Чтение онлайн

Написавший о Рютине статью Иван Анфертьев, делая из его (Рютина) великого правдолюбца и борца за дело Ленина и коммунистической партии, пишет: «…что бы не оказаться вне партии, вне политической борьбы с извращениями ленинизма, приходилось идти на компромиссы, признавать несуществующие и несовершаемые ошибки». Приведем его «очеловеченные» взгляды, цитированные Сталиным в 1930 году в «Красной звезде», что подтверждает вывод о том, что борьба в те времена велась Сталиным идеологическими методами: «Политика ликвидации кулачества как класса целиком вытекает из политики вытеснения капиталистических элементов, являясь продолжением этой политики на новом этапе». И что бы «лизнуть» еще раз Сталина он пишет письмо в редакцию, в котором написано, цитируем: «Ознакомившись еще в рукописи со статьей тов. Сталина и перечитав написанную мною статью «Ликвидация кулачества как класса», я нашел, что в моей статье действительно допущены, отмеченные Сталиным ошибки. С поправками тов. Сталина и его оценкой имеющихся в моей статье неточностей я целиком согласен. 20.01.1930. М.Рютин». Любому здравомыслящему становится понятной причина резкой оппозиции Сталину, создание «Союза» и написание «Обращения». Это не что иное, как простая обида, затем последовали зависть и поддержка его деятельности, оппозиционными, но всесильными «вождями» партии, о которых мы говорили ранее. (О Надежде не говорим, а Рютин был приговорен к 10 годам).

С «Открытым письмом Сталину» 17 марта 1939г. выступил Федор Раскольников: «Вы начали кровавые расправы с бывших троцкистов, зиновьевцев и бухаринцев, потом перешли к истреблению старых большевиков, затем уничтожили партийные и беспартийные кадры…». Чем дальше, тем страшнее и интереснее. В ответ на то, что Сталин объявил его «вне закона» – он в письме заявил: «…возвращаю вам входной билет в «царство социализма» и порываю с вашим режимом». Вообще-то им сделаны, страшные обвинения, и в конце письма он пишет: «Как все советские патриоты, я работал, на многое, закрывая глаза. Я слишком долго молчал…».

Так вот, эти писания (а именно с них начинают свои повествования о сталинских «злодеяниях» лжеисторики), как и Рютинские, относятся «демшизой» в разряд главных обвинительных документов против Сталина. Осмыслив эти «писания» я уже с меньшим сожалением стал относиться к судьбам таких «большевиков-ленинцев». Их суждения, поведение, реагирование («закрывали глаза», «молчали») на происходившие процессы, свидетелями или даже участниками которых они были, считающих себя патриотами Родины, когда им сладко жилось и пилось, заслуживает только глубокого сожаления. Они сами, были участниками, или молчаливыми созерцателями драмы, когда исключали из партии и «ставили к стенке» их же товарищей!

Ни Ф.Ф. Раскольников (Ильин) – Нарком, ни его брат Ильин-Женевский не были репрессированы. Его брат умер в 1941г. Вдова Ф.Ф. Раскольникова, сообщила, что «нет никаких оснований обвинять «головорезов сталинской тайной полиции» в его смерти».

Цель у всех подписантов и других «писантов», как доказывало следствие, была одна – свержение строя, устранение Сталина.

Возникает вопрос, со скрытым ли умыслом нигде не сказано, кто конкретно организовывал шествия и митинги трудящихся масс, с требованием крови – «распни его, распни», как нет и конкретных исполнителей и организаторов дел, поставлявших «контриков», под репрессивный пресс. А их, по нашим подсчетам – не одна сотня тысяч. Ау, куда вас «заныкали», для следующих кровавых дел, что ли?

Отметим, что история знала таких «писантов», которые с гневом обличали режим, но только из-за «бугра». Так действовало большинство. О Троцком мы говорили. Таких «смелых», с фигой в кармане было не мало. Так, был в Российской истории и беглый боярин – Курбский Андрей Михайлович, который, проиграв Литве битву под Невелем в 1562г. стал обличать Ивана Грозного в его грозных делах, но уже – из Литвы.

После Кронштадтского мятежа (1921г.), «прочувствовав назревающее сопротивление масс, в партии последовали далеко идущие изменения, которые породили сложную по своему составу, переменчивую оппозицию: «Зиновьев – Каменев – Сталин, против Троцкого в 1923-1924 гг. Сталин и Бухарин, сначала против Зиновьева и Каменева в 1926г., затем против объединенной оппозиции Троцкого – Зиновьева и Каменева в 1926-1927гг. И сталинским большинством против Бухарина, Рыкова и Томского в 1928-1929 гг. Каждая оппозиционная группа сочетала свою критику партийной политики, с атакой на партийный аппарат, и каждая становилась жертвой этого аппарата».

И постепенно, в результате всесторонней, проводившейся в первоначальный период бескровной борьбы и проводимой сталинской кадровой политики, укреплением и усилением роли администрации, партийного аппарата, выдвиженцы Троцкого теряли свои посты и уже никогда не поднялись. (Следует отметить, что меры физического воздействия на арестованных стали применяться только после покушения на Кирова с 1934 года).

Большинство обвинений Сталина построено на «логических» выводах и подтасовках. Так выдающийся историк современности Рой Медведев (сын репрессированного) в своей статье «О личной ответственности Сталина за террор 1937-1938 годов», обвиняя Сталина в репрессиях, выдвигает и такой аргумент: «В одном из лагерей П.И.Шабалкин встретился с бывшим чекистом из личной охраны Сталина. Этот человек рассказал, что в 1937-1938 годах Ежов почти ежедневно приходил к Сталину с толстой папкой, и они вдвоем совещались по 3-4 часа. Так что главный виновник поистине «большого террора» – Сталин…». Молодец, ловко ввернул.

Если такие «достоверные обвинения» выдвигаются серьезным историком, и мы принимаем их на веру, то, какого дьявола, ими не предъявляются претензии к конкретным лицам того времени? Да ведь, те конкретные лица, сами устраивали «разборки», пусть простят за фривольность, и, в конце концов, разобрались между собою. Не могу не привести «замудренности» при расследовании и, толковании большинством исследователей, покушения на С.М. Кирова, в котором почти все обвиняют Сталина. Но истина, как мне кажется, не стоит и выеденного яйца: Мильда Драуле – супруга Николаева (убийцы Кирова), была секретаршей Сергея Мироновича. Выводы делайте сами. Да она и дама была видная из себя и сам Сергей Миронович – хоть куда.

А вот как объясняла (14 июня 1956г.) А.Н. Сафонова – бывшая жена Ивана Никитича Смирнова – Народного комиссара почт и телеграфа, который в 27 году съездом был исключен, но в 30 году был восстановлен в КПСС (факт не единичен), в связи с заявлением о прекращении им оппозиционной деятельности! Свои ложные показания мотивирует следующим: «во время допросов работники НКВД, применяли методы морального воздействия, требовали показаний о преступной деятельности, якобы необходимых в интересах партии». «Вот под знаком этого понимания – указывала Сафонова – что этого требует партия, и мы обязаны ответить головой за убийство Кирова, мы пришли к даче ложных показаний, не только я, но и все обвиняемые».

Не знаю, что здесь сказать, так как другая сторона – обвинение, выбивание показаний мотивировало также «интересами партии». Так, на заседании Президиума ЦК Родос, выбивавший показания из Косиора, Чубаря, Косарева – видных деятелей партии и государства – заявил: «Я считал, что выполняю поручение партии».

А теперь, как «выбивали» показания по Солженицыну. В Гулаге оп описывает допрос у Мироненко (Джидинский лагерь). «Едва только Бабича вводят – запах вкусной еды прохватывает его. И Мироненко сажает его поближе к дымящемуся мясному борщу и котлетам. И будто не видя этого борща и котлет, и даже не видя, что Бабич видит, начинает ласково приводить десятки доводов, облегчающих совесть, оправдывающих, почему можно и нужно дать ложные показания». И далее такая же обработка. «И дрогнул Бабич! Голод жизни оказался сильней жажды правды. И оклеветал двадцать четыре человека…Во время следствия его кормили, но не докармливали».

«Недокормили» и русского историка, на которого постоянно ссылаются п…ки. Этот историк С.П.Мельгунов, написавший многое, в том числе и: «Красная книга ВЧК». Солженицын описывает ситуацию так. «Аресты произошли по доносу одного из бледных участников Национального центра – Н.Н.Виноградского…Весь обвинительный материал почерпнут был из показаний самих подсудимых…многие показания подследственных приведены дословно и они не приглядны». Речь идет о Книге Мельгунова. И там же Александр Исаевич пишет: «И Мельгунов, столь проницательно потом объясняющий немало исторических лиц русской революции, тут сам легко попадается: подтверждает участие в Союзе Возрождения тех лиц, которые, как будто бы прояснились из письменных показаний, ему предъявленных…Эти показания изумляли и подавляли однодельцев, которым их показывали в свою очередь: как будто он рассказывал все своею неудержимой охотой». Не изумляет такая предательская позиция только п…ков. Они, что? Сами такие?

А вот еще одно дело «таганское дело» (1921г.). Следователь Я.С.Агранов заключил с подсудимым профессором Таганцевым соглашение, так как тот 45 дней «героически молчал». Соглашение о том, что в ответ на «показания о нашей организации, не утаивая ничего,…не утаю ни одного лица, причастного к нашей группе» следователь обещал, что ни к кому из осужденных не будет применена высшая мера наказания. Следует обратить внимание, что ни о каких мерах физического воздействия речь не шла, а только методом убеждений, работая «под дурачка»: «Многих обворожил Яков Самуилович своей любезностью» и 87 человек по делу Таганцева было расстреляно. Но это так Солженицын пишет, а на самом деле как? – высылали ведь. И далее Солженицын делает вывод: «Вот так легко попадались на чекистский крючок и сдавались, и гибла, русская интеллигенция…».