Чтение онлайн

– Это не каждому дано, милые мои. Как не каждому дано видеть все, и знать все, - Ханеле вертела перо:

– Так легче. Может быть, - она нежно гладила руку правнучки,- ты и вправду, поедешь на Святую Землю, замуж выйдешь..., - лоб Ханеле пересекала морщина и она замолкала. Анна знала, что бабушка никогда не говорит дурных вещей, и не стала спрашивать у нее, что будет дальше.

В Липецке, все оказалось легко. Анна остановилась в «Золотом Льве», взяв скромный, аккуратный номер, расплатившись за две недели вперед. Больше она здесь не намеревалась оставаться. Она знала, что потом, вместе с ним и другими революционерами, поедет в Воронеж. Там должен был состояться еще один съезд, менее радикальный. Собравшиеся здесь должны были обсудить подготовку казни императора Александра, ее дяди.

Анна еще на мельнице прочла в газетах, что в Светлый Вторник радикал Соловьев, в столице, на набережной Мойки, стрелял в его величество, но промахнулся.

– Вы не промахнетесь, - успокоила ее бабушка, - но не сразу все получится. Два года вам понадобится, чтобы к нему подобраться. И помни, - она взяла внучку за подбородок, - это не страшно, что он тебе дядя. Твой отец тебя введет в хорошее общество. Ты молодая, красивая девушка..., - Ханеле подмигнула правнучке, - голова у тебя на месте, - она поцеловала вороной затылок.

Анна собиралась здесь, в Липецке, лишиться девственности. Ей надо было привязать к себе того, кто ехал из столицы. Она видела, что этот человек еще колеблется, но для дела было важно, чтобы он ступил, окончательно и бесповоротно, на путь террора.

Через два дня по приезду она, у бювета с минеральной водой, в парке, заметила новую пару. Высокий мужчина с пегой, неухоженной бородой, в старом, засыпанном пеплом костюме, курил, разглядывая толпу. Его спутница, некрасивая, низкорослая женщина, бледная, с нездоровым, усталым лицом, пила воду.

Познакомиться с ними было просто. У Анны имелись письма от варшавских социалистов, по-польски она говорила, как по-русски, и отлично знала город. Ее семья ездила туда несколько раз в год. Как выглядят Перовская и Желябов, она узнала еще весной. Решительно подойдя к паре, девушка тихо сказала: «Товарищи, у меня есть поручение от товарищей в Польше».

Ее проверили. Анна, с готовностью, показала письма, где ее рекомендовали, как надежного курьера. Перовская, наконец-то, улыбнулась:

– Не поймите нас превратно, товарищ Константинова, съезд проходит в подполье. Нам важно знать, что здесь нет агентов охранки.

– От Третьего Отделения, - мрачно добавил Желябов, - всего можно ждать. Мы сюда приехали из Харькова, - он закусил зубами папиросу, - осматривали железнодорожное полотно, ведущее в столицу из Крыма. Технические детали мы обсудим, когда к нам присоединится инженер.

Народовольцы гуляли в парке, устраивали пикники, и говорили о печатных изданиях. В Женеве начинали издавать радикальную газету. Ждали гостей из столицы. По словам Желябова, сейчас организовалась группа террористов, вступившая в связь с глубоко законспирированной ячейкой «Интернационала». Эти люди, на западе, занимались убийствами промышленников и аристократии.

– За последние три года, - Перовская загибала пальцы, - они взорвали железнодорожный мост в Огайо. Они организовали забастовку трудящихся и создали коммунистическое правительство в Балтиморе, выйдя на баррикады…, Они устроили диверсии на английских шахтах..., Товарищ Засулич, вы о ней слышали, - Анна кивнула, - член этой ячейки. Она стреляла в Трепова по их заданию. Называются эти люди, - Перовская понизила голос и оглянулась, - «волки». Нам обещали, что их руководитель посетит Россию, непременно. Он встанет во главе нашего предприятия.

Анна, на мгновение, закрыла глаза, но увидела перед собой только непроницаемый, серый туман. «Потом, - успокоила себя девушка, - потом все придет». Ей рассказали, что волки устроили покушение на короля Италии Умберто, год назад. Глава ячейки, по слухам, сейчас находился в Южной Африке, где зулусы восстали против британских колонизаторов.

Швейцар распахнул дверь «Золотого Льва», пропуская Перовскую. У Софьи Львовны в руках была плетеная корзинка с булками и лимонадом. Она защебетала:

– Анюта! Как хорошо, что ты не заставила себя ждать! Зайдем к бювету, выпьем воды, и отправимся на пикник!

Софья Львовна взяла с собой шотландский плед. Подхватив Анну под руку, не разжимая губ, женщина шепнула:

– Товарищи здесь. Приехали рано утром из столицы. Ты с ними познакомишься.

Она забрала у Анны кружку для воды и опустила в корзинку. Женщины спустились по деревянным ступеням. Перейдя Петровский проезд, они направились в парк, усаженный липами. У бювета выстроилась очередь. Анна увидела открытые экипажи, стоявшие друг за другом, ожидая отдыхающих.

– Вот и он, - девушка, невольно, улыбнулась, - не сегодня-завтра все случится. Очень хорошо.

– Пойдем к Андрею Ивановичу, - велела Перовская, - я тебя представлю товарищам из Санкт-Петербурга, Дворнику и Технику. Он ученик Инженера. Инженер сейчас на нелегальном положении, и не смог сюда приехать, - Перовская развела руками, они подошли к Желябову. Андрей Иванович, отхлебывая из чашки с водой, куря папиросу, беседовал с двумя хорошо одетыми мужчинами, помладше и постарше. Андрей Иванович обернулся: «Наши дамы, господа. Пикник обещает быть удачным».

– Очень, - Анна, вскинула серые глаза. Она подала руку для поцелуя высокому, рыжеволосому, голубоглазому юноше.

– Товарищ Техник, - весело заметил Желябов, - только, что из столицы.

Небо над Нижним парком из золотого, закатного стало зеленоватым, нежного цвета первой листвы. Над кронами деревьев всходила слабая звездочка Венеры. В густой траве трещали цикады. Среди липового цвета перекликались засыпающие птицы. Окна комнаты были распахнуты на деревянную террасу, выходящую в ухоженный гостиничный сад, с куртинами роз, с мраморным фонтаном. Оттуда слышались звуки фортепиано. По вечерам в «Золотом Льве» устраивались концерты, отдыхающие разыгрывали шарады. На большом столе, покрытом кружевными скатертями, кипел самовар, окруженный тарелками с пастилой и пряниками. Саша прислушался. Внизу гудели голоса, кто-то смеялся. Он вернулся к письму:

– Дорогой папа, - читал юноша, - я в Липецке, отсюда отправлюсь в Воронеж. Его превосходительство Вышнеградский, директор Технологического Института, поручил мне собрать сведения, для институтского музея, о здешних железоделательных заводах, и корабельной верфи, заложенной еще императором Петром. В Туле я тоже побывал. Как ты и просил, на фабрике братьев Баташевых, я заказал серебряный самовар, с ручками слоновой кости. Недели через три он должен добраться до Петербурга, а я появлюсь немного позже…, - Саша отложил механическую ручку.