Чтение онлайн

Сзади раздалось какое-то шуршание. Нежный голос сказал: «Простите, месье».

Мишель обернулся и замер. Она была маленькой, стройной, с прямой спиной. Гордо посаженная, изящная голова была просто причесана, и такое же простое у нее было платье - синего шелка. Девушка посмотрела на него, прозрачными, большими глазами: «Здесь похоронен мой дедушка, герцог Экзетер. И его сын, младенец, Джордж».

– Я знаю, - Мишель все никак не мог отвести от нее взгляда. «Будь верен до смерти, и дам тебе венец жизни, - он указал в сторону надписи. «Вашему деду отрубили голову, во время якобинского террора. Он пытался спасти сына короля, маленького Луи-Шарля».

Девушка отступила на шаг. Внимательно посмотрев на Мишеля, она улыбнулась. У нее были красивые, розовые губы и пахло от нее чем-то пряным, и немного - табаком. Она протянула тонкую руку: «Леди Джоанна Холланд». Джоанна склонила голову набок: «Вы интересуетесь историей революции, месье?»

Вокруг было тихо, только шелестели листья платанов, да наверху, в уже чистом небе, метались какие-то птицы.

То, что он собирался сделать, - подумал Мишель, - было равносильно самоубийству. Он отлично знал, кого Бурбоны наняли для организации тайной полиции. Среди слуг в Тюильри были сторонники низложенного императора. Он даже думал сам пробраться в кабинет герцога и, как следует, порыться в бумагах, но это было слишком опасно. Наполеон, оставляя его в Париже, сердито сказал: «Не смей лезть на рожон. Побудешь тут до конца лета, поработаешь, а потом приедешь на юг. Контрабандисты тебя довезут до Эльбы».

– Ее отец, - обреченно понял Мишель. «Но я совсем, совсем не могу ей врать. И никогда не смогу». Белокурая прядь, выбившаяся из прически, щекотала приоткрытую воротником шею девушки. Он увидел, как играет в ее волосах солнце. Тяжело вздохнув, капитан признал: «Интересуюсь, мадемуазель. Однако я здесь не за этим. Это могила и моей матери, - Мишель показал на высеченные в белом граните буквы: «Жанна Кроу, урожденная де Лу».

Она все молчала, стоя с протянутой рукой. Мишель неуверенно пожал ее и вздрогнул - ладонь девушки была неожиданно сильной.

– Вы месье де Лу, - утвердительно сказала Джоанна, - капитан де Лу, адъютант Наполеона. Я слышала о вас, от ваших приемных родителей. Они сейчас в Париже, и ваш младший брат тоже.

– Я знаю, - Мишель посмотрел на скамейку напротив склепа. Джоанна, взяв его под руку, - он даже не успел удивиться, - деловито велела: «Присядем».

Мишель достал из кармана куртки сосновый портсигар, и вопросительно взглянул на нее. «Странно, - подумала Джоанна, - мне при нем даже курить не хочется. Отчего бы такое?
– девушка почувствовала, что краснеет. У него были лазоревые глаза и коротко стриженые, мягкие белокурые волосы.

– Конечно, курите, - разрешила она. Мишель чиркнул кресалом: «Леди Холланд, я…»

– Молчите, - повела рукой Джоанна. «Разумеется, я никому и словом не обмолвлюсь о том, что встретила вас, месье Мишель. Ваш брат мне вчера рассказывал, как вы его спасли, в той битве, под Бородино, - она, по слогам, выговорила русское название. Мишель подумал: «Сейчас она уйдет, и я больше никогда ее не увижу. Господи, зачем ты так?
– он все курил, а потом, повернувшись к ней, сглотнул: «Леди Холланд, я…»

Она поднялась. Мишель тут же встал. «Я хочу, - тихо сказала Джоанна, - встретиться с вами еще раз, капитан де Лу. Если вы, конечно…, - девушка запнулась и пробормотала: «Простите меня, я все понимаю, вы…»

– Это все ерунда, - решительно заметил Мишель. «Пожалуйста, леди Холланд, я вас прошу, - он посмотрел на свой простой хронометр, - сюда должен прийти мой брат, мы договорились встретиться. Я вас провожу до часовни, а потом заберу оттуда, и буду счастлив, сопровождать вас туда, куда вы захотите пойти».

– Мне надо в библиотеку, - Джоанна внезапно поняла, что ее голос дрожит, и разозлилась на себя: «Объясни ему!»

– Месье Мишель, - она выдохнула, - я не знаю, что….

– Я тоже, - капитан посмотрел на нее, - серьезно, внимательно, - не знаю, что со мной, леди Холланд. Я живу у кузена Ната, он мне о вас рассказывал…,- Мишель развел руками, - теперь вы все поняли, думаю. Я в Париже…, - Джоанна потянулась, - он был лишь немного выше, - и приложила палец к его губам.

– Это все совершенно неважно, - тихо сказала девушка, - неважно, месье Мишель. Пойдемте, я вас буду ждать, столько, сколько понадобится.

Мишель, усадив ее на скамью у часовни, много раз уверил в том, что он вернется сразу же, как распрощается с братом. Капитан спустился с холма к семейному склепу. Он все слышал ее ласковый голос: «Я буду вас ждать».

– Провожу ее до библиотеки, потом домой, - счастливо подумал Мишель и помахал рукой: «Петя!»

– Еще вырос, - одобрительно заметил капитан де Лу, когда они обнялись.

– Уже с клинком ходишь, - он коснулся пальцами сапфиров на эфесе сабли.

Петя покраснел: «Я был в гостях у тети Марты, на рю Мобийон. Взял показать, и образ Богородицы тоже».

Марты дома не было. Изабелла и Сидония ушли в Лувр. Она сначала играла ему Моцарта, а потом, устроившись на кушетке, раскрыв чудные, синие глаза, слушала его - тихонько, как мышка. Петя сидел, вдыхая запах жасмина, глядя на ее, еще пухлые, губы. Девочка ахнула, увидев руны на эфесе: «Тетя Изабелла мне рассказывала, как их в плен взяли с вашим дядей, тем, что потом евреем стал. Сколько ей лет?
– девочка все смотрела на сапфиры.

Петя развел руками: «Восемь сотен, наверное. Икона младше, ее двести лет назад написали».

– Она на мою маму похожа, - Юджиния рассматривала твердые, зеленые глаза Богородицы. «Спасибо, кузен Пьер, что навестили меня, - девочка покраснела, - простите, что никого дома не оказалось».

Петя улыбнулся: «Вы здесь, кузина Эжени. Я очень рад, что мы познакомились».

– Я тоже, - тихо ответила девочка. Петя, выйдя на рю Мобийон, увидел, как она стоит на кованом балконе, и машет ему. Он тоже - помахал ей в ответ, а потом направился к Елисейским полям. Они с отцом обедали на квартире у князя Трубецкого. Там Петя отвел князя и Никиту Муравьева в сторону: «С масонской ложей все устроилось. Адрес у меня есть, так что можем сходить».

– Отлично, - почти неслышно, одними губами, ответил Муравьев, а потом надо было садиться за стол.

Они с Мишелем долго, молча, курили. Старший брат усмехнулся: «Его величество мне рассказывал, как вы с ним рыбу ловили, Петька. Ты не волнуйся, я скоро уеду. Мне бы только папу и маму повидать, надо как-то это устроить».

– Скоро, - горько повторил про себя Мишель, и приказал: «Забудь! Ты уедешь, а она останется. У тебя есть долг перед его величеством и Францией, а она - дочь человека, который расстреляет тебя, даже не задумываясь».