Чтение онлайн

– И Её Величество вот-вот обретёт свободу,- добавил Овий.

– Всё-таки колдуны победили - теперь мы никогда не найдём Миция.

– Отныне позор на нас!

– Бедная королева.

– И дочки лишилась вдобавок.

Заголосили все, перебивая друг друга, но тут опять вмешался Овий:

– Принцесса Анари и её муж принц Алил - живы.

Теперь уже наступило всеобщее замешательство, ведь радость и горе туго переплелись между собой и многие не могли решить для себя радоваться или горевать. Но всё-таки погребальные костры должны были загореться и это было пока что важнее всенародной радости. Догадываясь, что между древними илларами произошло что-то, что не выявило победителя, но и закончило колдовскую тему в мире, хотя бы на время,- иллары решили отнести медальон Гелия во дворец, чтобы там, а не в поле, вернуть королеве свободу. Чтобы быть вместе с друзьями и теми, кого они успели узнать и оценить, и кому предстояло отдать своё тело огню,- среди деревянных лежбищ остались стоять Леон и Овий, не рвущиеся, как освобождённые иллары, быть при дворе Её королевского Величества.

Огромное пламя напоминало издалека единый костёр, и клубы дыма, поднимавшиеся вверх в небо за многие километры от Герана, говорили жителям Селии, что там, возле столичных стен прощаются с неприхотливыми героями, которые сражались не ради наград, а ради мира. Иллары помогали дыму подниматься только вверх и не заслонять тёмной пеленой людей внизу. И хотя от огня стало невыносимо жарко, никто не хотел уходить, пока последний костёр не потухнет - уход означал бы неуважение к древнему погребальному обычаю и такого человека освистали бы все и перестали бы уважать.

10.

Как-то один иллар сказал:

– Дым уносит вместе с собой страдания и уступает место солнечному свету - и всходят ростки радости на лицах, в духе, на земле.

Пепел развеялся с погребальных кострищ и иллары залечили земные раны, покрыв молодой травой обожженные пятна. Уже к вечеру не осталось следов самой большой битвы за последнее столетие. Все вернулись в Геран праздновать затишье, а кто - и победу, не желая сомневаться в наступлении мира. В небе над столицей Селии вспыхивали фейерверки, сам Геран светился яркими огнями и утонул в шуме уличных гуляний. Хотя многим хотелось оплакивать погибших родственников, никто не показывал своего горя открыто, чтобы не разрушать общую радость, ведь им самим тоже хотелось чувствовать не только горечь утраты, но и лёгкое тепло от освобождения. На дворцовой площади развернулось самое весёлое гуляние - здесь собрались все богачи, которым удалось вернуться в свои большие дома, отобранные колдунами, и, хотя денежные хранилища были опустошены, никто из них не волновался о недостатке в средствах - главное было теперь остаться при дворе Её королевского Величества, которая освободилась из плена и очнулась от сна, заняв место своего мужа. Королева Полия восседала на балконе и с грустью наблюдала за весельем, думая о супруге и дочери. Красота этой женщины всегда завораживала её подданных и заставляла завидовать Мицию, что именно он женился на ней. Конечно, королева всегда замечала особое внимание к себе из-за её внешности и привыкла к этому, чувствуя дискомфорт, когда долго не слышала восторженных речей. И если Анари любила лес, потому что в нём она ощущала свободу и величественную силу природы, то её мать любила ходить в лес, чтобы позлить мужа - он всегда боялся, что там кто-нибудь украдёт её красавицу. И хотя, как добропорядочной жене, Её Величеству надлежало горевать по супругу, она всего лишь скучала по нему, понимая, что в то же время рада его отсутствию, ведь вышла за него замуж только для того, чтобы в один прекрасный день стать полноправной королевой, а не только супругой коронованной особы. Она приказала искать Миция и Гордо, а так же свою дочь, но очень не хотела, чтобы короля нашли живым. И Полию не смущал тот факт, что она может до конца дней остаться условной королевой, если тело её мужа не будет найдено, ведь от её условного положения на троне повеления Её Величества не становились слабее или не действительными. Наверное, только илларам было под силу услышать эти тайные мысли Полии и ужаснуться, но им было запрещено проникать в голову коронованной особы, поэтому все служители белой магии воздерживались от этого шага, тем более сразу после пробуждения к королеве был приставлен придворный иллар Первей, который следил за каждым дуновением любой мысли рядом с Полией.

В кабаке "Стрела" веселились охотники и рыбаки, провозглашая тосты за Её величество, и здесь же Бренлен играл свою музыку для Алель, уносясь от радости в далёкие дали подсознания. Первым делом, что сделали Овий и Леон по возвращении в Геран, освободили узников из дворцового подземелья. Горничную принцессы они нашли на грани жизни и смерти, но не сказали об этом сочинителю, когда, окрепшая от исцеляющих снадобий илларов, девушка предстала перед своим женихом. Из Кальта иллары переправили семью Севы и ворчуна Бабия в Геран, где было решено играть свадьбу на следующий день, потому что многострадальная пара не хотела больше разлучаться ни на минуту. Ворчун Бабий был рад за молодых и не встревал со своими обычными репликами о вреде женской половины мира, но невольно думал о Рите, которая хорошо сумела доказать правильность его теории. Чтобы как-то улучшить своё настроение, он подошёл к столику в углу, за которым сидели Саша и Авион, и сказал:

– Свадьбы - это для людей, которые не в своём уме,- и хихикнул, ощущая, как его настроение улучшается оттого, что он произнёс свою главную мысль вслух.

Зря он надеялся, что два названных брата поддержат его, потому что в ответ увидел только их недовольные взгляды. Саша после битвы думал только о Анари и о том, что случится, когда она вернётся в Геран вместе с мужем. Если до этого момента он воспринимал их любовь, как что-то самое простое, чему препятствовала всего лишь неуверенность, то теперь на сцене появились супруг и королева. Быть уверенным, что королева просто так разрешит дочери быть вместе с обычным охотником, у Саши не получалось, и, хотя иллары уверяли его, что брак между принцем и принцессой будет быстро расторгнут - всего лишь одним словом Полии,- он не мог поверить и этому, ведь перспектива породниться всегда нравилась правителям всех стран. Ожидая возвращения Анари, Саша не хотел не только смеяться над словами Бабия, но и вообще его тянуло поскорее спрятаться в лесу, на Белой поляне, представляя встречу с принцессой именно там - на месте их первого свидания. Видя, что оба друга не в настроении, Бабий ушёл в сторонку и начал искать взглядом новую свою жертву, которой бы смог выложить всю свою теорию от начала и до конца.

– А, может, рванём домой,- предложил Саша Авиону.

– Жаль, что наши корки пропали, придётся новых покупать. Пошли домой, мы там не были так давно, что приходиться верить только на слово луниям, которые говорят, что с домом всё в порядке,- ответил Авион.

– Какой кайф - ща лягу в траву перед домом и не буду волноваться, что меня загребут шпионы Гелия,- потягиваясь вверх руками, произнёс Саша.

– Кстати, узулакам из колдовских шпионов досталось больше всех, а остальные разлетелись, но королева и на них скоро охоту объявит.

– В лес вернёмся, не попрощавшись с нашими стариками?

– Овий и Леон собирались к Криставу - можем заглянуть и попрощаться, но, я думаю, иллары сами скоро в лес вернутся, ведь в городах мало кому из них нравится жить. Ты увидишь, какие они себе домики построят - в пещерах им привычно жить, прячась от колдунов, а не всю жизнь. Прежние их дома сожжены, так что теперь по всей стране развернётся большая стройка, да и не только домов илларов.

– Зато плевать нам теперь на шум, на звуки, да и вообще на всё подозрительное плевать - свобода всё-таки важнее, чем любовь.

– Ха, посмотрим, как ты запоёшь, когда Анари найдут - вот тогда-то твоей свободе и придёт конец, как сказал бы Бабий.

– Ага, если бы,- ответил Саша, подумывая, что до этой сладостной несвободы ему ещё нужно будет потерпеть.

Дом Кристава, как и раньше, стоял на самом углу перед поворотом дороги на дворцовый холм. Дверь двум друзьям открыл довольный слуга Лерни, которому иллары подарили два новых нижних зуба, как не смешно это звучит, и проводил гостей хозяина в гостиную, где собрались все, кого оба друга надеялись здесь увидеть. Ни от кого Лория и Авион не смогли скрыть волнительной радости от встречи, сами не понимая, почему их дыхание так дрожит, а взгляд, хоть и хотелось направить друг на друга, стыдливо направляли в сторону. Симпатия дочери к охотнику не смущала Кристава, и он поглядывал на илларов, широко улыбаясь, потому что радовался тому, что между двумя сердцами начинало зарождаться что-то светлое и долгожданное. Но обсуждать то, что ещё не случилось, ни у кого пока что не поворачивался язык, чтобы не спугнуть хрупкое движение чувства, поэтому разговор пошёл о возвращении в лес и о возрождении прежней Селии.

– Хотя Селия больше пострадала от колдунов, чем Илия, у нашего соседа тоже хватит забот. С помощью ваи мы уже побывали там и убедились, что брат Иина позаботился обо всех колдунах - все они участвовали в битве, и никого из служителей чёрной магии не осталось в красочной стране,- сказал Овий.

– Мы открыли двери тюрем и выпустили из подземелья короля Вергия. Его упитанная фигура пострадала, конечно, от "заботы" колдунов, но он выживет,- небрежно так подметил Леон, который недолюбливал королей.

– А вот как бы нам заполучить того крылатого корка, на котором летал брат Иина,- спросил Саша, полагая, что илларам уже известно где можно найти крылатых скакунов.

– Они прячутся и только Иину и Провидцу было известно, где их искать, так что пока крылатые корки сами не захотят тебе служить, скачи на простом корке,- ответил Леон.

– Пусть они летают, ненужно их неволить, ведь они такие красивые с огромными крыльями,- сказала Лория, не стесняясь своего мнения, потому что говорила то, что думала.

– Конечно, нам в лесу всё равно было бы неудобно на них летать,- согласился Авион, и на смешок Саши шепнул в ответ:

– А разве не так? Крылатые корки годятся для битвы или дальних путешествий, но не для охоты в густом лесу.

– Да ладно тебе оправдываться, конечно так оно и есть,- улыбаясь, сказал тихо Саша и похлопал друга по плечу.- А вот ответьте мне, иллары, куда Гелий подевался?

– Он вернутся,- ответил Овий, крутя длинный ус,- и будет обладать большей силой, чем все иллары, поэтому нам надо быть готовыми.