Чтение онлайн

два месяца назад доктор Хэррод дал такой оптимистичный прогноз.

«Должно быть, это ошибка». Перси нахмурился. «Когда ты разговаривал с

доктором Хэрродом?»

«Вчера утром».

«Должно быть, что-то можно сделать».

Дедушка Генри покачал головой. «Боюсь, что нет, Персиваль».

Бенедикт, который собирался выпить вино, отставил бокал; его настроение и

аппетит пропали. Перси заметно обмяк в своем кресле. Их дед был опорой семьи.

Без него, знал Бенедикт, она полностью разрушится.

«Не могу в это поверить», - пробормотала Лилибет, ее лицо раскраснелось, а

выражение лица стало озабоченным. «Мы должны еще раз поговорить с доктором

Харродом...»

«Пожалуйста, успокойся, Лилибет», - сказал дедушка Генри, прервав шквал

заботливых советов невестки. «Я прожил долгую и счастливую жизнь.

Единственное, чего я хочу, - это видеть свою семью единой и более близкой, чем

когда-либо прежде». Его взгляд нашел Перси. «И счастливой. Обещай мне».

Бледный как никогда, Перси кивнул. «Конечно, дедушка».

Пронзительные серые глаза деда Генри переключились на Бенедикта. «Я серьезно, Бенедикт. Перси прав, ты знаешь. Тебе нужно найти любовь. Иначе ты рискуешь

провести лучшие годы своей жизни в одиночестве и несчастье».

«Я найду кого-нибудь, дедушка», - заверил его Бенедикт. «Я обещаю».

«Хорошо», - внезапно улыбнулся дедушка Генри, его хмурый взгляд исчез. «Чтобы

хоть немного мотивировать тебя, я принял ультиматум. Как только ты найдешь

любовь, я изменю свое завещание. До тех пор в нем будет указано, что поместье

Блэкмур переходит к Персивалю».

В комнате снова воцарилась тишина.

Наконец Лилибет нарушила тишину, в ее голосе прозвучали нотки удивления.

«Что именно ты предлагаешь, отец? Что Персиваль унаследует поместье вместо

Бенедикта? Что Бенедикт будет лишен наследства?»

«Это довольно сурово, моя дорогая», - легкомысленно заметил дедушка Генри.

«Бенедикт только что пообещал мне, что скоро найдет себе компаньона. Так что нет

абсолютно никаких причин для беспокойства. Правда, Бенедикт?»

Перси выглядел таким самодовольным, что Бенедикту захотелось пнуть его еще

раз, но ублюдок убрал ноги. Вместо этого Бенедикт улыбнулся деду.

«Абсолютно.»

***

После ужина, когда Бенедикт направлялся в свою комнату, он заметил, что Перси

идет следом. Поднявшись по парадной лестнице на третий этаж и пройдя по

коридору, он уже собирался войти в свою комнату, когда услышал слова Перси:

«Итак, что ты планируешь делать?»

Бенедикт повернулся к нему лицом. «С чем?»

«Найти любовь», - сказал Перси с ноткой насмешки в тоне. Бенедикт нахмурился.

«И это твоя непосредственная забота после того, что мы только что услышали? Наш

дед умирает».

«Я ничего не могу с этим поделать», - защищаясь, ответил Перси. «Но то, что он

поставил тебе ультиматум? Весьма неожиданный ход».

«Я рад, что ты развлекаешься», - раздраженно сказал Бенедикт.

Перси пожал плечами. «Хоть раз ты столкнулся с последствиями своего

бездействия. Теперь ты в настоящем затруднительном положении».

«Заткнись». Бенедикт вздохнул. «Если дедушка Генри хочет видеть меня

влюбленным, я это сделаю».

Перси поднял брови.

«Потому что любовь можно вызвать просто по прихоти?»

Бенедикт бросил на него пристальный взгляд. «Не забывай, что дедушка также

хочет, чтобы мы поладили. Вот это настоящий вызов».

***

Бенедикт пробыл в кабаре всего час, но уже успел выпить три стакана виски, бокал

джина и излить душу своему старому другу Чарли Беллинджеру, поделившись

новостями о болезни деда, апатии, охватившей их семью, и ультиматуме, который

был предъявлен Бенедикту.

Он был опустошен этой новостью и жаждал исполнить последнее желание деда, но

мысль о браке была для него невыносима. Наблюдая за супружескими парами в

высшем обществе Шорвича, он не мог не замечать повсеместного несчастья, которое казалось нормой.

Кабаре было переполнено, от всех несло сигаретами, духами и алкоголем, а гости, выглядевшие в своих довольно откровенных нарядах необычно, имели

накрашенные лица - как мужчины, так и женщины. Его матери наверняка

понадобились бы нюхательные соли, если бы она узнала, что он посетил подобное

место.

Ярко освещенная сцена в другом конце комнаты, окруженная небольшими

столиками, горела красным светом. На сцене стояла красивая женщина в корсетном

комбинезоне и танцевала с огненным факелом, ее движения напоминали

заведенную балерину. Бенедикт наблюдал за ней, лишь вполуха слушая советы

Беллинджера о любви и достоинствах брака по расчету.

Это было бы катастрофой, подумал Бенедикт, заманить себя в ловушку

безрадостного брака и всю жизнь прожить с человеком, которого он не любил и не

уважал. Хорошо хоть Беллинджер не слишком разборчив. Ему не потребовалось

много времени, чтобы остановиться на мисс Кловер, богатой девушке с простым

лицом и отсутствием индивидуальности, но с очень богатой семьей и солидным

приданым.

Хотя Бенедикт прекрасно умел это скрывать, он ненавидел саму концепцию

ухаживания: флирт, завернутый в пустые разговоры; неловкие танцы с

незнакомками, оценивающими его как потенциального кандидата в жены; сплетни