Чтение онлайн

[2] Претор щита и клинка Закона - официальное название должности шерифа в структуре стражей порядка Таманской Империи.

София метнулась за сумкой Лилиан, я – за своей и за водой. Лилиан меж тем снова приложила пальцы к вискам своего пациента. На этот раз на более длительное время. Вокруг её рук проступило слабое золотистое свечение – едва уловимое, но в запыленном, полупустом торговом зале сразу же стало уютнее и теплее.

Получив всё необходимое, Лилиан четкими профессиональными движениями промыла рану на груди, уверенно, но бережно убирая кровь и пятна шоколада, обработала какой-то из своих мазей, наложила повязку и затем, как я поняла, влила в рану немного целительной магии для того, чтобы ускорить заживление.

Все это она сделала, не снимая с Карающего Клинка рубашки, но я все же заметила, что под нею скрывалось тело, по которому можно было изучать идеальную мужскую анатомию в картинках.

Мощные, словно выточенные резцом рельефные мышцы с явными следами боевой практики – каждая линия скрывала в себе силу, скорость и опыт. На загорелой коже – сеть шрамов, часть уже почти слилась с тоном тела, часть ещё выделялись багряными полосами.

Откровенно пялиться, я не пялилась, так поглядывала типа промежду прочим, но шоколадный волчище всё же перехватил мой взгляд и, чуть усмехнувшись, насмешливо изогнул бровь, мол, что так нравлюсь, что не можешь глаз отвести?

Я закатила глаза и продемонстрировала, что ещё как могу: развернулась и уставилась в окно.

Но волчище уже вышел на охоту.

– Претор Грейсон, а ваша… кто она, кстати, вам?

– Аннет – берегиня нашего городка, – тоном «не вздумай обижать» представил меня мэр, в который уже раз, поразив меня своим тонким умом. То, как он представил меня, прозвучало одновременно и многозначительно настолько, что удовлетворило охотничий азарт волка, и при этом не дало никакой информации о том, кто же я на самом деле такая.

– И то, что она берегиня даёт ей право избивать всех, кто встал на её пути, точнее её подноса? – с насмешливой язвительностью поинтересовался волчище, щурясь при этом с таким видом, с каким не от солнышка глаза прикрывают, а когти точат.

– Нет, не дает, – ответила я сама за себя. – Я просто испугалась ваших глаз, и оно… как-то само получилось, чисто инстинктивно.

– Она, что никогда дракона раньше не видела? – спросил он, переведя взгляд на Ройса. То есть, не у меня, хотя я по-прежнему стояла прямо перед ним!

Само собой, меня это разозлило, и я даже уже рот открыла, чтобы напомнить, что «она всё ещё здесь и может сама за себя ответить». Вот только… как открыла, так и закрыла, потому что не знала, что сказать.

– Настолько близко, насколько в этот раз, полагаю, что нет, – выручил меня Ройс.

– И вы определенно первый дракон, которого ОНА облила шоколадом! И у вас было такое выражение лица, что ОНА испугалась за свою жизнь! – добавила я с вызовом.

– Она не знала, что вы ранены, и подумала, что вы разозлились из-за того, что она вас облила шоколадом, – примирительно объяснила Лилиан очевидное. При этом положив мне руку на плечо вроде мягко, но с таким нажимом, в котором явно «читалось»: «Успокойся и перестань нарываться».

Волчище медленно кивнул, уголок его губ чуть дрогнул в насмешливой улыбке.

– Короче, я еще и виноват остался! – иронично резюмировал он. – Не там шел. Не так посмотрел. Не говоря уже о том, что нормальные раненные в постели лежат, а не по улицам шляются!

– Насчет последнего, это вы в точку! – строго сказала Лилиан. – С такими ранами как у вас, еще месяц точно в постели нужно было оставаться!

Карающий клинок на это только плечами передёрнул да глаза к потолку закатил – мол, я всё это уже слышал и всё равно сделал по-своему. И планирую и дальше поступать также!

Лилиан в ответ лишь вздохнула. К сожалению, не он первый такой, не он последний. Тот же муж её любимый – такой же! И дружок его закадычный – не лучше.

– Вы так и не сказали, герцог, какими судьбами вас к нам занесло? – напомнил мэр в установившейся неловкой тишине.

– Вашими, – усмехнулся карающий клинок. – Я здесь ради вас Ройс. По просьбе Его Величества. Его весьма обеспокоило покушение на вас и вашу семью. И вашу, шериф, – перевел он взгляд на последнего. – Как, впрочем, и меня. Откуда Его Величество узнал? – увидев озадаченное лицо мэра, предположил герцог. – Нашлись добрые люди, – усмехнулся он. – И очень хорошо, что нашлись. Потому как, вполне может статься, что нападение на вас лишь вершина айсберга. Но более конкретно мы поговорим об этом сегодня вечером, а сейчас я бы хотел-так добраться до гостиного дом, и, последовав совету, вашей прекрасной супруги, немного поваляться в постели.

– Никакого гостиного дома! Вы будете жить у нас! Раз уж вас назначили нашим защитником, то я просто обязана проследить за тем, чтобы с вас, как с защитника, был толк! – не терпящим возражений тоном заявила Лилиан.

– Просто держите её подальше от меня, – кивнув на меня, съехидничал шоколадный волчище, – и я буду в полном порядке! – В золотых глазах при этом плескался откровенный вызов.

Я чуть склонила голову набок, подарив ему безупречно вежливую улыбку – такую, какой провожают особо «дорогих» гостей, когда они всё-таки решают наконец-то покинуть ваш дом.

– Разумеется, Ваша Светлость. Я же не зверь какой и прекрасно понимаю, как важен больным для выздоровления полный покой и душевное равновесие. Так что не волнуйтесь – никакого беспокойства с моей стороны. Лишь искреннее сочувствие издалека.

Лилиан тяжело вздохнула и закатила глаза. София хмыкнула и усмехнулась. Мэр и шериф дружно сделали вид, что увлечены происходящим за окном.

Замок Ревантисов возвышался над окрестностями, словно памятник упрямству и непокорности проживающего в нем рода. Его массивные стены из чёрного камня помнили слишком многое – от первых междоусобных войн до казни его последнего хозяина. За годы после поражения крепость не пришла в упадок, напротив – она стала ещё величественнее, ещё крепче, ещё неприступнее.

В отличие от других замков Империи, в стенах этого не звучал смех, не устраивались бесконечные праздники для соседей, не приглашались гости без крайней на то необходимости.

Этот замок был щитом и ножнами одновременно, пряча в себе закаленную, как сталь, обиду.

Гостиная, расположенная в центральном крыле, точно отражала саму суть рода Ревантисов. Её богатство не ослепляло – оно давило, нависало над каждым, кто переступал порог, напоминая каждому вошедшему, что перед ним не просто комната, а сердце одного из самых старых и опасных родов империи.

Пол из полированного гранита, гладкий, как лёд, заставлял невольно шагать осторожнее. Огромное наполненное эхом пространство столь же невольно заставляло осторожнее выбирать слова. Стены, обтянутые потемневшим от времени бордовым бархатом и изображавшие сцены великих побед гобелены, скрывали ниши, в которых хранили оружие, готовое к бою в любой момент, тяжёлые канделябры, в каждой свече которых горел ровный, непоколебимый огонь – ничто из этого не позволяло гостям даже на мгновение забыть, КТО хозяева этого дома.