Великая тайна Великой Отечественной. Ключи к разгадке
Шрифт:
Выписки из приказов по Артиллерийской академии
№ 131 от 29.10.38
§ 6. Зачислить слушателями
Тов. Джугашвили Якова Иосифовича на 4 курс факультета вооружения с 15 сентября с. г. и на все виды довольствия с того же числа. Основание: распоряжение Военкома АУ РККА от 13.9.38 г. [99]
№ 139 от 26.11.38 г.
§ 13. Перевести слушателя 4 курса (243 гр.) факультета вооружения Джугашвили Якова Иосифовича на тот же курс командного факультета (143 гр.) с 10.11.38 г.
Справка: служебная записка т. Джугашвили.
99
Артакадемия РККА решением Правительства от 13 сентября 1938 г. переводилась из Ленинграда в Москву, и в тот же день Яков Джугашвили был зачислен в Академию с 15 сентября 1938 г.
«№ 28 от 26.2.39 г.
§ 1. Ниже поименованные слушатели переводятся:
Командный факультет
С 3-го курса на 4 курс
48. слушатель Джугашвили Яков Иосифович (на курсе из 103 человек только трое слушателей без офицерского звания).
№ 144 от 17.9.39 г.
Оставить на 4-ом курсе на 2-й год:
слушателя Джугашвили Якова Иосифовича…
(среди семи оставленных слушателей только один без офицерского звания). [100]
100
Док. №№ 28 и 144 указывают, что Я. И. Джугашвили в 1938–1939 гг. не имел воинского звания РККА (хотя, возможно, имел его в другом ведомстве, например в НКВД).
№ 136 от 23.9.40 г.
Перевести на 5-й курс успешно закончивших 4-й курс:
Старшего лейтенанта Джугашвили Якова Иосифовича…»
из приказа НКО СССР по личному составу № 05000 от 19.12.1939
Присвоить звание лейтенант Джугашвили Якову Иосифовичу (в списке 58 мл. лейтенантов и трое слушателей без звания).
из утвержденного Народным Комиссаром Обороны Союза ССР протокола Высшей Аттестационной Комиссии НКО СССР от 9 мая 1941 г.
Командный факультет
Старший лейтенант Джугашвили Яков Иосифович
Считать окончившим Артиллерийскую академию с дипломом.
Может быть назначен командиром батареи 14 ГАП.
Копия
Артиллерийская ордена Ленина Академия КА
имени Дзержинского
1940/1941 учебный год
151 учебное отделение
1. лейтенант Авдюшин Сергей Петрович пал смертью храбрых
2. лейтенант Анисимов Алексей Ефимович
3. лейтенант Аистов Мстислав Борисович
4. лейтенант Благоразумов Лев Леонидович
5. капитан Бирич Николай Васильевич пал смертью храбрых
6. капитан Бутник Петр Афанасьевич пал смертью храбрых
7. майор Высоковский Евгений Евграфович
8. лейтенант Григорьев Михаил Григорьевич
9. капитан Гречуха Федор Иванович пал смертью храбрых
10. лейтенант Друговейко Петр Емельянович
11. старший лейтенант Джугашвили Яков Иосифович пал смертью храбрых
12. майор Желанов Виктор Никанорович
13. капитан Иванов Григорий Григорьевич пал смертью храбрых
14. капитан Иванов Михаил Федорович пал смертью храбрых
15. лейтенант Ильченко Михаил Александрович
16. майор Кобря Василий Ермолаевич пал смертью храбрых
17. капитан Козлов Алексей Андреевич пал смертью храбрых
18. капитан Кряжев Рафаил Васильевич пал смертью храбрых
19. лейтенант Курильский Анатолий Исидорович пал смертью храбрых
20. лейтенант Лейбенгруб Израиль Гейшевич пал смертью храбрых
21. капитан Малишевский Григорий Авксенттьевич пал смертью храбрых
22. лейтенант Марков Александр Иванович пал смертью храбрых
23. лейтенант Моисеев Валентин Михайлович
24. полковник Никоноров Дмитрий Ильич
25. капитан Рожков Михаил Акимович
26. лейтенант Смирнов Александр Иванович
27. лейтенант Снеговой Анатолий Семенович
28. полковник Сопегин Иван Яковлевич пал смертью храбрых
29. капитан Сторожев Михаил Федорович пал смертью храбрых
30. капитан Тимофеев Михаил Емельянович пал смертью храбрых
31. капитан Хижняков Владимир Фомич
32. капитан Чубаков Петр Семенович
33. старший лейтенант Чернявский Николай Логвинович пал смертью храбрых
34. лейтенант Штрундт Владимир Густавович
А. А. Благонравов, генерал-лейтенант артиллерии, дважды Герой Социалистического труда, академик АН СССР, в период 1937–1941 гг. был начальником факультета вооружения Артиллерийской Академии им. Дзержинского.
Я получил от начальника музея Военной академии РВСН им. Петра Великого полковника Валентина Ивановича Углова ксерокопию только одной, 422-й страницы этих воспоминаний. Она начинается со слов, из которых следует, что речь идет о замене начальника Артакадемии им. Дзержинского генерал-лейтенанта Сивкова (вскоре после выступления Сталина в Кремле перед выпускниками военных академий 5 мая 1941 г., где вождь покритиковал работу этой академии) генерал-майором Говоровым, «…до этого занимавшего должность ст. преподавателя кафедры тактики артиллерии». Затем он пишет:
Я предполагал, что сведения, о которых говорил Сталин, он получал от своего сына Якова Джугашвили, поступившего в 1940 г. в слушатели Академии. Он сначала числился на моем ф-те, но в середине учебного года пришел ко мне с заявлением, что хочет перейти на командирский факультет.
Судьба Я. Джугашвили сложилась неудачно: во время войны он погиб, будучи пленным в одном из немецких концентрационных лагерей…
Далее на этой странице Благонравов рассказывает о начале войны и переезде академии в Самарканд. Как сказал мне В. И. Углов, в этих солидных по объему воспоминаниях Благонравова больше о Якове Джугашвили нигде не упоминается.
Благонравов был человеком, которого Сталин высоко ценил, недаром при подготовке переезда Артакадемии из Ленинграда в Москву почему-то именно ему поручили выбрать для нее хорошее место и подходящий комплекс зданий. Об этом мне тоже рассказал В. И. Углов, полностью прочитавший воспоминания Благонравова и готовивший их к изданию. [101]
Приехав в Москву, Благонравов вместе с наркомом внутренних дел (очевидно, с Ежовым) колесил по городу, рассматривая различные здания, например в Лефортово, но они так ничего и не выбрали. Потом к этому делу подключился выделенный наркомом ответственный сотрудник НКВД (возможно, первый замнаркома внутренних дел Берия), и после этого сразу был выбран комплекс зданий, принадлежавший профсоюзам, – описанный Ильфом и Петровым в «Двенадцати стульях» Дворец Труда. Так же быстро был организован переезд академии из Ленинграда в Москву во время учебного года, и с 15 сентября 1938 г. [102] (согласно приведенным документам) Яков Джугашвили стал слушателем Академии.
101
В настоящее время они уже изданы.
102
Впечатляющие совпадения: 13 сентября 1938 г. правительство принимает решение о переводе Артакадемии из Ленинграда в Москву – 15 сентября Я. Джугашвили зачислен в нее – 29 сентября Академию перевезли в Москву – 10 октября в ней начались занятия – 10 ноября Яков переведен с факультета вооружения на командный факультет.
Однако есть туть две нестыковки.
Во-первых, в своих воспоминаниях Благонравов пишет, что слушателем академии Яков стал в 1940 г. (то есть на два года позже, чем по академическим документам). Далее он почему-то говорит, что Яков не «учился», а «числился» на его факультете (именно это слово Яков употребит во время допроса в плену).
Во-вторых, почему-то в академических документах Якова его зачисление на факультет вооружения вообще не зафиксировано, а по воспоминаниям Благонравова он числился на нем целых полгода.
И вообще, о Якове Благонравов упомянул слишком скупо, не очень доброжелательно и даже довольно нескладно: «судьба… сложилась неудачно: во время войны он погиб, будучи пленным». Скажи он такие слова, например, о генерале Карбышеве, они прозвучали бы как оскорбление. Почему же Благонравов позволил себе сказать так о Якове? Счел его виновным в снятии с должности начальника Артакадемии генерала Сивкова? Знал истинные обстоятельства учебы старшего сына вождя в академии? Например, Яков уже занимал большой пост, а в Академии его «тянули» без отрыва от основной работы. Почему Благонравов не сказал, закончил Яков Академию или не успел, где, кем и как он воевал? Или он попал в плен, не воюя, а при совершенно иных обстоятельствах, о которых либо ничего не известно, либо кое-что известно, но рассказывать нельзя? Когда оказался в плену? Как там себя вел? При каких обстоятельствах и когда погиб? Ведь обо всем этом в то время разговоры шли.
За недомолвками и некоторой недоброжелательностью Благонравова по отношению к Якову угадывается тайна…
А вот еще одна тайна – письмо полковника И. Я. Сапегина Василию Сталину. Сапегин был командиром 151-го учебного отделения, в котором учился Яков в академии, и о нем Яков упомянул в единственной открытке, полученной после начала войны его женой Юлией: «С Сапегиным все в порядке» (хотя очевидно, что к боевым действиям это не имеет никакого отношения, ибо Яков до фронта еще не доехал. Из этой фразы скорее следует, что либо Сапегин избежал какой-то неприятности, либо у них с Сапегиным были нелады, но теперь все утряслось).
Дорогой Василий Иосифович!
Ни по службе, ни по взаимоотношениям по данным вопросам я не имел права непосредственно апеллировать к Вам. Надеясь на то, что Вы меня знаете как товарища Якова Иосифовича, с которым я несколько лет учился в Артакадемии и являлся наиболее близким его другом, пишу это письмо.
Я – полковник, который был у Вас на даче с Яковом Иосифовичем в день отъезда на фронт. Перед войной за пять дней я принял артполк в 14 танковой дивизии, куда Яков Иосифович был назначен командиром батареи. Это его и мое желание служить вместе и на фронте. Я целиком, следовательно, взял на себя ответственность за его судьбу. Причем я был уверен, что с этой задачей справлюсь вполне. Но я и Яков Иосифович ошиблись…
Вдруг в боевой обстановке, когда боевые действия полка были исключительно успешные, меня отзывают в штаб армии…
В тот момент, когда меня командировали из одного штаба в другой, Яков Иосифович был всеми забыт и его бросали куда попало. При мне он все время не выходил из моего поля зрения, а дивизион, где он служил, я держал подручным. И, наконец, 12 июля без боеприпасов полк был брошен с малой горсткой пехоты [против] в 10 раз превосходящего противника. Полк попал в окружение. Командир дивизии бросил их и уехал из боя на танке. Проезжая мимо Якова Иосифовича, он даже не поинтересовался его судьбой, а сам в панике прорвался из окружения вместе с начальником артиллерии дивизии.
Я докладывал в Военный Совет 20 армии и комиссару дивизии, которые мне заявили, что они решили создать группу добровольцев на поиски Якова Иосифовича, но это делалось настолько медленно, что только 20 числа группа была брошена в тыл врага, причем успеха не имела… Я виню за судьбу Якова Иосифовича начальника артиллерии 7 корпуса генерала Казакова, который не только не проявлял о нем заботы, но и ежедневно делал мне упрек, что я выделяю Джугашвили как лучшего командира. На самом деле так и было. Яков Иосифович был одним из лучших стрелков в полку, а особое внимание в личной жизни, которое я уделял ему как товарищу, на службе не отражалось…
О дальнейшей судьбе Якова Иосифовича мне больше ничего не известно. 10 июля последний раз я видел Якова Иосифовича…
Убедительно прошу, если можете, отозвать меня в Москву, откуда я получу назначение по соответствию, так как я все время служил в тяжелой артиллерии.
Юлии Исааковне прошу об этом не говорить. Буду весьма благодарен.
И. Сапегин
Мой адрес: действующая армия. Западный фронт, 20 армия, командиру 308 легкого артполка.
Простая корреспонденция направляется по адресу: действующая армия, Западный фронт, база литер 61 ПС 108, 308 лап. Сапегину Ивану Яковлевичу. 5. УIII-41 г.
Адрес на конверте: В. Срочно. Москва, Управление Военно-воздушных Сил РККА Сталину Василию Иосифовичу.
Действующая армия, Сапегину И. Я. [103]
103
Это письмо, обнаруженное в Архиве Президента РФ, впервые было опубликовано с сокращениями в исследовании Валентина Жиляева «Яков Сталин не был в плену», которое вошло в книгу Галины Джугашвили-Сталиной «Внучка вождя» [35, c. 309–311]. Гораздо позже в Интернете указали его архивный номер: АПРФ. Ф. 45. Оп. 1. Д. 1553.