Великолепная западня
Шрифт:
– Я считаю, миссис Дрейк, что вы оказались в Рено с 25 тысячами долларов вашего мужа.
– Вы сумасшедший!
– она чуть не заорала на меня, потом раздавила сигарету в пепельнице и тихо сказала.
– Это мой муж вас так информировал?
Я кивнул.
– И вы ему поверили?
– У меня не было причин верить вам и не верить вашему супругу. С какой стати он послал бы меня сюда и оплатил расходы?
Она пожала плечами.
– Не могу в это поверить, мистер Шейд. Но в любом случае, я разве похожа на воровку?
– Теперь, когда я вас увидел, нет.
Она прошлась по холлу и некоторое время смотрела через стеклянную дверь на улицу.
– Вы взяли деньги?
Помолчав она обернулась.
– Это клевета, мистер Шейд.
– Клевета часто помогает выяснить правду. Вы украли их?
– Нет.
– Она хрипло рассмеялась.
– Черт вас возьми, я не собираюсь вам отвечать.
– Прошу прощения.
– Не вижу причин, почему, - ответила она.
– Вы собирались докопаться до истины, разве не та к...
– Вы могли солгать...
– Могла... да. И вы все равно не докопались бы до сути.
– Но если вы не взяли деньги, все бессмысленно, и вы...
– Не обязательно.
– Может быть, их взял кто-то другой, а ваш супруг ошибся в своем предположении.
– Да, Барлет ошибся.
– Но ведь вы уехали в Рено?
– Да, уехала. Но я не говорила об этом Барлету, и я не понимаю, как он мог меня выследить.
– Если вы действительно уехали, не поставив его в известность, то ваш супруг мог с полным основанием навести справки. Возможно, ему сообщили регистрационный номер вашего авиабилета... но это в том случае если вы не летели сюда под чужой фамилией.
– Нет я поставила свою. Я не совершала ничего предосудительного, и у меня не было причин скрывать свое имя.
– Я понимаю вас. Тогда, зачем вы приехали в Рено?
– Я не обязана отвечать на вопросы, - холодно ответила она.
– Можете думать все, что вам угодно, включая и уже названную причину.
– Имеется в виду развод?
– Я уже сказала, что можете думать все, что хотите... Кроме того, что не брала денег мужа.
– Она подошла ко мне вплотную.
– Думаю, что Барлет надеется, что я верну деньги и что вам удастся заставить меня это сделать.
– Он надеется на ваше благоразумие, миссис Дрейк.
– Даже если он поступит со мной бесчестно?
– Вы слишком часто смотрите телевизор.
– Но вы сказали, что я не похожа на воровку!
– Но, когда я взялся за работу, я не видел вас лично, а только вашу фотографию.
– Предположим, что я действительно взяла деньги и вернуть их отказалась. Что бы вы тогда делали?
– Я могу доложить об этом вашему мужу?
– Ну, это низкий уровень квалификации. Мой супруг, нанимая вас, несомненно ждет от вас большего.
– Несомненно.
– Но если бы я отказалась, вы были бы в глупейшем положении.
– Она опять рассмеялась.
– Представьте, великий сыщик в такой переделке! Какая неудача!
– Ха-ха-ха, - поддержал я ее.
– Мне следовало бы сказать, что деньги у меня и послать вас к черту, - задорно сказала она.
– Я не попал бы туда, миссис Дрейк... Я проверил бы ваши рубашонки и штанишки, пока черти беседовали бы с вами.
Ее брови чуть приподнялись.
– В самом деле? Очень мило. Это что-то вроде вмешательства в частную жизнь или это как у вас называется? А потом, что делала бы я, пока вы занимались этим почетным бизнесом?
– Ничего. Я, возможно, связал бы вас и заткнул бы вам рот вашей комбинацией.
– Зачем, глупый?
Она почти прижалась ко мне, рот приоткрыт, глаза насмешливо поблескивают, но взгляд был странным. Она смотрела на кого-то сзади. Я вздрогнул, обернулся, но... опоздал.
Высокий молодой тип с легким загаром и тяжелыми кулаками ввалился в холл. Он принес с собой маленький утюжок, настоящую игрушку. Я успел увидеть этот утюжок прежде, чем он погладил мою нижнюю челюсть.
Он, то есть утюжок, работал продуманно и экономно. Потом моя голова упала на ковер и я отключился.
2
Когда я очнулся, то плавал в море виски. Я сидел в своей собственной машине посреди темного бульвара и на моих коленях лежала откупоренная бутылка виски. Ее содержимое медленно смачивало мои брюки. Бутылка была наполовину пуста, и воняло от меня за милю.
Они сунули меня в машину, добавили сюда виски и наверняка влили мне немного в рот с таким расчетом, чтобы патруль, обнаружив меня, не поверил бы ни одному моему слову.
Но пока полиции не было. Я открыл окно, выкинул бутылку в кусты и уехал. Я чувствовал себя превосходно, ровно настолько, настолько позволяла дикая головная боль и шишка величиной с полдоллара на затылке, синяк и кровоподтек на скуле, и вдобавок к этому - запах виски, которого я так и не отведал.
Шоссе вело прямо в Лос-Анджелес, но они оставили мою машину в таком положении, что в этом направлении можно было вернуться в Рено. Чудесные ребята, очень мило с их стороны!
Я раздумывал почему миссис Дрейк и ее приятель впутались в эту историю, дело не стоило того. Я не представлял реальной угрозы и со мной не стоило возиться. Но, может, они решили, что я им помешаю? Или это у них такое представление о юморе в Рено? Единственный выход - спросить их самих. Но сначала надо позаботиться о себе.
Я повернул направо, проехал еще бульвар и поставил машину рядом с моим крохотным отелем. Поднявшись к себе наверх, я выпил черного кофе, четыре таблетки аспирина, плюхнулся на кровать и закрыл глаза.
Спустя полчаса я поднялся, принял душ, сменил рубашку и костюм и выпил на "два пальца" виски.
Я все еще был далек от совершенно нормального мужчины, но уже мог пользоваться телефоном.
Первое - звонок в отель.
– Да, миссис Лорелея Дрейк только что выехала.
Думая, что она просто переехала в другой отель, я обзвонил пол города, но тщетно.
Возможно, она сбежала с молодым, слегка загорелым парнем, возможно, она приехала в Рено, чтобы развестись, возможно, она не украла двадцать пять тысяч долларов.
Я был совершенно уверен, что она их не трогала, но тогда зачем она вернулась в Рено? С другой стороны, мне начинала уже надоедать эта семейка. Взяв шляпу, я вышел из отеля. При отеле был маленький бар, где единственный посетитель, безобидный пьяница, начинающий лысеть, запальчиво кричал бармену о своем презрении е президенту Кеннеди. Слушать его мне не хотелось, я вышел на улицу. Там было совсем темно и толпы народа сновали взад и вперед.