Чтение онлайн

Но тот был – человек из телевизора. А сейчас в холле особнячка в кресле сидел невысокий мужчина, переодетый в форму рядового сотрудника частного охранного предприятия «Беркут», явно давно нормально не спавший и, похоже, порядочно испуганный.

– Господин посол ожидает вас! Пожалуйста, проходите!

– Вы, кажется, предпочитаете зелёный чай? – господин Карауста знал и такие подробности. Кивнул прислуге – мгновенно перед ним и его гостем появились чашки с ароматным напитком.

– Благодарю вас, достопочтенный посол.

– Чем я могу быть вам полезен?

– Мне нужен паспорт Турецкой республики Северного Кипра.

В максимально короткие сроки.

Турок внимательно посмотрел на гостя. Да... Задавать вопросы смысла не имеет – и так всё ясно умному человеку. И. о. премьера не имеет ни малейшего желания продолжать играться в эти политические игрушки, а это значит... Других людей, способных обеспечить победу демократов во главе с Эльцером, в этой стране просто нет. Впереди очередной бунт, разброд и шатание. Надо срочно уведомить своё правительство – нет, не игрушечное, которое на Кипре, а нормальное – Анкару. Пора задуматься об обеспечении интересов Турции на Кавказе, в Причерноморье и других местах, граничащих с пока ещё Северной Федерацией.

– Ознакомьтесь, достопочтенный посол! – гость протянул ему несколько документов.

Финансовые бумаги. Если им верить, уже более полутора лет гость складывает изрядную часть своих… гм… незадекларированных доходов в банках Северного Кипра. Сколько там по последней выписке? Ого! Вообще-то при таких объёмах вложений и ему, и всей его семье немедленно полагаются так называемые золотые паспорта, гарантирующие невыдачу даже по запросам Интерпола. Ну, если только хозяин паспорта однажды сам не захочет покинуть территорию непризнанной островной республики. – Я могу рассчитывать, господин Карауста?

– Я прямо сейчас свяжусь со своими властями и поставлю перед ними вопрос о вашем гражданстве.

– Ещё один момент – в дальнейшем такое же гражданство должны получить моя жена и дочь, которые в настоящее время находятся в Италии.

– Если вам одобрят паспорт – то лично я не вижу ни одного препятствия для получения гражданства Северного Кипра вашей семьёй. Купите виллу на берегу... Вы ведь не всё вложили в наши банки?

– Как говорят англичане, не следует складывать все яйца в одну корзину. Так что... Впрочем, если ваша корзина окажется самой удобной – почему бы и не сделать исключение из этого правила?

– Я немедленно пошлю запрос своим властям. Разумеется, сохраняя все меры конфиденциальности. ООН, к сожалению, не спешит признавать наше государство, но это не значит, что наша дипломатия и специальные возможности не на высоте. А ещё у нас есть доброе имя, и мы очень им дорожим. Не будь его у нас – я не имел бы чести вас сейчас принимать.

Впервые за весь разговор напряжённый гость улыбнулся.

– Только, если можно, побыстрее.

– Моя депеша отправится центральным властям через пять минут после вашего ухода. Со всеми необходимыми комментариями. Скажите только, на чьё имя оформлять паспорт? Вы желаете сохранить своё нынешнее или?..

– Или, господин Карауста. Паспорт должен быть на новое имя, не оскорбительное для меня. Чтобы по-турецки оно не означало что-то непотребное.

– Мы не занимаемся такими вещами. Каждого, кто к нам обращается, мы принимаем как самого дорогого гостя и относимся с полным уважением.

…Следующих трёх дней для него, считай, не было. Конфликт между президентом и парламентом тихо, но неуклонно переходил в горячую стадию. В аэропортах и на вокзалах столицы всё чаще перехватывали молодых людей бойцовской комплекции и повадок, которых пока что задерживать было не за что. В лучшем случае – на 48 часов до выяснения личности, с последующим штрафом за несвоевременную регистрацию в Мошковце. Незваные гости вели себя тихо, платили исправно – не придерёшься.

Посетить Даманскую дивизию.

Встретиться с творческой интеллигенцией. Да, это важно. Более полусотни корифеев советского искусства: поэты, актёры, режиссёры, писатели, в том числе и фронтовики – наконец-то согласовали и подписали предельно жёсткий вариант открытого письма – обращения к народу. В девяносто первом заигрались в демократию и поспешили простить красно-коричневых недобитков – в итоге фашизм сегодня стоит у ворот нашего дома. Хватит либеральничать.

Единственное светлое пятно – вечерние разговоры с Финкой и Стефани. Неделя высокой моды проходит отлично. Наши девочки всех поразили своим мастерством, это сенсация. Вечерами гуляем со Стефкой по Милану – очень милый город. А у тебя как дела, милый? Мы здесь смотрим в отеле CNN – репортажи отрывочные, не очень понятно, что у вас там происходит.

Краткое сообщение – господин Селим Карауста готов вас принять по интересующему вас вопросу в любое удобное для вас время.

– Поздравляю вас с получением гражданства Турецкой республики Северного Кипра! – посол протянул ему паспорт.

Его цветное фото. Надписи на английском и турецком языках. – Эльх… – он начал читать имя, написанное латиницей.

– Эльхареф Абдалла Байрактар. Ваше новое имя. Позвольте пояснить. Ваше родное имя – Джордж, от греческого имени Георгий, то есть в буквальном переводе – земледелец. По-арабски «земледелец» звучит как «эльхареф». Абдалла – «дар Аллаха». А «байрактар» – это в буквальном переводе знаменосец. Когда-то вы попытались принести в эту страну ценности демократии, выступили кем-то вроде знаменосца. Господин Байрактар, мы рады видеть вас в числе наших соотечественников. Я уверен, что Кипр вскоре станет вашим любимым местом на земле. И... Отдельная благодарность за позавчерашнее пополнение ваших счетов в наших банках. В высшей степени разумное решение.

Конечно, перевод денег провели грязновато, что уж говорить. Сумма с восемью нулями; переброшена в кипрские офшоры большими кусками и по упрощённой схеме. Но – не оставлять же нажитое непосильным трудом этому вечно бунтующему быдлу и засранцам вроде Эльцера, которых оно исправно выбирает себе в вожаки? Спасать ваши поганые шкуры я не подряжался. Два года тому назад наши интересы совпадали – мы шли вместе, одной дорогой, плечом к плечу. А сегодня вы захотели, чтобы я прикрывал ваши жопы от взбесившегося населения этой Папуасии? В обмен всего лишь на то, что вы и дальше будете делать вид, что ничего не знаете о казни «Омеги» и об операциях с нержавейкой?

Нет, чудаки, на х.й – это туда.

Вчера ночью он решил всё окончательно. Как всегда в последнее время – его рабочий день закончился в третьем часу ночи. Сил – только-только доехать до дома и рухнуть в постель. А сон почему-то не шёл. Усталость – вот она, пожалуйста, а заснуть не получается.

Он встал и долго ходил по квартире.

Это ведь было не так давно, каких-то три-четыре года назад.

После пожара, устроенного коммунальным забулдыгой, здесь остались одни стены. Толстые, крепкие кирпичные стены добротной постройки середины прошлого века. Всё остальное сгорело дотла. Поставить железные перекрытия. Подвести дом под крышу. Вырубить в стене первого этажа заезд для автомобилей и выгородить гаражное помещение. Штукатурные, покрасочные, ещё х.р знает какие работы. Финишная прямая: поставить дубовые комнатные двери, воплотить в жизнь идеи Тео по части ванной.

Он сам это всё делал.

А теперь – бросить это всё, чтобы досталось неизвестно кому?

А с другой стороны…

Странное чувство, которое не объяснишь словами. Чтобы ему хотелось просыпаться в этой спальне – крайне желательно, чтобы рядом спала Финка. Чтобы не казалось, что комнат слишком много – в последней из них должна жить Стефани. Без его любимых женщин это огромный, хотя и очень благоустроенный склеп.

Что же касается девчонок... Вот и дальше – всё то же самое? Круглосуточно обеспечивать им охрану от злобной биомассы вокруг, считающей его предателем, а их – соучастницами его якобы преступлений? В конце концов, не на такую уж широкую ногу они и живут; того, что сейчас лежит на Северном Кипре и в других местах им, всем троим, хватит на всю оставшуюся жизнь. А местные скоты пускай и дальше играются в революцию, у которой есть только начало, но совершенно отсутствует конец.