души! Свое собственное слово, не ценят. Сами дали, сами взяли. И плевать им на кармические узлы, что всегда завязываются, на каждом данном обещание.

Как же давно я не испытывал эти низко вибрационные чувства. Раздражение, досаду, разочарование, злость, обиду.

О, да, Ведара! Ты вдохнула в меня жизнь во всех ее красках и спектрах! Всего уже дала вкусить сполна!

И понимал же, что рано еще для того, чтобы все ее чувства забылись, и она могла спокойно смотреть на своего бывшего. Все понимал, но все же надеялся, что уже окажусь для нее важнее. Глупо.

С ума сходил, метался из угла в угол словно подранок. Хотелось взять какую-нибудь девку и выместить на ней все раздражение. Но так ронять свое достоинство перед гаремом, не хотелось.

И думать о том, что я теперь обязан сделать с женой, тоже не хотелось.

Но самое поразительное в том, что, если бы она не бросила кольцо в костер, парень бы погиб. Безтелнсный оказался слишком сильным и костер нуждался именно в драконьем огне. Так, что, отказавшись в порыве чувств от меня, Веда спасла жизнь своему Михалу. Без этого, я увы, не смог бы выполнить данное ей обещание и спасти ему жизнь.

Так, что, похоже, все случилось, так, как и должно, по велению высших мира сего и мне то и обижаться не на что, но справиться со своими чувствами, оказалось очень нелегко.

Я не спал всю ночь, думая о жене и о том, кто же нас предал и только утром обратил внимание на то, что впервые так долго я не думаю о Данае. В переживаниях о Веде, она отошла на второй, а то и третий план. Впервые, за все время моего бытия без нее. Я не вспоминал ее улыбку, не скучал по ее поцелуям и смеху. Веда действительно подарила мне новую жизнь.

— А если бы на том костре Даная его кричала, заживо сгорая, неужто он бы к ней не бросился? Неужто не распроклял бы злодеев, губящих невинную?

Возмущалась жена утром, когда магичка посмела ее отчитывать.

Даная на костре? Обвиненная наветом? О, боги! Да я не то, что б обвинителей распроклял, я бы весь мир, где ее сжечь бы посмели, в прах бы обратил! В мельчайшие песчинки!

Осознав свои чувства, понял, что тоже самое чувствует и Веда сейчас, к своему, по — прежнему любимому Михалу, а то, что она мне добровольно отдалась вчера, еще ничего не значит, она проста пыталась укрепить свои позиции в предлагаемых обстоятельствах. Не более.

Я ведь действительно разрушил ее жизнь. Насильно оторвал от всего привычного и любимого. Это для меня прошло уже три чудесных дня с ней. А для нее прошло еще только, три мучительных дня со мной.

Выдохнув, решил дать ей еще один шанс.

Внушил Михалу ворваться в ее покои, очень интересно было посмотреть, как Веда себя поведет. Окончательно ли потеряла голову, или же здравый смысл-таки возобладает.

Увидев его живого, она едва чувств не лишилась от облегчения. Как же порывисто бросилась к нему, как же горько плакала на его плече.

Сердце мое, до невыносимой боли сжималось от сочувствия влюбленным и жгучей ревности одновременно. Я все ждал, что вот сейчас, она начнет покрывать его лицо страстными поцелуями, позволит ему взять себя, сама об этом попросит, задыхаясь от страсти. Ведь им обоим уже нечего терять. Теперь, я просто обязан казнить их обоих.

Но, нет. Веду душило жгучие чувство вины передо мной. За то, что не доверилась, за то, что сомневалась, проклинала и за то, что родовое кольцо в огонь метнула, ей тоже было очень стыдно.

Она отошла от Михала, попросила его не прикасаться к ней, не осложнять. и он без всякого моего вмешательства, послушался. Ему очень хотелось поговорить со мной, вымолить прощение для своей любимой, пусть и ценой собственной жизни. Действительно, искренне, единственное чего он хотел это чтобы она жила, могла растить своих детей и даже, надеялся на то, что, в конце концов, Веда сможет меня полюбить и будет со мной счастлива.

Что ж, просто браво! Для обычного человека, очень высокие и достойные чувства и порывы. Ты определенно достоин благой судьбы, малыш, но своё, я тебе не отдам.

Когда он ушел, жена долго плакала, искренне раскаиваясь в своем недоверие мне и от всей души сожалела, что оскорбила. При всем при том, ни грамма не рассчитывала она этими слезами разжалобить меня и получить прощение.

Еще бы! Я же бездушный черный маг! Самовлюбленный дракон, которому чуждо все человеческое!

Веда лишь аккуратно спросила, может ли она вернуться домой, раз Безтелесный пойман. Она хотела показать свое смирение судьбе и еще раз попробовать защитить так, своего Михала. Надеясь, что, если ее не будет в Заполье, я сохраню ему жизнь.

Я бы и рад был ее принять, но Безтелесный был не один, а боги их Мира, заметив на своих землях беззаконие, после сотворенного одержимым князем, снова начали бой. В такой опасной ситуации, они не позволят открыть портал. Чтобы избежать очередного, спонтанного прорыва. Что и к лучшему. Рисковать ни ей, ни Запольем, я больше не хотел.

Веда ушла печь жертвенных хлеб, желая поддержать своих богов, я же отправился осматривать границы Северных земель. Нет ли где новых порталов.

Все началось с убийства отца, этот мир, был его порождением и после перехода Савгура, вся его защита ослабла и полезла всякая иномирная нечисть, и конца и края ей нет и не будет. Это еще одно наказание от отца для меня.