Чтение онлайн

– Я английского не знаю совсем, - мрачно отозвался подросток. «Как я учиться буду? И деньги..., - он махнул рукой. «Его светлость, - Жюль кивнул на далекий костер, - сказал, что в Лондоне много эмигрантов французских, нам помогут. Все равно, - мальчик тяжело вздохнул, - надо самому зарабатывать. Как вырасту, стану офицером, и пойду воевать с этой швалью, - презрительно добавил Жюль.

Море, - темно-синее, волнующееся, было покрыто белым барашками, ярко светило солнце, розовый гранит берега был совсем теплым.

– Искупаюсь, - решила Элиза, - сразу после обеда. И Мэри с Мадлен уговорю, и мамочку. Там бухта есть маленькая, ее и не видно совсем. Мадлен такая грустная ходит, плачет ночью, я слышала. Может, Жюля спросить, что с ней, - она бросила взгляд на мальчика и рассмеялась: «А ты загорел!»

– Так солнышко, - ласково сказал подросток. «Тут хорошо, - он окинул взглядом берег, - мы до войны с родителями в Динан ездили, каждое лето».

Русые волосы Жюля шевелил ветер. Он смешливо потянулся: «Я с утра уже до «Молнии» сплавал и обратно. Капитан Фэрфакс сказал, - как только груз из Сен-Мало привезут, вечером, на шлюпках, - мы сразу отчалим. В Англии красиво?
– поинтересовался подросток.

– Мамочка говорит, что да, - вздохнула Элиза. «Я и не помню Англию, я в Париже выросла. Ты со всеми познакомишься, - она стала загибать пальцы, - с моим братом, с Пьетро, с Франческо, с Мораг, она тоже американка. Мы с мамой в Америку поедем, - девочка остановилась. Вытерев пот со лба, она сбросила куртку.

– Жарко, - сказала Элиза. Она подозрительно спросила, развязывая шнурки у воротника рубашки: «Что это ты покраснел?»

– Не смотри туда, - велел себе Жюль. Он отвел глаза от белоснежной шеи, - на ней блестел крестик - вычищенный, золотой, с маленькими изумрудами.

– Это моей бабушки..., - Элиза начала считать на пальцах и сбилась. «Ее звали мадам де ла Марк, она жила во времена королевы Елизаветы, и была женой турецкого султана. А сама в России родилась. Ее тоже Мартой звали».

Жюль открыл рот и недовольно ответил: «Покраснел потому, что жарко, вот и все».

– У дяди Питера есть ее портрет, ты увидишь, - добавила Элиза. Девочка грустно подумала: «А мамочкин портрет пропал. Хорошо, что дядя Теодор и тетя Тео поженились, пусть будут счастливы».

– А ты вернешься из Америки?
– поинтересовался Жюль.

– Не знаю, - пожала плечами Элиза, и помахала рукой: «Вот и мы!»

Она повернулась к Жюлю и лукаво добавила: «Но ведь всегда можно писать друг другу, маркиз де Монтреваль».

– С удовольствием, леди Холланд, - изящно поклонился он. Дети побежали к костру, волоча за собой сеть.

Мэри сидела на камнях, поджав под себя ноги, пристроив рядом удочку. Влажные кудряшки падали на смуглую шею. Она, посмотрев на дергающуюся бечевку, ловко подсекла рыбу.

Вдалеке виднелась шлюпка. Девушка, приглядевшись к ней, поняла, что Майкл сидит на веслах. «В Сен-Мало пошли, за вином, - она увидела рядом с Майклом голову капитана Фэрфакса. «У Майкла плечо совсем зажило, даже раньше свадьбы, - Мэри поняла, что улыбается.

– Как клев?
– Джон опустился рядом.

– Клев отличный, - весело отозвалась Мэри. «Хотя у нас, на озерах, конечно лучше».

– На озерах, - пробормотал герцог. Он решительно спросил: «Мэри, а ты собираешься в Америку возвращаться?».

Зеленые глаза заблестели смехом. Мэри, повернувшись, взглянула на него - прямо. Темная, тонкая бровь поднялась вверх.

– Тетя Марта мне рассказывала, как твой отец покойный ей работу предложил, - задумчиво протянула девушка. «Тебе тоже любовница нужна, Джон?»

Он расхохотался. Взяв у Мэри удочку, герцог насадил на крючок устрицу. «Мы вас до осени не поедим, - пробормотал Джон, - а рыбам все равно». Джон забросил бечевку в море и так же задумчиво ответил:

– Это мы посмотрим, в будущем. Мне нужен человек, - смелый, честный, привлекательный, - он подмигнул девушке, - разбирающийся в технике, морском деле, умеющий стрелять....

Мэри подняла руку: «Стой, стой..., Чем он будет заниматься, этот человек?»

– С нейтральным паспортом, - закончил Джон и сердито велел:

– Не перебивай, пожалуйста. Заниматься он будет тем, чем не могут заниматься англичане. Как ты понимаешь, легально мы сейчас во Францию въехать не можем, и долго еще не сможем. К тому же, - мужчина вздохнул, - этим летом французы войдут в Нижние Земли, а там и до Италии доберутся. А я - либо в Вене, либо в Лондоне. Может быть, еще и в Петербурге. Посмотрим, вступят русские с нами в коалицию, или нет. Мне нужен человек, который сможет беспрепятственно путешествовать, - Джон усмехнулся, - и к нашим союзникам, и к нашим противникам. Курьер, - он помолчал. «Это пока. Потом подумаем о постоянном месте работы. Ну как?
– он взглянул на девушку.

Мэри молчала и он хмыкнул:

– Разумеется, у тебя будет своя квартира, где-нибудь в тихом районе, в Блумсбери, деньги..., Родителям можешь написать правду. Твой отец, хоть и перешел на сторону американцев, но все поймет, я думаю. Джованни с Изабеллой скажем, что ты работаешь на правительство, чтобы они не волновались. Ты и, правда, на него будешь работать.

Он вытащил рыбу. Мэри, сняла ее с крючка: «С одним условием».

– Никогда не работать против твоей страны, - Джон закатил глаза. «Знаю, знаю. Мы не собираемся с вами воевать».

– Это пока, - передразнила его Мэри. Посмотрев куда-то вдаль, на чуть заметный силуэт «Молнии», она вздохнула: «Нет, это и так понятно». Девушка помолчала. Джон, глядя на зардевшуюся, смуглую щеку, торопливо сказал:

– Разумеется, для таких вещей я тебя использовать не собираюсь. Для этого есть..., - он оборвал себя. Мэри усмехнулась: «Ты не забывай, тетя Марта мне и это рассказала. Так вот я не такая, и никогда этим заниматься не буду».

– Обещаю, - твердо ответил Джон и протянул ей руку.

У нее была жесткая, маленькая ладонь - крепкая, надежная. Мэри встряхнула головой:

– Своя квартира. За мной никто не будет присматривать. Буду ездить по всей Европе. Господи, какое счастье. Лучше, чем сидеть в особняке женой мистера Брокхерста. А за него, - она искоса взглянула на герцога, - я бы все равно замуж не вышла, за дядю Джона. Буду ждать того, кто мне по душе придется, по-настоящему, - она легко вскочила на ноги: «Берите корзину, мистер Джон. Мне теперь вас так надо звать, да?»