Чтение онлайн

— Закон есть закон, — улыбка леди Мерен была вся из острых граней. — Или вы предлагаете игнорировать Кодекс, когда он нам неудобен?

— Я предлагаю не вручать власть непроверенной девчонке, появившейся из ниоткуда —

— Вовсе не из ниоткуда, — прозвучал новый голос.

Лорд Крей, пожилой и, по слухам, вечно молчаливый, заговорил со своего места.

— Мы все знаем, где она была. Скрыта. Защищена. Лишена знания о собственном праве по рождению. Это мы её призвали, в конце концов. Вопрос не в том, кто она. Вопрос в том, кому выгодно её возвращение.

Совет взорвался. Голоса поднялись, обвинения полетели во все стороны. Я стояла в центре бури, мои серебряные метки всё ещё открыты, наблюдая, как союзы возникают и распадаются. Одни хотели моей смерти. Другие — контроля надо мной. Некоторые — и это ударило внезапно — хотели возвести меня на трон.

Никто не спросил, чего хочу я.

— Довольно.

Голос принца Алдрика разрезал хаос.

— Леди Солис будут предоставлены покои, соответствующие её положению, пока мы совещаемся. Она находится под защитой Короны до вынесения решения.

Вежливая тюрьма. Он решал мою судьбу.

— Магистр Дрелл, продолжите изучение родословных записей. Лорд Векс, удвойте дворцовую стражу. Леди Мерен, подготовьте отчёт об экономических последствиях возвращения Зеркальной Королевы.

Каждый кивнул, принимая поручение. Их взгляды скользнули мимо меня — к гобеленам, к кувшинам с водой, куда угодно, только не на меня. Я больше не была человеком. Я была задачей, которую нужно решить.

— Вы свободны, — сказал принц Алдрик, наконец встретившись со мной взглядом. — Все вы.

Совет начал расходиться — тихий, шаркающий танец иерархий и власти. Я двинулась следом, удивившись отсутствию стражи, которая должна была бы меня сопровождать. Но чья-то рука коснулась моего локтя. Я обернулась. Служанка — седовласая, нервная — стояла в простой коричневой одежде дворцового персонала.

— Мгновение, миледи? — тихо спросила она.

Я оглянулась на уходящий совет. Никто не обращал внимания на двух женщин — одну, ставшую королевской проблемой, и другую, почти невидимую. Я кивнула.

Служанка провела меня через боковую дверь в узкий коридор — словно жилу, скрытую в сердце дворца. Она проверила оба конца, прежде чем заговорить.

— Меня зовут Нира. Я служила вашей матери.

Её слова остановили меня, как удар холодом.

— Вы знали королеву Лиралей?

— Знала. Любила. Помогала принимать тебя на свет.

Глаза Ниры заблестели.

— Она заставила меня пообещать: если ты когда-нибудь вернёшься, я скажу тебе правду. Настоящую правду — не ту, что пишут в хрониках.

— Скажите.

Нира снова оглянулась и втянула меня в нишу за гобеленом. Пространство было едва достаточно для нас двоих — близость заговора.

— Твоя мать не умерла при родах, что бы ни говорили записи. Она жила годы после твоего рождения. Сама растила тебя, учила старым путям.

Голос Ниры опустился до шёпота.

— Она умерла, запечатывая Зеркальный мир. Не из-за Раскола. Она умерла, предотвращая нечто худшее.

— Худшее, чем Раскол?

— Багряный.

Лицо Ниры побледнело при имени.

— Сущность из зеркал, обладающая колоссальной силой. Он хотел полностью слить миры — без барьеров, без различия между отражением и реальностью. Твоя мать остановила его, но привязка потребовала…

Она тяжело сглотнула.

— Потребовала добровольной жертвы. Жизненной силы Зеркальной Королевы, чтобы запитать печать.

Метки под перчатками вспыхнули жаром. Моя мать не бросила меня. Она умерла, защищая всех.

— Есть ещё, — Нира сжала мои руки, и срочность придала ей смелости. — Зал Привязки. Он закрыт, но я могу провести тебя. Ты должна увидеть место, где всё произошло. Где она сделала свой выбор.

Мы двинулись по служебным проходам — узким коридорам с запахом щёлока и старого дерева. Нира знала каждый поворот, каждую скрытую дверь. Мы спустились по лестницам, о существовании которых я даже не подозревала, глубоко в кости дворца.

Дверь в Камеру Привязки была без украшений — сплошное железо, испещрённое защитными рунами. Нира достала ключ из кармана фартука — сглаженный годами тайного использования.

— Я убираю здесь, — сказала она, словно оправдываясь. — Кто-то должен поддерживать защитные круги.

Дверь открылась на бесшумных петлях.

Комната была пустотой из идеально круглого чёрного камня. Стены поднимались к куполу, где кристаллы росли, как застывшие звёзды, давая свет, который никогда не мерк. Но всё внимание притягивал пол.

Круги привязки внутри кругов привязки были вырезаны глубоко и заполнены серебром, не потускневшим за десятилетия. Узоры были ужасающе прекрасны — математическая точность и художественное вдохновение, слитые воедино.

На стенах висели ритуальные инструменты: серебряные ножи, кристальные чаши, предметы, назначение которых я могла лишь угадывать. Всё было в идеальном порядке. Всё — в ожидании.

— Твоя мать работала здесь месяцами перед концом, — сказала Нира, выходя в центр круга. — Вычисляла, готовила, проверяла, что печать удержится даже после её смерти.

Я опустилась на колени рядом с одним из камней привязки — плоский обсидиан, испещрённый символами, на которые больно было смотреть прямо. Моя ладонь коснулась его поверхности — и мир раскололся.

Видения хлынули в меня.

Моя мать — моложе, с округлым животом — вырезает эти самые круги.

Моя мать учит ребёнка с тёмными волосами и серебряными глазами направлять силу точными жестами.

Моя мать плачет, готовя финальный ритуал, зная его цену.

Последнее видение ударило глубже всего.

Моя мать стоит в самом сердце этой камеры, сила струится из каждой поры, слова срываются с её губ — и сама реальность подчиняется. Не отчаянная магия того, кто борется за выживание, а шедевр королевы, понимающей магию на её самом фундаментальном уровне.

— Она была великолепна, — голос Ниры вернул меня обратно. — Самая могущественная Зеркальная Королева за многие поколения. А ты…