Чтение онлайн

Пару секунд Андерсон молчал. Я в напряжении ждал ответа, вдыхая горьковатый аромат его туалетной воды и мятной жвачки.

– Дело в том, что ты не любишь ее?

Я выругался. Так заметно?

– Я люблю ее.

– Кого мы обманываем? – Джерад усмехнулся. – Ты с ней только из-за того, что она похожа на Ари.

– Нет, – возразил я. – Просто брюнетка, миловидная. Она нужна мне. Я привык, привязался… Не хочу терять ее.

– А найти Ари Тешер хотел бы?

У Джера всегда скачут мысли – попробуй, успей. Хотел бы я найти Ари? «Да, конечно да!», – кричал любопытный эгоист. «Нет, оставь девчонку, ты разбил ей сердце», – твердила благородная (а она есть?) часть меня.

– Какая разница…

– Отчего не помечтать, – сказал Андерсон и вылез из машины.

Я долго сидел в салоне, наблюдая, как Джерад уходит, и пытался вникнуть в смысл его слов. Джерад и раньше любил говорить загадками, любил импульсивно менять тему и уходить посреди разговора (оставляя за собой сотню вопросов), но после моего расставания с Ари такое поведение вошло у него в привычку. Он изменился. Да что таить, многое изменилось.

Она выскальзывает из одежды, как рождественский подарок из обертки, осознавая цену момента, а цена высока.

(с) Город грехов 2: Женщина, ради которой стоит убивать (2014)

В первый раз я увидел Аристель на концерте калифорнийского тура. Перед выступлением я прогуливался за сценой, любуясь интерьером бара – как в родном Техасе! – и разглядывал поклонниц. Никогда не спал с фанатками, предпочитал цеплять девушек в барах или на звездных тусовках, но не мог не отметить, они прекрасны: юные, страстные.

Ари не выделялась среди остальных. Рядом с ней стояла высокая девчонка с волосами цвета жженой карамели – она активно жестикулировала, ее глаза горели фанатизмом. Джерад говорит про таких: «Дурочка, легче нее только шлюху снять». Позже я узнал – ее имя Эйприл. Аристель познакомилась с Эйприл в тот же вечер. И только когда девица убежала к бару, я посмотрел на Ари. Милая брюнетка. Волосы длинные, из них можно сделать лассо и обхватить луну, волнистые, будто ручей, волнуемый ветром. Она стояла недалеко от сцены, нас разделяло несколько шагов и плотная штора. Черты лица у Ари мягкие, а фигура стройная, не до конца сформировалась, но расстегнутая на три пуговицы рубашка приоткрывает грудь, отправляет фантазию в полет.

До концерта оставалось минут десять. Я забрал у персонала бутылку минералки и спросил:

– Как тебе девушка?

Джерад Андерсон прищурился, оценивая. Он вернулся с улицы, где курил и наверняка флиртовал с поклонницами, а сейчас был не прочь обсудить сегодняшнюю публику. Его зеленые, как у меня, но темнее глаза стали почти черными.

– Рэтбоун, что с тобой? – ответил Джерад с возмущением. – Ей нет и пятнадцати, старый ты извращенец!

От неожиданности я выронил бутылку.

– Расслабься, – захохотал друг и поднял минералку, – если я прав, это не имеет никакого значения. Ты в любом случае ее получишь.

– Да я просто… – Я действительно не имел в виду ничего плохого. Она прелесть, очень милая. Но я не заинтересован в серьезных отношениях, а воспользоваться милашкой… даже Джерад не поступил бы так гнусно: его фанатки отчаянны, стервозны, знают, на что идут. – Она какая-то потерянная… ее взгляд…

Джер не слушал. Ухмыляясь и постукивая бутылкой по своему бедру, он шел в гримерку. Придурок. Не перестаю удивляться, как мы смогли найти общий язык? Мы разные, противоположные, начиная с роста (он выше, но уже в плечах), заканчивая жизненной позицией. Но кому-то романтики нравятся, кому-то циники. Наша группа выигрывает от такого тандема.

Я запомнил Ари в тот вечер не только из-за противоречивой внешности – сексуальность и невинность. Пару раз я, оглядывая зал во время концерта, смотрел в ее сторону: Ари не визжала, не плакала, не прыгала. Стояла, растерянная, и смотрела на меня с мягким восхищением. Что особенно контрастировало на фоне истеричной Эйприл. Посреди выступления Аристель вдруг рванула со своего места в сторону выхода, будто ошпаренная моим взглядом, моими мыслями о ней.

***

Выжатый как лимон, я поспешил на автограф-сессию. Там я сидел и мило улыбался, пытаясь не показывать: взрывается голова от звонких голосов. Не то чтобы я не любил своих фанатов, напротив – обожал, но под конец дня хотелось покоя. Я машинально расписывался на фотографиях, CD-дисках, клочках бумаги, руках и даже груди.

– Стив, ждем в машине, – сказал Джерад и скрылся в дверях.

Я устало кивнул. Они всегда справляются раньше. Ко мне, фронтмену, самая большая очередь. Ребята ревновали, но сейчас рады – если надо, легко познакомятся, но девчонок не будет много, и они не разорвут на сувениры.

– Ты задница, Джерад, – пробормотал я и вновь натянул улыбку.

Девушки обычно сами называют имя, а я пишу его рядом с автографом, но тут мне всего лишь протянули тетрадь.

– Для кого? – спросил я.

В ответ – тишина.

Поднял глаза и увидел перед собой ту милую девушку. Ари. Ее губы дрогнули в нервной улыбке. Карие глаза сверкали, а взор был мягким; как правило на меня смотрят иначе, словно я желанный приз. Я привык, что фанатки теряют в моем присутствии дар речи, и эта поклонница смущенно хлопала ресницами – робость олененка Бэмби из мультфильма.

– Для кого? – повторил я.

Эта девчонка с врожденной сексуальностью (с каждым годом ее сексуальность будет проявляться всё сильнее и сводить мужчин с ума) не станет мне подходящей парой. И тогда я испугался внезапной тяги к ней. Интереса, из-за которого почувствовал себя неловко. Мне всегда нравились блондинки, желательно модели. В идеале моего возраста.

– Что? – низковатым, но женственным голосом переспросила фанатка.

– Хорошо, напишу «Для немой красавицы», – одновременно с ней сказал я. Одернул себя – я флиртую?

– Ари. Меня зовут Ари. Аристель, – наконец представилась она.

Я рассмотрел ее лицо ближе: нос слегка курносый, губы пухлые, почти без изгиба над верхней губой. Нежнейший бейби-фейс 2 . Интересно, ей правда не больше пятнадцати?

– У тебя приятный акцент, Ари. Ты не местная?

– Из России. Но я немка.

Я не успел ответить – Ари выбежала из бара, когда я вернул ей тетрадь.

***

До аварии я не часто думал о девушке с концерта. По правде говоря, со мной такое не впервые. Был мой первый в жизни тур, лица пока не смешались, я не устал от популярности. В Сакраменто мне понравилась фанатка по имени Лорел. Проницательный Джерад увидел мою симпатию к обласканной солнцем блондинке и после выступления подозвал ее. Я стеснялся, как подросток, и в итоге она уехала с Джерадом. Три дня я, опять как подросток, с ним не разговаривал. Потом, в Сан-Франциско, я заприметил девушку с обаятельным смехом. Но сейчас единственное, что я мог вспомнить о ней – смех. Исходя из опыта я, влюбчивый романтик, знал, что забуду Ари через пару дней, а на смену другим городам придут другие девушки. Единственная ассоциация – город Сан-Диего и ее немецкий акцент.