Чтение онлайн

– Ты не можешь! – завыл он. – Не можешь меня убить! Не имеешь права… Я… Я человек!

Геральт зажал рукой его шею. Для начала не слишком сильно.

– Это не я! – выл чародей. – Это Ортолан! Ортолан мне велел! Заставил меня! А Бирута Икарти обо всем знала! Она! Бирута! Это была ее идея, тот медальон! Это она велела мне его сделать!

Ведьмак сдавил сильнее.

– Спасииитеее! Люююдиии! Спасииитеее!

Геральт нажал еще сильнее.

– Люю… Помо… Нее…

Дегерлунд задыхался, изо рта его обильно текла слюна. Геральт отвернулся. И нажал еще сильнее.

Дегерлунд потерял сознание, обмяк. Сильнее. Треснула подъязычная кость. Сильнее. Сломалась гортань. Сильнее. Еще сильнее.

Треснули и сместились шейные позвонки.

Геральт подержал Дегерлунда еще немного. Потом резко рванул его голову вбок, для полной уверенности. Потом отпустил. Чародей осел на пол, мягко, словно шелковая ткань.

Ведьмак вытер о занавесь его слюну с рукава.

Большой черный кот явился ниоткуда. Потерся о тело Дегерлунда. Лизнул неподвижную руку. Замяукал, заплакал жалобно. Лег рядом с трупом, прижался к его боку. Смотрел на ведьмака широко раскрытыми золотыми глазами.

– Я был должен, – сказал ведьмак. – Так было надо. Уж кто-кто, а ты должен понять.

Кот сощурил глаза. В знак того, что понимает.

День женитьбы короля уже с раннего утра радовал погодой, голубизны над Кераком не портила ни единая тучка. И еще с самого утра было очень тепло, жару смягчал дующий с моря бриз.

С раннего утра в Верхнем Городе царило оживление. Улицы и скверы тщательно подметались, фасады домов украшались лентами и гирляндами, на мачты поднимались флажки. Дорогой, что вела к королевскому дворцу, уже с утра потянулась череда поставщиков; груженые повозки и возы разъезжались с возвращающимися пустыми, спешили вверх грузчики, ремесленники, торговцы, гонцы и посланцы. Чуть позже дорогу усеяли паланкины, которыми во дворец съезжались приглашенные на свадьбу. Моя свадьба вам не хрен собачий, судя по всему, хотел объявить король Белогун, моя свадьба должна людям запомниться, и чтоб говорили о ней по всему миру из края в край. Посему по приказу короля торжества должны были начаться прямо с утра и длиться до поздней ночи. И все это время гостей должны были ждать просто небывалые развлечения.

Керак был небольшим королевством и в целом не особо значительным, поэтому Геральт сомневался, чтобы мир особенно поразился свадьбе Белогуна, пусть даже тот решил бы давать бал целую неделю и черт знает какие развлечения устроил; до людей, проживающих далее сотни миль, вести о событии не имели шанса дойти. Но для Белогуна, что было повсеместно известным, центром мира являлся город Керак, а миром считались его окрестности в относительно небольшом радиусе.

Оба они с Лютиком приоделись так элегантно, как только могли и сумели, Геральт даже по такому случаю приобрел новенькую куртку из телячьей кожи, причем, похоже, здорово переплатил. Что касается Лютика, то сперва он объявил, что чихал на королевскую свадьбу и участия в ней не примет. Поскольку хоть и оказался в списке гостей, но лишь как родственник королевского инстигатора, а вовсе не как мировой славы поэт и бард. И ему даже не предложили выступить. Лютик счел это неуважением и обиделся. Как обычно у него, обида продержалась недолго, неполных полдня.

Вдоль всей петляющей по склону холма дороги ко дворцу были расставлены мачты; на них, лениво качаемые бризом, висели желтые флажки с гербом Керака, лазоревым дельфином nageant, с красными плавниками и хвостом.

Перед входом на территорию дворца их ждал родич Лютика, Ферран де Леттенхоф, в сопровождении нескольких королевских гвардейцев в цветах гербового дельфина, то есть в синем и красном. Инстигатор поздоровался с Лютиком и подозвал пажа, который должен был сопровождать поэта и провести его на место представления.

– А вас же, милсдарь Геральт, попрошу следовать за мной.

Они прошли боковой парковой аллейкой, миновав явно хозяйственную часть, ибо оттуда доносились как звон кастрюль и кухонных принадлежностей, так и мерзкие ругательства, которыми кухмейстеры поливали поварят. Ну и впридачу вкусно и приятно пахло едой. Геральт выучил меню, знал, чем будут угощать гостей во время представления. Несколько дней назад он вместе с Лютиком посетил аустерию «Natura Rerum». Фебус Равенга, не скрывая гордости, похвастал, что вместе с несколькими другими рестораторами организует пиршество и составляет список блюд, над приготовлением которых будет трудиться элита местных шеф-поваров. На завтрак, рассказывал он, будут поданы устрицы, морские ежи, креветки и крабы соте. На второй завтрак мясное заливное и различные паштеты, лосось копченый и маринованный, утка в желе, сыры овечьи и козьи. На обед будет ad libitum [40] легкий суп из мяса или рыбы, а к нему шарики мясные или рыбные, фляки с фрикадельками из печенки, мясо морского черта, жаренное на решетке и подрумяненное медом, а также окуни морские с шафраном и гвоздикой.

Потом, цитировал Равенга, словно умелый оратор, модулируя тембр голоса, будут поданы тушеное мясо в белом соусе с каперсами, яйцами и горчицей, лебединая ножка с медом, каплуны, обернутые салом, куропатки с конфитюром из айвы, печеные голуби и торт из бараньей печенки и ячменной каши. Салаты и овощи разнообразные. Потом карамель, нуга, пирожные с начинкой, жареные каштаны, конфитюры и мармелады. Вина из Туссента, разумеется, будут подаваться без перерыва и круглосуточно.

Равенга описывал так ярко и образно, что просто слюнки текли. Геральт, впрочем, сомневался, что ему удастся попробовать хоть что-то из этого обширного меню. На этой свадьбе он вовсе не был гостем. Ситуация у него была даже хуже, чем у разносчиков-пажей, которым всегда удавалось что-нибудь стянуть с подаваемых блюд или хотя бы сунуть палец в крем, соус или паштет.

Главным местом проведения торжеств был дворцовый парк, некогда храмовый сад, королями Керака перестроенный и достроенный, в основном колоннадами, беседками и храмами задумчивости. Сегодня между деревьев и строений были дополнительно расставлены многочисленные цветные павильоны, а защиту от палящего солнца и жары обеспечивали развернутые на жердях рулоны полотна. Здесь уже собралась небольшая толпа гостей. Слишком много их быть не должно было, общем счетом сотни две. Список приглашенных, по слухам, составлял лично король, так что приглашения должны были получить лишь самые избранные, элита. В элиту, как оказалось, Белогун включил главным образом родственников и свойственников. Кроме них приглашено было местное высшее общество, сливки товарищества, ключевые чиновники администрации, богатейшие местные и заграничные деловые люди, а также дипломаты, то есть изображающие торговых атташе шпионы из прилегающих стран. Список завершался довольно многочисленным кублом подхалимов, льстецов, подлиз и передовиков по части умения влезть монарху в зад без мыла.

Перед одним из боковых входов во дворец ждал принц Эгмунд, одетый в черный камзол с роскошной вышивкой из серебра и золота. Его сопровождало несколько молодых мужчин. У всех были длинные, тщательно уложенные локоны, все – по последнему писку моды – носили дублеты, подбитые ватой, и обтягивающие штаны с демонстративно огромными гульфиками. Геральту они не понравились. Не только из-за издевательских взглядов, которыми они оценили его костюм. Слишком напомнили ему Сореля Дегерлунда.

При виде инстигатора и ведьмака принц немедленно распустил свиту. Остался лишь один человек. С короткими волосами и в нормальных штанах.

Но Геральту он не понравился все равно. Странные у него были глаза. И нехороший взгляд.

Геральт поклонился принцу. Принц не поклонился в ответ, естественно.

– Отдай мне меч, – сказал он Геральту сразу после приветствий. – Ты не можешь ходить здесь с оружием. Не тревожься, хоть ты меча и не будешь видеть, он всегда будет под рукой. Я отдал соответствующие приказания. Если что-нибудь случится, меч немедленно тебе передадут. Займется этим присутствующий здесь капитан Ропп.

– А какова вероятность того, что что-нибудь случится?