Чтение онлайн

— Прибыли. Можешь открывать глаза.

Я лежала на ковре в собственной спальне. Бабка сидела в углу, в своем плетеном кресле, будто так в нем и летала. Выпуклые зеленые глаза ведьмы внимательно обшаривали мое скромное жилище. Ее взгляд метался, сканировал брошенные в кресле блузку и трусики, шизоидные картинки на стенах, смятую постель… Боже, а где мой ноут?

— У тебя был с собой компьютер? Видимо остался у них, в машине. Это плохо. Знаешь, как болтают про ведьм, будто бы мы можем влиять на человека через остриженные волосы, ногти, через потерянные личные вещи? Это тот редкий случай, когда про нас не врут. Можем. И они могут. Так что, если они догадались вытащить компьютер из горящей машины, на тебя выйдут быстро. Если компьютер сгорел — намного лучше, но проститься с ним придется в любом случае. Он — по ту сторону линии фронта.

— Бабушка, миленькая! — взмолилась я. — Хрен с тем компьютером! Я скоро писаться начну от страха, если вы не прекратите говорить загадками! Расскажите толком, что за линия фронта, кто такие «они»? Подожгла машину тоже я, да?

— Нет, машину подожгла я, а ты меня просто вызвала. И вовремя, иначе эти Суки… Pardonne-moi. Конечно же, я хотела сказать не Суки, а Судьи. Я не ошибаюсь, тебя будто что-то кольнуло, когда шофер автобуса брякнул про «зачетную тачку»? Правильно кольнуло, «зачетная» — это не из лексикона деревенских шоферюг, «автобусник» ошибся. Просто они не дали тебе времени сообразить, эти Су… в смысле — Судьи.

И Бабка рассказала.

Тайное общество Судей существовало столько, сколько Бабка себя помнила, то есть… неважно, вам ни к чему такие подробности. Если коротко — очень давно. Оставалось тайной, чья это шарашкина контора — спецслужба, мафия, религиозная секта? Методы Судей были заимствованы и у тех, и у других, и у третьих, и изрядно модернизированы. Свою цель Судьи обозначали как достижение и последующее сохранение, порядка и гармонии в мире. Они заявляли, что служат некоему закону, много трындели о Весах Справедливости, чистоте нравов и грядущем Царстве Света. Разумеется, такому непотребству как ведьмы в Царстве Света делать было нечего. Поэтому Судьи вели за нами упорную и жестокую охоту. В священной борьбе Судья мог (и должен был) не выбирать средств, о белых перчатках и речи не было. Магию и чародейство наши враги уверенно называли Злом и Тьмой, однако сами колдовали — только в путь! Они были талантливыми шпионами, при необходимости — хладнокровными убийцами. Нападали Судьи на ведьм хаотично, вне какой-либо понятной нам системы. Кого-то не трогали. Кого — то лишали колдовских сил, а порой и памяти, и бывшая ведьма «начинала новую жизнь». Кого-то заставляли принести клятву, существенно ограничивающую возможности. Кого-то бывало, и убивали. Счет пропавших без вести ведьм мне, неофитке, сообщать было не положено, но про единицу измерения Бабка сказала. Измеряли в тысячах.

Оба так называемых шофера — и корчивший из себя дебила автобусник, и красавчик с неестественным басом за рулем Toyota, были Судьями. Или нанятыми Судьями боевиками. Если бы им удалось отобрать теткино кольцо — моя карьеры ведьмы была бы закончена. На этом месте Бабкиного рассказа я случайно скользнула взглядом по зеркалу и не узнала себя. Так нехорошо суженных глаз я у себя не припомню.

«Брат Сергей — благородный и талантливый человек. Он сделал все с душой, и передал ведьму мне в руки в назначенное время, в запланированной точке. Приближаясь, я через Кристалл наблюдал, как брат Сергей играет роль придурковатого шофера, и восхищался. Невероятно убедительно! У брата Сергея нет актерского образования, а на философском факультете кривляться не учат. Не вполне понятно как он, интеллигент в пятом поколении, смог так достоверно валять дурака. Естественно, в мастерски созданной «шофером» атмосфере идиотизма молодая ведьма утратила бдительность. Даже не сообразила, что автобусы ходят по расписанию, то есть, никакого рейса нет, и быть не может. Впрочем… деревенские кумушки тоже спокойно сели в автобус, которого не должно было быть. Я склоняюсь к мысли, что брат Сергей все-таки использовал магию. Это нарушение Советов Наставника. При изъятии кольца у неопытной ведьмы мы обязаны были обойтись без магических методов Борьбы. Но как ироничен мир! В результате брат Сергей, пренебрегший Советами Наставника — в белых одеждах! А я, следовавший Советам — в шутовском колпаке! Почему?! Советы Наставника всегда приводят к лучшему результату! Или нет? Стыд! Какой стыд, что я, хотя бы на секунду, усомнился в его Советах! Да свершатся покаяние и Кара»

Такие вот черные мысли осиным роем гудели в голове, пока я ждал в приемной. Неотрывно смотрел на дубовые арочные двери и ждал. Сейчас они приоткроются и Брат- Помощник позовет. Я должен буду объяснить Наставнику, почему не изъял у ведьмы кольцо. Даже самого хиленького оправдания в голову не приходило.

— Все знаю, сынок.

Я сумел не вздрогнуть, обернулся спокойно. Наставник сидел в кресле у окна. Значит, из кабинета есть другой выход, я мог бы и догадаться. Сколько времени он здесь? Он слушал мои мысли?

— Сиди, Виктор, без церемоний. Да, знаю все. Просмотрел пошаговый Анализ операции.

Серебряные волосы Наставника ерошил влетавший в окно ветерок. Под глазами Отца Дела — темные впадины. В морщинах затаилась печаль. Как ужасно он устает, наверное… Сколько у него работы… Я всей душой жалел его, человека который сейчас обрушит на меня лавину гнева и Кару.

— Ты, вероятно, уверен, что будешь сурово наказан. Кары ждешь. — Наставник вынул цветок из букета на окне, и рассматривал нежные сиреневые лепестки. — Это очередная твоя ошибка. Карать тебя есть за что, но я воздержусь. Единственный существенный просчет, который ты допустил — надо было хватать ведьму не за руку, а за горло. Если бы придушил, как она того заслуживает, возможно, обошлось бы. Но история не знает сослагательного наклонения, что случилось, то случилось. Вмешалась эта … в иерархии Ведьм ее ступень посвящения почти идентична моей в нашем Братстве.

Я по-мальчишески присвистнул:

— Ничего себе… Простите, Наставник, забылся. Больше не нарушу.

— Ничего-ничего, сынок. Тебе можно чуточку понарушать. Ты не посрамил звания Лучшего Ученика. Умудрился убрать с дороги остатки машины. Да и сам уцелел — тоже уровень. Ты не нейтрализовал молодую ведьму в первую минуту, а дальше уже был беспомощен. Против кольца старой Аграфены, которое вызвало Бабку? Не по силам, сынок. Ты не виновен, но … даром тебе это пройдет.

Я преклонил колено перед Наставником, ожидая Советов. Костлявые пальцы откинули мой чуб, Наставник согнулся в кресле, толкнул меня в затылок, сблизил наши головы.

— Ты искупишь ошибку не покаянием, а успехом. Девушке Любе патологически везет. Мне не нравится, что ей, невежде, завещают такие могучие кольца. Меня настораживает, что она умудрилась выскользнуть из рук двоих отличных Охотников. Если бы я знал источник ее силы — полбеды, враги бывают и сильные. Но я не знаю источника! Что у нее есть, кроме похотливого тела? Я не вижу ни-че-го! Я СОВЕТУЮ тебе, Витя, стать Личным Охотником.

— Благодарю за Честь, Наставник.

— Да, Честь вместо Кары. Ты ведь тоже везучий? Как Люба? Шучу. Будешь отслеживать каждый ее шаг. Можешь напасть на кого-то из окружения, чтобы ей служба медом не казалась. А когда Любовь Андреевна пойдет на первое серьезное колдовство — сорвешь его. Повезет — пленишь ведьму. Не повезет — просто сделаешь ей широ-о-окую трещину в карьере. Таких, необъяснимо перспективных, надо держать в узде. Ты и будешь уздой, Витя. Иди.

В дверях приемной я оглянулся. Хотелось еще раз увидеть Наставника — меня это вдохновляет. Но арочные дубовые двери уже закрылись. От беседы остался только брошенный на ковре сиреневый цветок. Нежный, как кожа на запястье этой твари Любы.

Прощаясь, Бабка обещала, что передаст денег на новый ноутбук, и жестко приказала снести все мои аккаунты в соцсетях, завести новые почтовые ящики и закодировать IP- адрес.

— Скоро будет интересно. — сказала она, залезая в платяной шкаф. — А пока — технический перерыв.

Скоро? Это когда? Дверца шкафа захлопнулась, я осталась одна. Легкий хлопок — и плетеное кресло исчезло. Невыносимая несправедливость! Завтра возвращаться к прежней жизни! Я вроде как красавица и умница, но совершенства в тварном мире нет. Даже я не могу состоять из одних достоинств. А точнее — я алчная. Хочу больше денег. Поэтому работала всегда не то что как лошадь, как целый табун. Кроме писания платной белиберды в Интернете, я еще и в офисе задницу отсиживала. Наша фирмочка ничтожна. Когда на Страшном Суде будут взвешивать мои грехи и добродетели, то работа в офисе не пригодится ни для одной чаши весов. Однако зарплату платили без задержек, наверное, за потерянное время. И потому утром я, унылая, как главная улица Ащерихи, отправилась на работу.

Поздоровалась со Степаном, Олегом Николаевичем, Олей, глубоко вздохнула, и села за комп — выполнять Бабкин приказ. Честно говоря, делала я это по инерции, уже не веря, что шифроваться и вправду зачем-то нужно. Врата надежды закрылись. Офис — не место для ведьм. Среди комнатных растений, бумаг, принтеров — сканнеров, и постных физиономий коллег, Воробьиная ночь, Судья с диким басом, Бабка, казались сном. Чтобы не разреветься, надо было срочно подумать о приятном. Я закрыла глаза, и представила шальную мордочку Варьки. Тут же пришло выразительное ощущение шарящих по телу рук, щеки запылали.