Чтение онлайн

– И чего такого неприятного вы до меня донесли?

– Придётся тебе возвратиться и спасти Брадо,- отеческим сочувственным тоном произнёс Овий.

– Ха,- выплеснул Саша этот звук, в котором и заключался его ответ: "А не пошли бы вы туда, откуда вышли только что!"

– К сожалению, от Брадо многое зависит,- печально прошептала Сильвия, потупив взор.

– И даже жизнь Анари,- надавил на больную мозоль, так сказать,

Шек.

– В запретный город гентагов не так уж трудно попасть, как они думают. Так что ты справишься, тем более что их магия на тебя не сильно подействует - они владеют простым внушением, силой мысли и рецептами одурманивающих зелий, которыми они поят своих пленников,- обстоятельно попытался объяснить Овий, опираясь на длинную палку.

– Замутили вы совсем, нет чтоб появиться просто так - чтобы меня порадовать.

– Ступай вверх по реке, скоро увидишь мост - он и приведёт тебя к воротам города, но ты их не увидишь, зато увидят тебя. Так что не иди по мосту. Переплыви реку и заберись на холм. Там есть дерево, его ветви свисают прямо во двор одного из обманщиков. Испарения города пропитаны ароматами, который вызывают слабость и видения, ты не сможешь себя контролировать, поэтому намочи тряпку и повяжи на нос и рот. Когда проникнешь в город, постарайся переодеться - укради одежду - гентаги носят только кожаные штаны и меховые жилетки. И обмажься грязью - они моются редко. И только тогда отправляйся к каменному холмику, где под землёй держат Брадо. Он слаб сейчас и одной ногой в могиле, так что поспеши,- словно бос секретной службы, Сильвия проинструктировала Сашу.

– Друзья мои, у него же сильный магический дар - нафиг мне его спасть? Он сам кого хочет спасёт. Не доходит до меня.

– Когда-то гентаги стали помогать отступникам и иллары послабее попадались в их смертельные сети. Рам - это живое магическое существо в нас, часть которого иллар получает от учителя, и поэтому помнит всё, что происходило с ним тысячелетиями. Другое дело, что свои воспоминания он не показывает своему новому хозяину. Брадо владеет древним рамом, но даже это магическая сила умеет пугаться и затихать, если им владеет новичок. Поспеши, Саша,- объяснил Овий.

– Наше время истекло, прощай,- произнёс Авион и все помахали охотнику рукой.

– О времени ты откуда узнал?

– Я теперь много чего знаю, дружище,- ответил Авион.

– Как же я рад был повидать вас,- дрогнувшим голосом прошептал Саша, и еле сдерживая слёзы наблюдал, как таят образы его друзей. Он так много не успел спросить у них, и даже толком не попрощался. Но времени не было грустить, потому что с того света ради развлечения не возвращаются, думал охотник, поэтому приготовился исполнить просьбу друзей. То, что Гелий снова взошёл на трон, причём уже в который раз, не радовало Сашу, ведь при его правлении Анари была в большей опасности, чем при Брадо, который был слишком самоуверенный, чтобы бояться прямую наследницу короны. Быстрым привычным шагом Саша направился вверх по реке, как говорила Сильвия, и старался не представлять - чем закончиться это новое приключение.

За его спиной яркой светились маленькие огоньки, звонкий смех которых уже не доносился до Сашиного слуха. Шуиньи - это крохотные бестелые существа, способные вытягивать из сознания образы людей, которых человек считал умершими, может даже и невольно. Они приобретали формы и даже обволакивали себя оболочкой, похожей на кожу, чтобы добиться правдоподобности и часто подшучивали над путниками в этих лесах. Иногда шутки заканчивались плачевно, иногда смехом - всё зависело от того, по-доброму ли шуиньи настроены к путнику или он вызвал у них гнев. Они легко могли довести слабого до безумия, и, наоборот, иногда вселяли в отчаявшегося надежду.

– Теперь Гелию не долго сидеть на королевском месте,- смеялись шуиньи, недолюбливая мрачного колдуна.

– Да, этот охотник упрямый и добьётся своего.

Астло и Инея летели на перегонки и не спешили направляться прямиком к границе Селии с Валевией. Живя долго вне своей родной страны, их крылья и тела давно растеряли все сияющие частички пыльцы лиизий, поэтому они не светились в темноте, что нисколько не огорчало их, а, наоборот, радовало. Ощущая себя свободными и с трепетом в сердце представляя своё возвращение в родные пенаты, веи ещё больше раззадоривались и гнали себя в ту часть леса, в которой ещё не бывали, забыв об осторожности. Вдруг они оба врезались во что-то твёрдое, выскочившее из-за дерева, и упали в высокую траву. Голова кружилась и болела, и затуманенный взор веев с ужасом показывал им как на них надвигается что-то огромное.

– Были бы вы чуть-чуть побольше, пробили бы мне лоб, а так, наверное, отделаюсь маленькими шишками только,- усмехнулся Саша.

– Сашка, ты ли это?!- подлетая к старому знакомому, воскликнул Астло.- Вот кого все ищут, а он здесь бродит.

– Много хорошего о тебе знаю,- присоединяясь к ним, сказала Инея.

– А уж Анари не скупиться рассказывать о тебе,- засмеялся Астло.

– Вы видели её?- пытаясь схватить вёртких веев, крикнул взволнованно Саша, забывая об осторожности, что нарушает ночную тишину.

– Она живёт в доме Бурака...

10. глава

Взмыленный корк мчался по лесным дорогам Илии без остановки второй день. Мимо городов и деревень, мимо одиноких путников, по чаще и вплавь через реки - животное несло своего хозяина к цели. Собрав последние силы, корк проскакал через городские ворота Ставина по улицам, даже не взглянув на королевский дворец и водопады. Ранним утром всаднику и его верному корку не попадались прохожие на пути, никто не преградил им дорогу, и порту пока ещё мирно стояли корабли, потому что в такой ранний час даже грузчики не помышляли о пробуждении. Но всадник спешил, словно от этого зависела чья-то жизнь. Он был в столице всего пару раз и мог быстро заблудиться, но что-то придавало ему уверенности - в какую сторону и по каким улицам направлять скакуна, словно кто-то свыше заботился о нём.

Корк рухнул, когда всадник соскочил с него на булыжники, которыми была выложена улица перед стенами городской тюрьмы. Ветер скинул капюшон с головы человека, и юношеское лицо наклонилось над верным другом, чтобы поцеловать в усатую мордочку. Руки потянулись к мешочку на поясе. Всё содержимое мешочка юноша высыпал в ноздри скакуна и что-то прошептал ему в лопоухое ухо (скакун явно был помесью корка и какого-то другого животного). Корк зафырчал и лизнул хозяина в щёку.

– Молодец, Люп, хороший корк. Когда я вернусь, совсем поправишься,- хлопая животное по шее, прошептал юноша.

Тюремные двери оказались запертыми. Юноша закрыл глаза и опустил голову, опёршись левой рукой на дверь - второй день без сна подходил к концу, хотя в городе его встречало утро, и внутренний голос советов ему отдохнуть перед мучительной встречей. Длинные чёрные волосы упали юноше на лицо, скрывая то, что выдали вздрагивающие плечи - безмолвное рыдание, минутная слабость мужчины, вскоре прекратилась. Корк поднялся, набравшись сил от магического порошка, и был готов доставить хозяина в любую точку города или страны. Улыбкой юноша наградил верного скакуна, стыдясь даже перед корком своих слёз, поэтому быстро вскочил в седло и медленным шагом направил Люпа к ближайшему трактиру, где можно было бы выспаться и освежиться.

Зашторенные окна всё равно пропускали солнечный свет середины дня. Снаружи слышался шум и гам. Кто-то выкрикивал последние сплетни и новости из Селии, кто-то старался продать какой-то свой товар, а кто зазывал повеселиться с девушками и выпить вина - район был не из богатых, поэтому очень шумел. Юноша ворочался в постели не только из-за уличных звуков, но и из-за мыслей и воспоминаний, которые всю жизнь не давали ему покоя. Он не чувствовал сквозь сон, что в комнате находиться ещё кто-то и наблюдает за ним пристально и выжидательно. Взгляд наблюдателя был мутным и дрожащим - слёзы застилали ему образ того, чьи правильные черты напоминали о чём-то родном в этом юноше. Он силился найти хоть одно верное предположение, которое бы разъяснило ему то невероятное обстоятельство - почему юнец похож чертами лица на Мириан.