Чтение онлайн

– Секретарь!

– Да, господин президент?

– От кого угодно… как угодно… срочно мне справку. Может ли армейский истребитель, заточенный под сопровождение борта главы государства, поражать наземные цели? Быстро!

…К середине ночи выяснилось: телебашню так сразу не возьмёшь. Необходима перегруппировка сил и новый, более массированный удар штурмовиков. Генерал Мак-Алестер вернулся на площадь перед зданием Верховного Совета и вплотную занялся сбором и перегруппировкой боевиков.

Странное дело, однако.

Когда Эльцер приказал парламенту самораспуститься, то, для пущей убедительности, в здании отключили воду и электричество. Чтобы провести заседание по официальному назначению Хруцкого и. о. главы государства – включали свой внутренний генератор энергии. А тут вдруг…

За последние два года центр Мошковца преобразился. Железный занавес рухнул, иностранцы попёрли толпами, надо соответствовать. Ночами Кремль, Кремлёвская набережная и Дом Советов на противоположном берегу реки Мошковы сияли яркими огнями иллюминаций. Сейчас Кремль был погружён во мрак, а Верховный Совет вдруг засиял.

К чему это?

Над столицей летел армейский самолёт. За штурвалом сидел полковник Григорович. Сегодня днём боевики Мак-Алестера убили его единственного сына. Юноша погиб, не оставив вверенного ему поста. И. о. президента уже подписал указ о присвоении ему звания Героя Северной Федерации посмертно. И вообще... Два года перед этим Григорович знал этого человека как своего шефа – начальника Службы безопасности президента. При всех своих недостатках, шеф всегда отвечал за свои слова. Общаться с людьми не любил, держал подчинённых на дистанции – однако хамства себе не позволял. И вообще – СБП в этой расхристанной стране, похоже, осталась единственной спецслужбой, где был порядок. Благодаря её руководителю.

А сейчас вот этот человек сидел напротив полковника Григоровича и... Он не просил, не заискивал, нет. Он просто сказал: или вы нам поможете, или здесь будет анархия. Заставлять вас я не могу, скажу только – от вашего решения сейчас зависит будущее страны. Сейчас Северная Федерация хоть какая, но – есть. Завтра утром её может не быть – никакой.

И полковник сел за штурвал самолёта.

Под крыльями – четыре ракеты. Как ими распорядиться? Сидевший напротив него и. о. президента сказал кратко: победителей не судят. На проигравших навесят все грехи.

На мониторе чётко обозначилась картинка: здание Верховного Совета. На уровне четвёртого этажа... Его и балконом-то не назовёшь. Выход из зала заседаний Совета на огромную площадку, где легко помещаются сотни людей. Можно подойти к бордюру и говорить речи – будут слышны на всю площадь перед зданием. Чем, собственно, мятежные депутаты и занимались. Хруцкий, Имранов, всё руководство фракции коммунистов. Громкая связь отключена – по очереди пытаются кричать в мегафон.

А вот – площадь перед Домом Советов. Множество народа. Идёт построение каких-то колонн из крепких молодых мужиков.

Командует…

Оборудование самолёта было не настолько точным, чтобы отражать лица. Но вот армейская форма в сочетании с фуражкой с огромной тульей... Альберт Мак-Алестер, да. Он любил эту фуражку, на всех митингах в ней блистал. А полдня назад его боевики убили Макса.

Победителей не судят? Ну, хорошо. Тогда первый удар… Григорович нажал на гашетку.

Свист в небе, вспышка огня.

Этого не ожидал никто. Всё что угодно можно было предположить, но только не это.

Удар с воздуха? По зданию напротив Кремля, в самом центре столицы? Нет, бред какой-то. Антинаучная фантастика. Да и... Где Охранник возьмёт авиацию? Даманская дивизия с её танками – и та стоит и выжидает.

…Мятежные депутаты, сгрудившиеся на балконе в ожидании выхода к народу с речами, шарахнулись в ужасе: снизу на них полетели какие-то непонятные ошмётки. Потом кто-то истошно заорал: глянули с балкона вниз и обнаружили: там, где ещё минуту назад стоял Мак-Алестер, раздавая команды на построение, и толпились боевики, – зияла огромных размеров воронка, вокруг которой корчились в агонии те, кто не попал в эпицентр взрыва. А то, что осталось от попавших в эпицентр – некоторая часть этого как раз и долетела до балкона.

Первым всё осознал Хруцкий – и рванулся с балкона в зал заседаний. Следом – наиболее ретивые депутаты. Имранов несколько замешкался – его внесла в зал паникующая толпа. После чего вторая ракета снесла половину балкона и часть стены зала заседаний.

…Как и в девяносто первом – первыми подоспели американские журналисты. Кровавую трёпку, происходившую в столице Северной Федерации, на весь мир в прямом эфире транслировали сразу несколько тамошних телеканалов. В отличие от мониторов истребителя, они давали чёткую картинку прекрасного качества. И Джордж увидел…

В здании Верховного Совета собрались не только боевики и депутаты. Много так называемой патриотически настроенной интеллигенции и гражданских активистов тоже были там. В самый ответственный час они должны были по очереди выходить на край балкона и кричать свои слова к народу, агитируя его за Верховный Совет. Несколько довольно известных актёров, узнаваемых писателей. Но… Мая?

Увы, наличие при ней двух мальчишек расставило все точки над ё. Не надо недооценивать партийный актив. Настоящий коммунист, тем более армейский коммунист, – есть руководитель, вдохновитель и организатор. Всё учесть и предусмотреть – его обязанность.

В толпе ожидавших выхода к мегафону, в задних рядах, стояла Мая Шиловская. Его Мая. Его первая девочка. Как мятежникам удалось её сагитировать? Что они ей сказали, пообещали, чем запугали? Но только – она там тоже была. В одном строю с мятежниками. А с ней – её дети. Оба мальчика. Младший, Жорик, испуганно жался к маме.

После первого ракетного удара Мая некоторое время стояла в изумлении. Потом её толкнули, поволокли ко входу в зал заседаний – не стой, дура, тут сейчас пи.дец начнётся!

Она была уже у самого входа, когда вторая ракета разнесла балкон и часть стены зала заседаний.

– Нет!!! Мая-ааа!..

Секретарь, охрана и прочая челядь в секунду сбежались на этот ужасный, утробный вопль и. о. царя.

…Вскоре он пришёл в себя. А, ну да. Он сидит в кабинете Президента Северной Федерации – потому что он теперь и. о. президента. На столе стоит большой телевизор. По телевизору американские корреспонденты ведут прямой репортаж о событиях в Мошковце. Жуткая ночь, всполохи огня, какие-то вопли.